class="p1">Ронан был сильным. В этом сомнений не было. Но если он вдруг станет слабым… то его место займёт кто-то другой. Это был закон. Древний, непреложный закон Империи. Закон, по которому жил сам Аурелиус. И он уж точно хорошо позаботится, чтобы этого не произошло. Он слишком много сил и времени вложил для того, чтобы окаться на том месте где был сейчас.

Когда он вошёл в свои покои, то активировал голографическую панель связи. К нему уже должен был поступить отчёт по ситуации на Дархах, но прежде чем он успел открыть файлы, раздался предупреждающий сигнал системы безопасности.

ВНИМАНИЕ: НЕСАНКЦИОНИРОВАННЫЙ ДОСТУП К ЛИЧНЫМ АРХИВАМ

Аурелиус резко повернулся к экрану, его пальцы молниеносно скользнули по панели.

«Кто-то копается в твоём грязном белье, генерал».

Система вывела список последних попыток взлома. Неизвестный агент из внутренних структур тайной безопасности пытался получить доступ к его закрытым файлам.

Глаза Аурелиуса сверкнули холодным презрением.

— Смертник. — процедил он.

Онне терпел, когда кто-то лез туда, куда не следует.

Он выпрямился, расправляя плечи, и, набрав на консоли нужные команды, отправил срочный запрос в службу внутреннего расследования. Если кто-то решил играть с ним в грязные игры — тем хуже для него. Он обязательно выяснит, кто это и зачем ему это нужно. В свое время он пожертвовал многим и никому не позволит сместить его с законого места.

ЭЛЬВИРА | АКАДЕМИЯ ВИРТУМ.

ВРЕМЯ: 20:23 ПО ИМПЕРСКОМУ ВРЕМЕНИ.

Я была уставшая, злая и голодная! Эти великовозрастные засранцы-курсанты разобрали все мясо на раздаточном столе, оставив кое где жменьки непонятной травы. Чувствует моя пятая точка, что это было сделано намеренно. Шерраса и Карриса где-то ветром сдуло. Я опять почувствовала себя одинокой.

Остаркизм до добра не доводит. Дожила, из-за крох доброжелательности уже начала их считать едва ли не друзьями. Сцепила зубы и все же сгребла остатки еды из различных емкостей. Голод не тетка. Я же как-то выжила до сегодняшенего дня. Прорвусь и дальше!

Минут пятнадцать спустя инструктор Шиардан выцепил меня прямо у входа в спальный отсек. От него так и пылало раздражением вперемешку с непонятной мне эмоцией.

Руки дрожали. Пустой желудок сводило судорогой. Я знала, что если сейчас не завалюсь на койку — не уверена, что завтра вообще встану.

— Куда тебя распределили?

— Правая дверь напротив входа. — ответила на автомате.

Не ожидала увидеть его после того он распрощался со всеми у выхода из столовой.

— С кем тебя поселили? — не поняла, к чему эти вопросы, я хотела лишь одного, завалится спать и попытаться не отбросить коньки во сне, но отвечать пришлось.

— Я одна, никто не захотел делить со мной комнату. — не отцепиться ведь, нутром чувствую его решительный настрой.

— Идем. — схватил меня за руку и был таков, так я и пошла за ним следом, бегу и падаю, пришлось приложить усилия, чтобы остаться стоять на месте.

— Пусти! — пойди разбери с их резонансом, а вдруг еще потребует переспать с ним для "укрепления связи", — Никуда я с тобой не пойду!

Романы о попаданках дают о себе знать, хочешь не хочешь, а похабные картинки всплывают в подсознании. Но то как скривилось лицо вирасса, когда он обернулся, надо было видеть.

Чувство стыда опалило с головы до ног. Выражение его лица говорило громче слов, стало ясно, он уловил направление моих мыслей.

— Не обольщайся — знаю, я девочка большая уже, но подобные речи сильно бьют по самооценке.

— Молчи! — вскинула руку, чтобы остановить начинающийся словесный понос и сцепила зубы — Пошли уже....

И уже сама дернула его за руку по направлению к моей каюте. Недовольство собой наполняло грудь. Я уже люто ненавидела свой гипер активный разум, что несвоевременно подкидывает абсурдные мысли в голову. Вот к чему привела любовь к лфр романам.

— Не начинай! — взвыл Шиардан на пороге и буквально закинул меня внутрь — Я не собираюсь копаться в твоем человеческом дерьме!

— А ты не лезь в мою голову тогда! — уже не выдержала я, готовая буквально наброситься на него и выцарапать его желтые глаза.

Мы уставились друг на друга, не моргая. Тяжёлое дыхание. Напряжение, застывшее в воздухе.

И вдруг голограмма в углу вспыхнула. Раздался ровный голос, наполненный дьявольским спокойствием.

– [ Напоминаю: Его Величество Император запросил аудиенцию. Вы оба обязаны явиться.]

ГЛАВА 6: ОКОВЫ ИМПЕРАТОРА

АКАДЕМИЯ ВИРТУМ. ЗАПРЕЩЁННЫЙ КАНАЛ СВЯЗИ. 21:03 ПО ИМПЕРСКОМУ ВРЕМЕНИ.

Шиардан хмурился, глядя на вспыхнувшую голограмму. Ронан. Существо, что держит Галактику железной рукой. И тот, чью жизнь он теперь вынужден охранять, как собственную. Насмешка судьбы.

Он чувствовал напряжение ещё до того, как увидел это лицо. Слабый гул, прорывающийся сквозь нейросвязь. Сдавленную ярость. Раздражение. Страх. Император боялся. Это чувство было скрыто под налетом гнева, ярости и злобы. Но даже с такого расстояния он вирасс, очень хорошо мог это почувствовать. Что не радовало

Шиардан не стал кланяться.

— Вы хотели видеть меня, Ваше Величество? — тон голоса старался сохранить ровным, но в нём чувствовалось скрытое раздражение.

Букваль пару минут тому назад, у них с землянкой была перепалка, а сейчас приходилось держать себя в руках. Любой эмоциональный всплеск кузен посчитает за слабость.

— Ты знаешь, почему я здесь.

Ронан выглядел… иначе. Да, его поза всё ещё излучала уверенность. Да, он держал себя в руках. Но Шиардан чувствовал, что происходит под этой маской.

Контроль. Он был на грани.

— Я не буду тратить время на бессмысленные разговоры, — продолжил Император. — Ты молчишь о резонансе. Землянка молчит о резонансе. Никто не должен узнать. Никогда.

На слове землянка Шиардан бросил взгляд на Эльвиру, что демонстративно отвернулась и села на кровать, затем чуть прищурился.

— Разве я похож на самоубийцу, который пойдёт об этом рассказывать?

Глаза Ронана сверкнули.

— Ты похож на идиота, который не понимает, во что ввязался.

Тишина. Шиардан стиснул зубы.

— И что ты предлагаешь?

Ронан сделал вдох, будто сдерживал что-то, что рвалось наружу.

— Пока мы связаны, ты — часть системы. Ты не можешь умереть. И твоя драгоценная земляночка тоже. Если хоть одно существо в этой Галактике узнает о связи, нас троих сотрут с лица Империи.

Яд с его языка, можно было сцеживать, буквально. Шиардан напрягся.

— Если она умрёт — ты умрёшь.

Слова Ронана были ядовиты, холодны, но в них не было угрозы. Только голый факт.

Шиардан это знал. Но слышать это из уст Императора было… по-своему страшно.

— Я не собираюсь умирать, — наконец, сказал он.

— Вот и прекрасно, — Император склонил голову набок. —