Шрифт:
Интервал:
Закладка:
С удовольствием! На самом деле, с одноклассниками было весело именно этим и заниматься, пока взрослые не видят, разумеется.
– Запомнил? – спросил де Колиньи. – И третье. – Разогнут средний палец. – Никогда не смотри в глаза собеседнику, если не хочешь с ним подраться.
А вот с этим хуже. К этому принцу придется привыкать.
– Ничего, – вступила в разговор Мари. – Не так-то это и трудно, лично у меня с первого раза получилось. Помнишь?
С первого раза? Так этой парочке и впрямь доводилось шпионить! Интересно.
– Конечно, помню, дорогая. Как первый же встречный принял тебя за шлюху, призывающую клиентов. Хорошо, что прохожие тогда не вступились за бедолагу, которому мне пришлось сломать челюсть. Но ты права, наука не самая сложная. Ну что, с богом!
Де Колиньи подошел к стене.
– Запомни вот этот кирпич. – Он положил руку на один желтый, выделяющийся в красной кладке. – Нажимаешь. И вперед-вперед!
Тут же словно исчезла прозрачная дверь. Раздался шум подземной реки, в нос ударил густой смрадный запах, захотелось сделать шаг назад, но проводник схватил своего короля за шиворот, как котенка, и просто протащил вперед.
Оп-па! А где коридор? Стены тоннеля, по которому течет река, сделаны из слепленных цементом крупных камней, ничего похожего на подземный ход или хотя бы на дверь к нему не наблюдается. Спросить? В этой вони как-то не хочется, лучше любопытство на потом отложить.
Вновь вперед, по осклизлому бордюру, кем-то и когда-то проложенному вдоль одной из стен.
Быстрый топоток мелких ножек, мерзкий писк. Крыса! Вторая, еще и еще. Вот ведь гадость какая. И чем они здесь питаются, интересно?
Ой нет, уже не интересно, хотя и понятно: Анри вырвало при виде полуобглоданного трупа голого человека. Видать, грабители решили не оставлять покойнику ничего, здраво рассудив, что отныне его потребности будут находиться вне этого мира.
Уже отойдя от несчастного шагов на десять, обратил внимание, как бодро крысы вновь рванулись к мертвецу, не иначе как привлеченные запахом рвоты. Мальчика вновь сотряс рвотный спазм, но и только. Видимо, желудок был уже совсем пуст.
Шедший впереди де Колиньи обернулся и ободряюще улыбнулся. Но ничего не сказал – обстановка не располагала к разговору даже этого бывалого человека.
Еще труп – Анри срочно отвел взгляд. Еще, еще. Впереди посветлело, но чем ближе к свету, тем чаще встречались мертвецы. Ночные хозяева Парижа, очевидно, трудились не покладая рук.
Вот и выход. Вонючая подземная река вырывается из тоннеля, впадает в быструю и широкую Сену. Никогда. Никогда он не будет в ней купаться, это юный король решил для себя раз и навсегда.
– Так, друзья, сейчас держимся за руки, чтобы не сорваться в реку, и аккуратно, не торопясь, поднимаемся, – скомандовал де Колиньи.
Они поднялись на крутой берег по скользкой тропинке. Кто и зачем ее протоптал, не хотелось даже догадываться. В свете только что увиденного.
Солнце уже готовилось подняться над парижскими крышами, но народу на улицах было еще не много. Или уже не много, кто знает, где они выбрались и кто проживает в этих ветхих домах, приткнувшихся буквально вплотную друг к другу. Раньше Анри, конечно, приходилось ездить по городу, но всегда по центральным улицам, в такие трущобы его никогда не заносило.
– Куда мы теперь? – поинтересовался Анри. – Как я понимаю, нам следует побыстрее выбираться из города.
Де Колиньи остановился и шумно втянул воздух.
– Не сразу, парень. От нас несет той гнусной рекой, а стража, что сейчас патрулирует город, может заинтересоваться, где это уважаемое семейство умудрилось так провонять.
– И что? Они слуги короля, у нас имеются все документы. В чем дело, в конце концов?
«Отец» вздохнул, повернулся и просто пошел вперед. Ответила «мама»:
– Они давно уже служат не королю, а муниципалитету, выбранному чернью и состоящему из черни. Не удивлюсь, если именно стражники и полиция окажутся в первых рядах бунтовщиков, собирающихся штурмовать королевский дворец.
Штурмовать? Высокие и крепкие стены, защищаемые храбрыми гвардейцами и придворными магами?
– Думаю, в ближайшие дни все решится, – все же заговорил де Колиньи. – Но в любом случае у нас есть приказ, и он не может быть не выполнен. Так что пока гуляем по городу. Спокойно, что бы ни случилось.
Они так и ходили. Анри отрабатывал новую для себя походку, выслушивая едкие замечания «мамы» по поводу надменных взглядов и слишком уж гордо расправленных плеч:
– Не выпячивай грудь, ты не гренадер на параде, и уж точно не продажная девица, демонстрирующая окружающим свои прелести. И расслабься, наконец, не старайся походить на ходячий памятник, не пугай добрых парижан.
Добрых?
Они как раз проходили мимо небольшой, человек в двадцать, толпы, восторженно внимающей какому-то вертлявому юноше, кричавшему во всю глотку:
– Довольно пресмыкаться перед этими зажравшимися свиньями, именующими себя дворянством!
– Довольно! – в едином порыве подхватывала толпа.
– Долой ненавистных угнетателей!
– Долой! – неслось над площадью.
– На эшафот их! Всех! Во главе с королем и его шлюхой, предпочитающей пирожные хлебу, которого вечно не хватает нам, беднякам!
– Смерть! Смерть! Смерть!
Виконт вовремя схватил за плечи и быстрым шагом увел в сторону Анри, которого уже затрясло от ненависти к этому быдлу, к этому крикуну, одетому в дорогой сюртук, явно недоступный действительно голодающим людям. Через пару кварталов показалась еще одна толпа, потом еще. Да что ж такое происходит в славном Париже?
– Давайте перекусим, вот здесь, например. – Де Колиньи указал на открытую дверь.
Вошли в полутемное помещение. Пахло жареным мясом и чем-то еще, не слишком аппетитным. Несколько простых струганых столов, такие же простые, но крепко сколоченные стулья, слишком высокие и непривычно жесткие. Какая-то деревянная постройка, облокотившись на которую стоит и внимательно разглядывает вошедших здоровяк в кожаной жилетке, надетой поверх белой рубашки. Слова «трактирщик» и «стойка» были незнакомы мальчику, привыкшему к изящным церемониям дворцовых столовых.
– Чего желаете? – Разбитная пышногрудая девица возникла мгновенно, будто вызванная заклинанием.
– Поесть, естественно. Имеется что-то уже готовое?
– Луковый суп и жареная свинина устроят? – На взгляд Анри, девица даже не пыталась быть вежливой.
– Еще яичницу, бутылку вина и… – Он замялся, взглянув на парня. – Да, и какого-нибудь сока или морса.
– Можно сделать яблочный сок. Все вместе – два су и десять денье.
– Годится, но вот…
Дальше последовал короткий торг, кажется, де Колиньи посчитал цену завышенной, но насколько и почему? Не учили этому принца, считали совершенно ненужным.
Впрочем, все оказалось вполне съедобным, а сок так даже и вкусным. На улицу все
