и не так безнадежна, как он мог подумать несколько минут назад. Значит он не ошибся тогда в медицинском отсеке. Это значит, что не все потеряно.

Волны её напряжения мягко пробивали защитные барьеры резонанса. Она думала. Что она решила? Но это неважно. Он сделает её сильнее. Она этого хочет или нет — не имеет значения.

Тут на его консоли мигнуло уведомление:

— Мне только что пришло уведомление, что ты дал землянке расширеный доступ к системному архиву. — даже с такого расстояния он мог почувствовать его негодование. — Что ты задумал… кузен?

Ронан не хотел, чтобы землянку обучали. Смешно, как он себе тогда представлял ее нахождение здесь? Он хочет, чтобы она зависела от него? То, что он ломал планы Императора принесло секундное злорадное удовлетворение в душу инструктора. Ответ был короток и лаконичен.

— Просто выполняю Ваш приказ Ваше Величество.

В ответ была тишина... Тишина переполненая бессильной злобой. А все по тому, что в этот раз вирасс был прав. Это решение было выгодно в первую очередь самому Ронану. Но как же отвратно было это признавать.

* * *

ОРБИТАЛЬНАЯ СТАНЦИ ОРИОН 17. АКАДЕМИ ЭРРАЙ В44

КЕЛАР АРТЕР САНРАС IV

Пар расползался по зеркалу в ванной, заволакивая стекло тонкой дымкой. Келар провёл рукой по влажной коже шеи, ощущая приятную усталость после интенсивного дня. Вода стекала по телу, унося остатки напряжения. Он только что закончил очередную «ночь исследований» с Лейрой — и, как обычно, она ушла в его постель, словно это было само собой разумеющимся.

Он ухмыльнулся. Всё бы ничего, но он начинал подозревать, что к этим встречам его подталкивали не только инстинкты. Он не был идиотом. Лейра была слишком внимательна к нему, слишком… настойчива. Но разве это плохо? Разве шейлы не должны быть именно такими? Они ведь заключили контракт.

Келар выключил воду, провёл ладонями по лицу, стряхивая капли. Но стоило ему провести пальцами по затылку, как внутри что-то насторожилось. Уплотнение. Он замер. Провёл по этому месту снова.

Нет. Не показалось.

Маленький бугорок, словно точка после укола. Кожа вокруг была чуть плотнее, едва заметно воспалена. Сердце в груди сделало тяжёлый удар. Укол?

Келар сузил глаза, инстинктивно сжав кулак. Он не помнил, чтобы делал какие-то инъекции. Никто не имел права касаться его без разрешения. Никто.

Тело тут же наполнилось напряжением."Ты стал параноиком, Артер."Но с недавних пор он имел на это полное право. Слишком многое начало рушиться. Сначала сбои в системе. Потом данные по резонансу. А теперь…

"Кто-то что-то с тобой сделал."Он протянул руку к полке, где лежал его сканер биомониторинга. Маленькое устройство активировалось, высветив в воздухе проекцию.

Анализ кожи: Микропрокол.

Реакция тканей: Лёгкое воспаление.

Следы введения субстанции: Не обнаружены.

Келар крепче сжал зубы."Что за сорт?!"Да, система не нашла в крови посторонних веществ, но это не значило, что их там не было. Многие вещества могли растворяться в организме без следов, если использовать нужный метод.

"Кто-то вколол мне что-то, что невозможно отследить стандартными методами."Мысль обожгла разум, как электрический разряд. Кто? Кто был рядом с ним в последнее время? Лейра. Её пальцы скользили по его шее совсем недавно. Она могла…

Нет. Ей ведь внедрили цепи в День Хаоса, после заключение контракта. Теперь все ее желания должны быть заключены на нем.

Могла ли?

Проклятье. Он отключил сканер, вытер лицо полотенцем, сохраняя внешнее спокойствие, но внутри его разум работал на пределе."Если это была она… то зачем? И как ей удалось уклониться от воздействия цепей?" Он медленно вышел из душевой, не включая свет. Комната была освещена только мягкими огнями интерфейсов.

Лейра лежала в постели, но не спала. Она сидела, склонившись над его консолью. Келар остался в тени, наблюдая. Её пальцы быстро двигались по панели. Она не просто изучала данные. Она искала что-то конкретное. Он слишком расслабился рядом с ней. Потерял бдительность. И это было его роковой ошибкой.

Он увидел, как её губы слегка дрогнули — тень улыбки, которая исчезла быстрее, чем появилась.

Она знала, что он наблюдает.Внутри его желудок сжался в холодный ком.

—Лейра? Что ты там делаешь?

ГЛАВА 8 СОЮЗ С ВРАГОМ

АКАДЕМИЯ ЭРРАЙ В44. ЛИЧНЫЕ ПОКОИ МЕЙ ТАРИНА

Голографическая панель высвечивала перед ним ровные ряды символов, но он уже несколько минут не мог сосредоточиться на информации. В голове стучал один вопрос: когда именно он допустил ошибку?

Мей'Тарин Эра Лай был терпелив. Он всегда был терпелив.

Он выстраивал схемы, анализировал поведение, вёл игру, в которой фигуры двигались по доске так, как он этого хотел. Но сейчас что-то пошло не так. Его ловушка захлопнулась не на жертве, а на нём самом.

Он понял это ещё утром, когда, как обычно, отправил автоматический запрос в архивы, связанные с Аурелиусом Ив Сораном. Он искалчто-то, что могло бы связать его с Шиарданом.

Что-то, что объясняло бы, почему этот вирасс оказался под его защитой. Почему его досье было заблокировано. Почему Император не только терпел его присутствие, но и давал ему полномочия.

Запрос был аккуратным, завуалированным — стандартный метод информационного сбора. Никто не должен был заметить. Но спустя два часа он получил сигнал тревоги.

ОБНАРУЖЕН НЕСАНКЦИОНИРОВАННЫЙ ДОСТУП К ЛИЧНЫМ АРХИВАМ

ИСТОЧНИК: СЕКТОР 4. АДМИНИСТРАТИВНЫЙ ОТСЕК

ДАННЫЕ ПЕРЕНАПРАВЛЕНЫ В ОТДЕЛ БЕЗОПАСНОСТИ

Внутри всё сжалось. Только одно существо могло так быстро зафиксировать его попытку доступа. Аурелиус. Значит, он знал. Значит, он уже смотрел в его сторону. Значит, это не Мей Тарин шёл за ним — это он всё это время шёл за Мей Тарином. Это осознание било, как удар под дых.

Он выстроил целую стратегию, манипулировал Харном, использовал Келара, внедрял Лейру как инструмент влияния, стравливал Академию с внутренними конфликтами… Но он ничего не нашёл. Пять лет работы. Пять лет подготовки. И всё, что у него есть, — это догадки.

Эта мысль разъедала изнутри, как кислота. Он откинулся в кресле, глядя в потолок

— Где же ты допустил ошибку, Эра Лай? — прошептал он самому себе.

Он должен был быть осторожнее. Но он начал торопиться. Начал увлекаться собственной игрой. Начал думать, что контролирует ситуацию. Но если генерал узнал о нём, значит, теперь он — не охотник, а дичь.

Эта мысль вызвала странное ощущение. Он не боялся. Он не паниковал. Он разочаровался. В себе. Во всей этой идее. Он копал. Искал. Придумывал гипотезы. Но у него не было доказательств. Шиардан по-прежнему оставался загадкой. Аурелиус —