дверь. Да о чём мы вообще говорим!

— Барон захотел десяток!

Я спокойно посмотрел ему в глаза.

— И ты сразу согласился.

— А что я должен был сказать?

— Например, ты мог бы сказать «нет».

На несколько секунд повисла тишина. Прохор посмотрел на меня так, словно я предложил ему добровольно лечь в могилу.

— Барону?

— Вот именно.

Он открыл рот, но ничего не сказал. И только сейчас до меня наконец дошло. Я сам сказал глупость. Какой бы выбор у него был? Никакого. Что я бы на его месте мог бы ответить барону? Смог бы поступить иначе?

Я медленно выдохнул. Раздражение никуда не исчезло, но спор внезапно потерял смысл, действительно от части сам и виноват. Да и всё уже случилось.

Из комнаты донёсся приглушённый мужской голос. Мы оба одновременно посмотрели на дверь и Прохор понизил голос, тем более мы стояли так близко, что смысла кричать или даже говорить громко не было никакого.

— Слушай внимательно.

Я кивнул.

— Они пришли не ко мне.

— Уже заметил.

— Они сразу спросили твоё имя.

Раздражение окончательно сменилось тревогой.

— Откуда знают?

— Да откуда я могу знать, — снова зашипел Прохор.

— А легенда про заморского торговца?

Старик же только поморщился.

— Видимо, прожила недолго. Все равно лучше, чем ничего.

Я тихо выдохнул. Вот тебе и месяц форы. Вот тебе и осторожность. Вот тебе и заморский торговец.

Старик устало потёр лицо ладонями.

— Послушай… я тоже боюсь.

Это прозвучало настолько неожиданно, что я даже не сразу нашёлся с ответом. Спустя небольшую паузу спросил.

— Боитесь?

— Конечно.

Он кивнул на дверь.

— Надеюсь, что ты понимаешь. Если ты сейчас наговоришь лишнего, проблемы будут не только у тебя. И поверь, если барон в этом случае тебя не тронет, то опасаться придется уже меня.

Вот это уже было честно. Не благородство и не дружба, обычный расчёт, но зато честный. Я лишь посмотрел на дверь и тихо вздохнул.

— Тогда у нас хотя бы совпадают эмоции. И что предлагаете?

— Зайти внутрь.

Я невольно усмехнулся.

— Хороший план.

— Другого нет.

Несколько секунд мы молчали. Потом Прохор неожиданно криво улыбнулся.

— Кстати.

— Что?

— Если всё закончится хорошо… потом ещё раз расскажешь мне, как надо было осторожно вести дела.

Я тихо фыркнул.

— Обязательно.

Из комнаты снова донёсся голос. На этот раз нетерпения в нём не было, они просто ждали. Прохор кивнул сам себе, расправил плечи и открыл дверь, решив закончить наш разговор.

— Олег пришёл.

Сердце ударило так сильно, будто собиралось вырваться из груди и я шагнул внутрь.

Передо мной сидели двое мужчин. С первого взгляда было понятно — не местные работяги.

Оба расположились за тем самым круглым деревянным столом, за которым ещё вчера мы с Прохором пили чао и обсуждали лампочки. Сейчас знакомая комната казалась совсем другой. Тот же стол, те же стены, тот же запах дерева и горячего напитка, но вместо неспешных разговоров и подсчета драгоценных монет здесь царило напряжение, будто сам воздух стал тяжелее.

Без показной роскоши, но каждая деталь их одежды говорила о достатке.

Тёмные плащи были накинуты поверх добротной кожаной брони, местами потёртой, но явно дорогой. На поясах висели короткие мечи. У того, кто был явно постарше, на пальце поблёскивал серебряный перстень с изображением оскалившегося зверя. Разглядеть детали с такого расстояния я не смог.

Когда я вошёл, оба одновременно подняли головы. Неприятное ощущение, слишком не простыми были взгляды. Так мясник, наверное, смотрит на телёнка перед покупкой.

— Олег? — спросил тот, что выглядел постарше.

— Да.

— Присаживайся.

Не просьба, а констатация. Просить дважды меня не нужно было, я молча сел на свободный табурет у стены. Совсем не на тот резной стул, который ещё вчера любезно приносил мне Прохор. Видимо, сегодня гостями считались совсем другие люди.

Несколько секунд никто не произносил ни слова, слышалось только потрескивание печи. Прохор неловко переступал с ноги на ногу, не зная, куда деть руки. Старший внимательно рассматривал меня.

Его взгляд скользнул по мозолистым ладоням, по истёртой рабочей одежде, по свежим царапинам на пальцах. Затем задержался на лице, где бессонная ночь оставила тёмные круги под глазами.

Кажется, увиденное его удивило. Наверное, ожидал встретить маститого ремесленника, а увидел обычного шахтёра.

— Нам сообщили, что именно ты имеешь отношение к необычным светящимся кристаллам, недавно появившимся в продаже.

Вот и всё. Не «если», не «возможно», не «мы слышали».

Сообщили.

Значит, сомнений у них уже нет. Я думал, что отвоевал хотя бы месяц, ошибся.

Либо барон сразу не поверил истории про заморского торговца, либо решил проверить её ради собственного спокойствия.

В любом случае нашли меня слишком быстро, пока оставалось только выиграть немного времени.

— Светящимся кристаллам? — осторожно переспросил я.

Мужчина спокойно покачал головой.

— Не строй из себя дурака.

Вот и закончилась моя попытка. Время не выиграл.

— Для дурака ты слишком внимательно смотришь по сторонам.

Я невольно отметил эту фразу. Он заметил даже такую мелочь. Придётся быть осторожнее и в будущем самому обращать на такое внимание, поэтому пожав плечами, я ответил самым безопасным вариантом из всех, что успел придумать.

— Кажется, понимаю, о чём вы. Я лишь помогаю одному торговцу с обработкой товара.

— Это ты о том самом торговце из-за моря?

В его голосе впервые прозвучала откровенная насмешка. Краем глаза я заметил, как Прохор окончательно побледнел, вероятно я и сам сейчас выглядел не лучше. Похоже, наша легенда прожила совсем недолго, сердце постепенно успокаивалось.

А ведь какой смысл паниковать? Если меня решили убить, разговор ничего не изменит, поэтому успокоившись я кивнул.

— Именно так мне и сказали.

И ведь не соврал, именно так мне Прохор и сказал. Мужчина неожиданно усмехнулся.

— Хороший ответ.

Он запустил руку под плащ и достал знакомый предмет. Лампочку. Мою лампочку. Ту самую!

Я невольно задержал взгляд на светлом кристалле. Барон доверил ему такую дорогую вещь?

Учитывая, что всего в мире сейчас существовало четырнадцать таких экземпляров, доверие выглядело немалым.

Мужчина положил лампочку на стол. Несколько секунд молча рассматривал её, словно впервые видел.

Потом спросил:

— Знаешь, что мне в ней нравится?

Я отрицательно покачал головой. Он щёлкнул выключателем и комнату сразу залил мягкий белый свет, блеснувший от перстня на пальце мужчины.

Даже Прохор будто немного успокоился, разве что морщины на его лице стали видны более отчетливо.

— Она решает проблему, о которой все давно привыкли не думать.

Он медленно повертел лампу в руках.

— Свечи коптят. Масло дорогое. Факелы неудобны. А эта вещь…

Он сделал небольшую паузу.

— …она может изменить жизнь очень многих людей.

Второй