показала, что Юлиана у себя в комнате. Бросив взгляд на часы, стоявшие на комоде, я понял, что будить невесту будет чересчур. Всё же пять утра — время самого сладкого сна.

С этими мыслями я вырубился, а проснулся от того, что Агата тыкала лапой мне в подбородок.

— Чего ты? — сонно спросил я и перевернулся на другой бок.

— У твоего детёныша праздник, — муркнула кошка. — Никто не знает, что ты дома, все расстроены.

— А сколько времени? — я зевнул и посмотрел на часы. — Десять утра… что-то поздновато они там завтракают.

— Это уже второй завтрак, после тренировки, — пояснила Агата. — Ты пойдёшь радовать своих детёнышей или нет?

— Угу, сейчас, — я потянулся и встал с кровати. — Спасибо, что разбудила.

— Не за что, — Агата шевельнула пушистым хвостом и растворилась в тени.

Я же привёл себя в порядок, оделся и спустился на первый этаж. Стоило мне войти в столовую, как на моём лице сама собой появилась улыбка.

Вика держала в руках свёртки с подарками, Борис заглядывал ей через плечо, а рядом сидела Юлиана. Александр и Мария сидели чуть дальше с довольными улыбками. Дядя уже не выглядел как будущий труп, но было заметно, что раны ещё не до конца зажили.

А вот Леонид Орлов стоял у окна и смотрел куда-то вдаль. Его пальцы сжимали оконную раму, а спина была настолько прямой и напряженной, что казалось, будто он изо всех сил сдерживает эмоции.

— Доброе утро всем, — громко сказал я. — С днём рождения, сестрёнка.

— Костя! — радостные крики чуть меня не оглушили.

Вика и Боря рванули из-за стола и повисли на мне. Юлиана шагнула ко мне и дождалась, пока брат и сестра отлипнут, после чего прижалась к моей груди.

— Я переживала, — шепнула она едва слышно.

— Константин, — её отец обернулся и посмотрел на моё лицо. — Этой ночью кое-что произошло.

— С тобой? — уточнил я, продолжая обнимать Юлиану.

— С тобой, — он выпрямился ещё сильнее, хотя куда уж больше. — Я изучал артефакты, которые оставили Лопуховы с Куприяновым, и получил странный сигнал. Через один из артефактов со мной связался некий князь Щепин.

— И что же он сказал? — я удивлённо выгнул бровь.

Мог ли Щепин перепутать адресата и послать зов на артефакт Куприянова по ошибке? Мог. Как и быть уверенным, что Куприянов до сих пор на стороне Вестника.

— Он сообщил, что граф Шаховский погиб, а потом воскрес на месте, — Леонид сверлил меня взглядом, будто искал на моем лице доказательство моей смерти.

— Ты тоже умирал, — я пожал плечами. — И тоже воскрес. Что тебя удивляет?

— Ты говорил, что ты — Феникс, — он дёрнул кадыком. — Но ты до сих пор не сказал, откуда у тебя знания ритуалов, о которых никто в этом мире не слышал.

Я оглядел своих самых близких людей и улыбнулся уголком губ.

— Всё просто, Леонид. Я не из этого мира.

Глава 9

Мой взгляд уловил странное движение. Борис легонько стукнул Вику по плечу и усмехнулся.

— Я же тебе говорил! — воскликнул он. — Так что теперь Агата моя!

— Ты говорил другое, — возразила сестра. — Твоя версия была в том, что Костя после смерти во время ритуала вместил в себя сознание другого человека.

— Из другого мира, — Боря показал Вике язык и повернулся ко мне. — Она проиграла, так что Агата будет моим питомцем.

— Подождите, дети, — хмуро перебил его Леонид. — Я не могу понять, что происходит. Юлиана, ты знала?

Он повернулся к дочери, которая продолжала меня обнимать с самым спокойным видом. Орлов посмотрел на Александра и Марию, которые тоже будто бы не удивились моему заявлению. Ну а я лишь ещё раз убедился, что независимо от того, что я скажу, эти люди меня приняли. Давно надо было поделиться с ними правдой, но я оттягивал этот момент, а сейчас как-то само всё получилось.

— Я не знала наверняка, но догадывалась, — Юлиана улыбнулась. — Ты просто недавно приехал и не успел понять, что из себя представляет Константин.

— Точно, — кивнул Александр. — С первой же встречи я понял, что передо мной не мой племянник, и ждал, когда глава рода Шаховских выдаст свой секрет и проявит худшие стороны. А вместо этого я получил новую жизнь и новые силы.

— А нам ты нравишься больше, чем настоящий Костя, — просто сказала Виктория, пожав плечами. — Наш брат был скучным занудой и не любил никого из нас. Он бы даже не заметил, если бы нас забрали в Особый Корпус или убили.

— Соглашусь с племянницей, — Александр криво улыбнулся. — Как я уже говорил, мы с Маргаритой держали связь, и она сильно переживала, что род Шаховских падёт после смерти Виктора.

— И никого не волнует, что именно сказал Константин? — не унимался Леонид. — Он только что сообщил, что не из этого мира. А вам будто и дела нет. Что это был за мир, как ты оказался в теле Константина Шаховского? Почему ты вообще здесь?

— Мир был похож на этот, — я дёрнул плечом. — Разве что тёмных магов там считали исчадиями зла. На нас устраивали охоту, пытали, убивали… впрочем, здесь почти то же самое.

— Как ты умер в своём мире? — глаза Орлова загорелись интересом учёного. Пусть он и артефактор, но склонность к новым знанием у него была точно такой же, как и у других исследователей.

— Меня предал мой несостоявшийся птенец, — я посмотрел в его глаза. — Он уничтожил Сердце Феникса, что привело к гибели остальных птенцов. Возможно, кто-то был на его стороне, но теперь это уже не имеет значения.

— Он… этот человек убил тебя? — шёпотом спросила Юлиана, сжав мою руку. — Как ему хватило сил?

— Да, убил, — я погладил её по голове и вздохнул. — Сердце Феникса, к которому привязаны жизни Александра и Феликса Рейнеке и Леонида Орлова — это артефакт истинной тьмы. Она создала его, когда в этом мире случилось перенасыщение тёмной энергией. Из-за того, что тёмных здесь так же мало, как и в моём мире, случился перекос. Если уничтожить этот артефакт, он выжжет каждого, кто с ним связан.

— Но ты ведь успел отомстить? — со злостью в голосе поинтересовалась Юлиана. — Скажи, что убил его, Костя!

— Конечно, убил, — я качнул головой. — Я показал ему, что бывает, когда умирает тёмный феникс. В моём прощальном пламени, в пламени возмездия, сгорело дотла моё прошлое — храм, ставший моим орденом, погибшие птенцы и предатель.

— Тебя призвала в этот мир тьма? — не смог удержаться от вопроса Леонид.

— Да, она позволила мне переродиться в теле погибшего Константина и