по всей видимости, раздражается, когда у меня на лице остается прежнее выражение скуки и тоски.

– Я прошла первые два испытания, – обращаюсь к нему, но говорю достаточно громко, чтобы слышали окружающие. – У меня уже есть два балла из трех необходимых для прохождения Испытаний Тройки Мечей. Мне необязательно побеждать в дуэли. Так что избивать тебя я буду просто ради забавы.

Иза втискивается между Драйстином и Лорен и с ухмылкой наклоняется над столом.

– Я собираюсь вытереть тобой пол, так что от тебя останется лишь кровавое месиво. Факультетам будет не из чего выбирать.

– Всегда можешь попытаться. – Тонкая улыбка пробивается сквозь мою внешнюю невозмутимость. – Но мы оба знаем, чем все закончится, да?

Прежде чем он успевает ответить, раздается звон. Иза отталкивается от стола и бросает на меня последний испепеляющий взгляд.

– Увидимся на крыше!

47

Последнее испытание проводится на той же крыше, на которой погибла Кел. Сейчас пол покрыт тонким слоем снега, частично растаявшим под лучами послеполуденного солнца. Как только мы выходим, взгляд Лорен тут же устремляется к тому месту, где ее лучшая подруга испустила последний вздох. Я смотрю туда же, размышляя о моей многочасовой уборке, которая, может, и смыла кровь, но никак не память о Кел. Несмотря на то что Вадуин заставлял нас тренироваться весь прошлый сезон, мы занимались в самых разных местах, но сюда никто не поднимался с того самого дня.

Я кладу руку на плечо Лорен и шепчу:

– У тебя все получится.

– Сделай это ради нее, – повторяет она мои слова, и у меня на мгновение перехватывает дыхание. Я дала этот совет, когда мы сидели у нее в комнате. А Лорен отплатила мне тем же в библиотеке, предложив утешение, которое не мог дать никто другой.

– Мы сделаем это ради них, – клянусь я и крепко сжимаю ее плечо, прежде чем отпустить. Лорен кивает. Я еще не видела ее такой решительной.

Вместе с другими посвященными мы собираемся на одном конце крыши. Студенты уже сдали свои зимние экзамены, и им разрешено наблюдать за последним испытанием со всем преподавательским составом.

И Кэйлисом.

Я останавливаю на нем взгляд. В его глазах бушует множество эмоций. Беспокойство, гордость, смешанная со страхом, а также восхищение. На протяжении многих недель я хотела увидеть нечто подобное, но он всегда отстранялся. Почему он проявляет их только сейчас? Почему рискует показать чувства перед остальными?

Это часть игры. Он притворяется, будто ему не все равно, именно потому, что за ним наблюдают. «И ничего больше», – пытаюсь сказать я своему рвущемуся из груди сердцу. Он хочет, чтобы все видели, как он переживает. Все это часть нашей бесконечной игры.

Объявление результатов возвращает меня к настоящему моменту, и я выкидываю Кэйлиса из головы. Сейчас меня ничто не должно отвлекать.

Я счастлива узнать, что мои общие результаты позволяют мне оказаться одной из лучших в группе. Лорен, несмотря на одолевавшее ее отчаяние, находится примерно в середине списка вместе с Драйстином. А значит, пусть она и провалила одно из испытаний, чтение прошла с отличием, и это должно о чем-то сказать студентам. Сорза снова впечатляет меня – она на самом верху, как и Алор. Хотя Алор почти не смотрела на меня во время испытаний, я надеюсь, что она помнит, как сильно я помогла ей, и продолжит изучать записи клана Башни. Моей сестры больше нет. Но загадок по-прежнему много. Например, смерть моей матери. Сайлас. И куча других задач, для решения которых, подозреваю, ресурсы Алор в будущем окажутся неоценимы.

Посвященные один за другим разбиваются на пары и занимают свои позиции на дуэльной арене. Мы выходим по три пары зараз. Как бы все ни закончилось, половина посвященных провалит испытание. В каждом поединке победить может только один. До моих ушей волнами долетает шепот. Почему-то даже снегопад кажется громким, пока мы все вместе переводим дух перед тем, как Вадуин начнет первый матч.

Наблюдая за другими посвященными, я могу по-настоящему оценить их навыки. С Сорзой я спарринговалась достаточно много, и мне нет необходимости изучать ее. Но Драйстин очарователен – его манера заклинания карт прямолинейна, но почти изящна в своей плавности, и он не тратит энергию впустую. Алор, как я и ожидала, меткая и использует всего несколько карт, но с убийственной точностью.

Меня совсем не удивляет, что я попадаю в последнюю группу, выходящую на арену. Лорен стоит в стороне от меня – ее противник Фирн. Как Иза и обещал, против меня выступает именно он. По пути на свое место я еще раз бросаю взгляд на Кэйлиса. Он с трудом сглатывает, и его горло дергается. Я борюсь с понимающей улыбкой.

«Не переживай, у меня все под контролем», – пытаюсь сказать я одними глазами.

«Правда?» – вопрошает его взгляд.

Я разрываюсь между желанием отругать его за беспокойство и заверить, что все будет хорошо. Прошло слишком много времени с тех пор, как новый человек в моем окружении смотрел на меня с такой тревогой. Обреченные звездами уже давно были моей семьей, поэтому я знаю, что они заботятся обо мне. Это даже не поддается сомнениям. Но все остальные всегда держались от меня на расстоянии. Я сама не подпускала никого настолько близко, чтобы в их глазах светилось беспокойство за меня.

Одарив Кэйлиса ободряющей улыбкой напоследок, я меняю позу и поворачиваюсь лицом к Изе. Мир ограничен нашей дуэльной ареной. Все остальное поглощено взаимной ненавистью и теряет значение. Мои пальцы пощипывает от нарастающей внутри силы. Прикрепленная к бедру колода кажется в три раза тяжелее, чем обычно.

– Готова? – спрашивает Иза.

– Подозреваю, что побольше тебя. – Я хрущу костяшками пальцев. – Как твоя челюсть?

Его высокомерная ухмылка сменяется угрюмой гримасой. А моя улыбка становится только шире. Витающая между нами ненависть способна воспламенить даже снег на крыше. У меня перехватывает дыхание, и я задерживаю его, напрягая каждую мышцу в теле.

Голос Вадуина звучит так, словно он обращается к нам и только к нам одним:

– Начинайте!

Мы одновременно приступаем к дуэли.

Иза сразу выбирает Туз Жезлов, и из колоды у его бедра вылетает огненный шар. Учитывая его аркан, я рассчитывала, что он попытается снова сыграть с моей психикой. Но я рада отвечать ударами на удары. Если бы мне еще не приходилось сдерживать себя, чтобы не отличаться от других посвященных, то я бы ответила Семеркой Жезлов – щитом.

Но вместо этого использую Четверку Пентаклей. Четыре диска золотого света окружают меня, взмывая ввысь. Снегопад превращается в ливень, который заливает дуэльную арену и гасит пламя