class="p1">— Лукас, вы уверены? Установка работает?

— Абсолютно. Видел своими глазами. Генераторы работают, кристаллы светятся, антенны излучают. Она живая.

— Образцы взяли?

— Нет. Слишком опасно. Воздействие сильное, долго находиться нельзя.

— Понял. Эвакуируйтесь. Немедленно. Маршрут прежний. Связь держите.

— Принял. Конец связи.

Лукас выключил рацию, посмотрел на группу.

— Валим. Быстро, но без паники. Первый уровень, шахта, подвал, выход. Бегом марш.

Они побежали. Марко впереди, остальные следом. Сапоги грохотали по металлу, эхо гуляло по коридору. Выскочили в бетонную часть бункера, первый уровень. Здесь тише, дозиметр стрекотал меньше — девятьсот. Лучше, но всё ещё плохо.

Пробежали жилой блок, столовую, склады. Вышли к шахте. Люк открыт, лестница зовёт вверх.

Марко полез первым, быстро, скобы скрипят под руками. Лукас следом. Диего, Педро, Рафаэль. Дюбуа последний. Полез, винтовка бьётся о спину, руки скользят. Двадцать метров вверх, каждый метр как километр.

Наверху подвал. Выбрались, побежали к лестнице. Взлетели на первый этаж. Коридор, выход, ступени. Воздух стал свежее, легче дышать.

Выскочили на улицу. Солнце светит, воздух тёплый, пахнет пылью и травой. Живой мир. Не бункер, не установка, не металл и смерть.

Собаки лежали у подножия ступеней, там где оставили. Увидели людей, вскочили, завиляли хвостами, заскулили радостно. Одна подбежала к Дюбуа, ткнулась мордой в колено. Он машинально погладил.

Группа остановилась, дышала тяжело, руки на коленях. Марко сплюнул, вытер пот.

— Пиздец. Это был пиздец.

— Согласен, — выдохнул Диего.

Рафаэль достал флягу, сделал глоток. Передал Педро. Тот выпил, передал дальше. Круговая. Дошла до Пьера. Он глотнул — вода тёплая, с привкусом металла. Но живая.

Лукас достал дозиметр, проверил всех. Уровни высокие, но не критичные. Триста-четыреста микрорентген. Набрали дозу, но не смертельную. Неделя отдыха, йод, витамины — восстановятся.

— Живы, — сказал он. — Все живы. Это главное.

— А миссия? — спросил Марко. — Мы ничего не принесли. Образцы с второго уровня — хуйня, старьё. Корпорация хотела Горизонт. А мы слились.

— Корпорация получит отчёт, — ответил Лукас. — С фотографиями, координатами, описанием. Установка работает — это уже информация. Ценная. Если захотят образцы — пришлют специальную команду. С защитой, экранированием. Мы сделали что могли.

Марко хотел возразить, но промолчал. Знал — командир прав. Живые важнее мёртвых героев.

Легионер осмотрел площадь. Руины установки — та, что сломали утром. Лежит мёртвая, дымится. А в бункере под ними большая сестра. Живая, опасная, вечная. Работает тридцать лет без людей, без обслуживания. Сама себя кормит, сама излучает, сама убивает.

Зона. Всегда полна сюрпризов. Всегда опасна. Всегда непредсказуема.

Дюбуа проверил винтовку, патроны, разгрузку. Всё на месте. Посмотрел на группу. Все живы, все целы. Пока.

— Назад? — спросил Марко.

— Назад, — подтвердил Лукас. — Через город, мост, лес. К «Уралам». На базу. Живыми.

Они двинулись обратно. Собаки последовали, молча, преданно. Город встречал тишиной. Солнце клонилось к закату, тени вытягивались.

Впереди мост. Впереди Шакал. Впереди расплата.

Но это потом. Сначала дожить до моста.

Обратный путь начался спокойно. Слишком спокойно. Город молчал, улицы пустые, только ветер гонял мусор по асфальту. Группа шла быстро, но без суеты — колонна, дистанция пять метров, оружие на изготовке. Собаки трусили следом, скулили тихо, чуяли что-то.

Дозиметр стрекотал тише — четыреста, триста пятьдесят. Чем дальше от администрации, тем чище воздух. Легионер чувствовал — головная боль отступает, тошнота слабеет. Радиация отпускала. Медленно, но отпускала.

Прошли три квартала. Впереди проспект — широкий, ведёт прямо к окраине. Там поле, потом мост. До моста километра два. Час ходьбы, не больше. Солнце клонилось к горизонту, тени стали длинными, чёрными. Сумерки начинались. Худшее время.

Марко шёл впереди, оглядывался постоянно. Нервничал. После бункера все нервничали. Установка давила на память, не отпускала. Зелёный свет, вращающиеся кольца, гудение генераторов. Живая, вечная, убивающая.

Вышли на проспект. Асфальт разбит, трамвайные рельсы торчат из-под земли, ржавые, изогнутые. По сторонам пятиэтажки, панельные, окна пустые, балконы обвалились. Один дом накренился, будто падает. Трещина через всё здание, арматура торчит.

И тут Марко остановился. Поднял руку — стоп.

Группа замерла. Все подняли стволы, вглядывались вперёд.

Впереди, метрах в ста, на проспекте — фигура.

Большая фигура.

Легионер навёл бинокль, присмотрелся. Выдохнул.

— Блядь.

Псевдогигант. Но не такой, как в учебниках. Не такой, как в рассказах сталкеров.

Этот был другой.

Высота метра три с половиной, может четыре. Широкий, как грузовик — плечи метра полтора в ширину. Но не уродливый. Не горбатый, не с гипертрофированными мышцами на спине. Гармоничный. Тело пропорциональное, как у человека, только в три раза больше. Руки длинные, мускулистые, пальцы толстые, но не когтистые. Ноги крепкие, стоит ровно, не сутулится.

Голова большая, но не звериная. Лицо почти человеческое — широкие скулы, тяжёлая челюсть, нос приплюснутый. Глаза маленькие, глубоко посажены. Смотрят осмысленно. Не как у животного. Как у человека. Старого, уставшего человека.

На нём шуба. Огромная, до колен, сшитая из шкур. Псевдособаки, судя по виду — серые, пятнистые, мех клочками. Сшито грубо, жилами, но крепко. На ногах обмотки из той же шкуры. Босой.

И в руке рельса.

Железнодорожная рельса, метров пять длиной, весом под центнер. Держит одной рукой, опирается, как на посох. Второй конец рельсы лежит на асфальте. Металл погнут, будто его крутили. Вырвал из полотна голыми руками, скрутил, превратил в дубину.

Псевдогигант стоял посреди проспекта, смотрел на группу. Не двигался. Просто смотрел. Спокойно, оценивающе. Как человек смотрит на незнакомцев. Не враг, не добыча. Просто незнакомцы.

Лукас опустил бинокль, посмотрел на Пьера.

— Что это?

— Псевдогигант. Мутант. Радиация их делает. Обычно тупые, агрессивные, атакуют сразу. Но этот…

— Этот не тупой.

— Нет. Не тупой.

Марко вскинул автомат, целился.

— Мочим?

— Жди, — сказал Лукас. — Пока не нападает — не стреляем. Может, пропустит.

— Пропустит? Ты ебанулся? Это псевдогигант. Они не пропускают. Они убивают.

— Этот стоит. Не атакует. Значит, думает. Может, договоримся.

— Договоримся? С мутантом?

— А ты видишь другой вариант? Если стрелять — он нападёт. Рельсой размажет всех по очереди. Лучше попробовать базарить.

Марко хотел возразить, но Лукас уже пошёл вперёд. Медленно, руки на виду, автомат на ремне. Приближался осторожно, метр за метром.

Остальные остались на месте, стволы нацелены на гиганта. Готовы стрелять, если что.

Дюбуа держал винтовку, прицелился в голову. Оптика показывала чётко — лицо почти человеческое, глаза смотрят прямо на Лукаса. Умные глаза. Это пугало больше, чем размер.

Лукас подошёл на пятьдесят метров, остановился. Крикнул:

— Мы просто проходим! Не хотим драться! Пропустишь?

Псевдогигант молчал. Смотрел. Потом сдвинул рельсу, поднял вертикально, упёр в землю. Держал двумя руками, как копьё. Не угрожающе. Просто показал — вооружён. Предупредил.

Лукас кивнул.

— Понял. Ты защищаешь территорию. Мы уйдём. Быстро.