знакомых без всяких отчислений государству. Но для меня главное то, что Кобрин рассчитывает на продолжение поставок продвинутой продукции. Он назвал её атипичными артефактами.

Глава 20

Возвращались домой, пробыв в городе восемь дней. Зато я порешал все свои дела и относительно успешно. А ещё покрасовался на балу и даже прибарахлился. Вон и своих дам приодел. Теперь они не выглядят так затрапезно.

На сей раз Лотта притулилась ко мне справа, а Варвара сидит напротив. Девчонка несмотря на то, что внутри довольно тепло, не снимает новую меховую шапку. Только шубку расстегнула и мечтательно перебирает бусы на шее, которые сама себе купила. На мой взгляд чересчур яркие, но она как увидела их, так и вцепилась как клещ.

А Лотта, наоборот, сняла верхнюю одежду и сейчас беззастенчиво дрыхнет. А я пытаюсь уснуть, да не получается.

В целом поездка удачная, в голове столько мыслей крутятся. В основном они связаны с возможностью модернизировать стандартные амулеты второго-третьего ранга в нечто более совершенное.

От высоких мыслей меня отвлекла рука Лотты. Девушка во сне расслабилась и её мягкая ручка опустилась на моё бедро. Варька тоже заснула и только покачивается в такт движению. Служанка Алевтина также дрыхнет, вцепившись в суму, где у неё лежат подарки для родни. Так и держит на коленях, будто боится, что заберут.

Взяв тёплую кисть Лотты, я хотел осторожно положить её девушке на колени. Но внезапно мне захотелось подержать её в своих руках. Мягкая, с тонкими пальчиками и аккуратно подстриженными ногтями. Мне приятно перебирать её пальчики, при этом вспоминая некие моменты. Неожиданно всплыла сцена нашего соития с супругой Загряжского. Я не уверен, что когда-либо раньше испытывал такое наслаждение от секса. Это объясняется молодостью моего организма, яркой внешностью партнёрши и, конечно, влиянием того снадобья, что она добавила в мой бокал. Но эту сцену, эти ощущения я никогда не забуду.

Не заметив сам, я разбудил соседку. Уйдя в приятные воспоминания, я неосознанно начал большим пальцем гладить и массировать внутреннюю поверхность ладони Лотты. Видимо я переусердствовал, потому что повернув голову увидел её лицо. Молодая женщина смотрит на меня с лёгкой полуулыбкой. При этом у неё такое странное выражение глаз. Ну, не как у матери по отношению к сыну, а скорее как у более опытной женщины, которая считывает эмоции сидящего рядом молодого человека, как открытую книгу.

Мне стало неудобно ещё и потому, что я возбудился и мне стало неудобно сидеть. Буркнув что-то похожее на извинение себе под нос, я вернул руку владелице и сделал вид, что задремал.

И в самом деле уснул.

Разбудило меня то, что я перестал чувствовать раскачивание возка. Выглянув понял, что мы остановились на ночёвку. С трудом выйдя прошёлся, разминая ноги. Перед нами населённый пункт и таверна, где мы сегодня и заночуем.

Как всегда, взял себе номер, соответствующий моему дворянскому званию, то есть одиночный. Хотя кровать тут явно рассчитана на пару человек. Подумав, решил взять ещё номер для девчонок. Ну не хочу я отправлять Варвару и Лотту в людскую.

А когда мы устроившись спустились в обеденный зал, ко мне подошёл встревоженный Евсей. Он зашёл на половину, где ужинали только представители дворянского сословия и зашептал мне на ухо:

— Барин, плохо дело. Федька занедужил. Горит весь. Ещё с утра был совсем квелый, а теперь прямо как печка.

— Понял, — на нас раздражённо поглядывают соседи. Видимо им не нравится, что Евсей в своём крестьянское прикиде мешает вкушать изысканные яства, — скажи трактирщику, чтобы послал за лекарем.

Не успел я покончить с бараньей лопаткой, как заявился сам трактирщик, — Ваше благородие, просим прощеница. Только у нас с лекарем беда. Уехал с утра в город. А травница в соседнем селе, там у ней племяшка рожает.

Тьфу леший тебя побери. Ну и чего делать-то? У меня есть лечебный амулет, как купленный, так и свой. Но я ни разу не проводил самостоятельно лечение.

Людская комната представляет собой большое помещение, где ночуют слуги. Женская половина отделена шторкой. Федька лежит на лавке, под ним полушубок. Выглядит паршиво, глаза впали, на меня смотрит с испугом.

М-да, жар высокий. Ну, сбить температуру мне легче всего. Для контакта я одел свою артефактную рукавицу. Теперь я могу действовать как маг, имеющий внутренний источник. Мысленный посыл и тело мальчика начало стремительно охлаждаться. Выступил обильный пот и мальчик облегчённо расслабился. Но жар — это результат борьбы внутренних сил организма с болезнью. Просто когда он достаточной сильный, это уже вредит больному. А вот с самой заразой я могу бороться с помощью амулета. Этот моего производства, стандартный лечебный амулет второго ранга.

Активировав его сжатием, я почувствовал, как мальчик дёрнулся и накопитель амулета потускнел. Это прошёл автоматический сеанс лечения. Вроде всё, больше я ничего сделать не могу. А завтра утром можно провести ещё один сеанс.

Рядом стоят все мои домочадцы, смотрят с надеждой и беспокойством:

— Алевтина, мальчика надо напоить горячий чаем с мёдом и следите за ним ночью, если что будите меня.

Слава богу, ночь Фёдор проспал спокойно. А утром я ещё раз активировал лечебный амулет, после действия которого пацан сразу подорвался. Ему нужно облегчиться и наверняка у него сильный голод. Ослабленный организм требует усиленного питания.

Нам осталось полдня пути. Лотта сидит напротив меня и играет со мной в переглядки. То она ловит мой взгляд, то я её. Это похожее как в средних классах школы. Девчонка на соседней парте нравится, но сказать ей об этом прямо — уж лучше прыгнуть с крышы школы, ни за что.

Мы вроде не школьники, но нам однозначно нравится это ситуация.

По мне всё лучше, чем просто бездумно смотреть в маленькое окошко. Настроение с каждым километром всё лучше и лучше, даже лошадки стали бежать шустрее. Федька, как не совсем здоровый, сидит рядом с Лоттой, а Алевтина в шубе устроилась подле Евсея на облучке.

Несмотря на то, что нас не ждали и только сейчас печник начал прогревать холодные помещения, всё равно мне радостно на душе. Купленные в городе заготовки и амулеты отнёс в кабинет и закрыл в сейфе, роль которого исполняет сундук, окованный железом. А пока по дому шуршат девчонки второго набора, и посимпатичнее, есть даже весьма миленькие — я спустился во владения Дарьи.

— Как чувствовала, поставила с вечера тесто, — моя кухарка с помощью дочери лепит пирожки со сладкой начинкой. Первая партия уже плотоядно подмигивает мне с противня