у костра, когда они уплетали двойные порции каши, ко мне подошёл Новиков.

— Товарищ сержант, а это правда была проверка? А главный экзамен будет?

Я посмотрела на их весёлые, на Щукина, который с жаром рассказывал, как он драил гигантские котлы в столовой, на Петрова и Селезнёва, которые в сторонке спорили о том, чей удар в схватке со старшекурсниками окажется эффективнее.

— Главный экзамен, курсант Новиков, — сказала я, отламывая кусок хлеба, — длится всю жизнь. А сегодня... вы просто молодцы.

Они не услышали. Они уже пели какую-то дурацкую походную песню, в которой рифмовалось «Щукин» и «картофельный суп». Рифма не главное. Они были вместе, живы и знали, что товарища не бросают.

А это — лучший итог любых учений.

***

Тера Ева.

Путь в академию после учений напоминал возвращение домой. Не в уютный, а в тот, единственно возможный сейчас дом — с казарменным запахом дезинфекции, скрипом кроватей и родным гулким эхом плаца. Практика была зачтена как «удовлетворительная», а для первого выезда это была высшая оценка.

Комендант, глядя на их вымученно-равнодушные, но светящиеся изнутри лица, буркнул: «Завтра вам увольнительная. Только чтобы я вас не видел и не слышал». И добавил, уже строго: «И чтоб ни драк, ни пьянства! А то Громова меня на портянки пустит».

Городок за стенами академии был маленьким, как пятак. Одна центральная улица, пара магазинов, чайная «У Марфы» и бескрайние леса, подступающие к самым окраинам. Здесь каждый новый человек был событием.

Я осталась в кабинете разбирать рапорты. Тишина была непривычной, почти звенящей. И тут её нарушил нервный стук в дверь.

— Войдите.

На пороге стояли Новиков и Петров, уже в чистой, парадной форме. Выглядели они странно: официально-напряжёнными, но в глазах прыгали неподдельные огоньки тревоги.

— Товарищ сержант, разрешите обратиться? — начал Новиков.

— Обращайтесь.

Они переглянулись.

— Мы в чайной были, — выдавил Петров.

— Молодцы. Расширяете географию.

— Так там... новый, — вступил Новиков. — Маг. Сильный, чувствуется. Не местный.

— И?

Они переглянулись, и Петров, краснея на глазах, пробормотал:

— Мы думаем, это Ваш старый поклонник.

В кабинете наступила тишина. Новиков с ужасом толкнул Петрова локтем в бок.

— Он... у Марфы спрашивал, — торопливо поправился Новиков, — кто тут у нас «такая тера со стальным взглядом». А Вы у нас... — он замолчал, не в силах повторить пафосную формулировку товарища.

— Да, Вы у нас красивая женщина! — вдруг выдохнул Петров, красный, как помидор. — А этот явно не с добром!

Я отложила ручку, с трудом скрывая улыбку. Эти два идиота были готовы на подвиги ради моей чести. Хорошо хоть сначала пришли доложить.

— И что вы предлагаете, стратеги? — спросила я, подпирая подбородок рукой.

— Мы можем его... э-э-э... проработать? — Петров сжал кулаки с таким видом, будто готов был проработать целый легион.

— То есть, вы хотите пойти и побить незнакомого мага в мою защиту? — уточнила я.

— Не побить! — тут же поправился Новиков. — Просто провести воспитательную беседу. Так, для профилактики.

Они стояли, два взъерошенных цыплёнка, готовые грудью встать на пути мнимой угрозы для своей «мамочки». И в этот момент внутри у меня что-то дрогнуло. Не раздражение. Что-то тёплое и глупое.

— Вам обоим — благодарность от командования за бдительность, — сказала я ровным голосом. — А теперь — марш в увольнение. И чтобы никаких «воспитательных бесед». Я сама разберусь с этим типом.

— Так точно! — они выдохнули с облегчением и, отсалютовав, выскочили из кабинета.

Я подошла к окну, выходящему на главную улицу. Да, маленький городок. И правда, новый человек виден сразу. Особенно если он сидит один за столиком у окна в чайной Марфы, пьёт чай, смотрит на здание академии и задаёт вопросы.

Сомнений не было. Если даже мои пацаны почувствовали, маг действительно сильный.

«Поклонник», — мысленно повторила я слова Петрова и фыркнула.

Ладно. Хватит прятаться за рапортами. Если уж за мной приехали аж в такую даль, надо выйти, познакомиться и вежливо, но твёрдо дать понять, чтобы больше не приходил.

Я сняла со спинки стула свой китель, на мгновенье задержала взгляд на жестяной коробке на полке, поправила пучок и коротко бросила дежурному:

— Выйду. Ненадолго.

Посмотрим, кто это там такой нашёлся по мою душу.

Глава 9.Визит.

Тер Алексей Батин.

Ожидание растянулось на вечность. Я успел пересчитать всех бродящих поблизости голубей, сходить купить воды и заскучать. Мысленно уже прощался с идеей отпуска, когда коммуникатор наконец завибрировал.

— Лекс, есть! — голос Ромы звучал торжествующе. — Леночка — гений. Твоя пропажа нашлась. Военная Академия «Вершина». На самой границе. Говорят, ветра там такие, что мамонта с ног сносит. Шарфик захвати.

Название прозвучало как приговор. «Вершина». Самая глушь. И безумно логично для неё.

— Координаты и разрешение на телепорт уже на твоём планшете. Игнат передал, что Леночка добавила в базу запись о твоём командировочном предписании. Для конспирации — чтобы у жены лишних вопросов не возникло.

Вот так. Теперь я был официальным лицом с командировочным предписанием к собственной жене. Цирк продолжался.

В этот момент раздался ещё один звонок.

— Да, мама, — со вздохом ответил я.

— Сынок, какие планы на сегодня?

— Съездить за своей женой и вернуться, — буркнул я, не особо осознавая последствия этого заявления.

— Сынок, ты наконец женился? Какое счастье! Но… ведь не было никакой свадьбы.

— Это был брак по распределению, мама.

— Не важно, милый, нужно будет исправить это упущение. Как вернёшься, звони. Я пока всё продумаю.

Звонок оборвался, а я опять тяжело вздохнул. Если мама что-то решила…

Телепортация заняла несколько секунд. Резкий толчок, лёгкая тошнота, и вот я уже стоял на небольшой каменной площадке у невзрачных крепких ворот. Воздух был холодным и густым. Пахло хвоей и влажным камнем. Ветер, и правда, пытался стащить с меня плащ.

Академия представляла собой суровую крепость, вросшую в скалы. Никаких фонтанов и мрамора. Только гранит, сталь и боевые шрамы на стенах. Мой дом в столице показался сейчас другим миром.

Следующим логичным шагом была разведка. Решительно направился в чайную «У Марфы», что стояла через дорогу от академии.

Заведение оказалось таким, как я и ожидал: начищенный до блеска самовар, прочные деревянные столы и запах свежей выпечки. Я занял столик у окна, откуда был виден главный вход в