class="p1">— Не вы, торгаш один предложил сделку.

— Хок-ёк! — взревел пленённый гоблин. — Предатель!

— Ну-ну, — фыркнул тот, прежде чем тело его стало видоизменяться и расти до тех пор, пока его обладатель не превратился в эльфа. Свободная магическая серая мантия скрывала его по самое горло. — В общем-то, кнут мне теперь без надобности, это сфера мешала колдовать. И на опережение скажу, клеймо снять не смогу. Моя магия плохо действует на людей.

— Слабак! — языкатил гоблин.

— Смертельно в крайнем случае, иначе просто усыпляюще. — Эльф недовольно зыркнул по сторонам. — Кстати об этом, мы здесь не одни…

Глава 9. Находка

Скрипучая телега катила по широкой колее, запряженная двумя возрастными кобылками. Ею правил седовласый конюх, время от времени оборачиваясь назад. Резвые молодые и к настоящему времени очень голодные свинохрюки то и дело норовили вырваться наружу и сбежать в дикий лес, чтобы найти себе пропитание.

Двое сопровождающих — мужчина и женщина в возрасте и в простой крестьянской одежде плелись позади, то и дело перебрасываясь бранными словечками.

— Сама такая, — проворчал мужик, звонко почесав курчавую рыжую бороду, едва прихваченную сединой. — Кто ж знал, что торговля паршивая буде. В прошлых годах оно всё как-то проще шло.

— Кто ж тебя просил в долги влезать? Накупил молодняка, тупица. Вот только откуда взять столько прокорму? Об этом не подумал?

— Думал, взвешивал да смекал, — покивал мужик обиженно. — А ты тоже хороша. На меня все шишки, а тебе только похвалу подавай.

— Ха! — фыркнула его супруга, подбоченившись. — Да буде тебе жалиться. Я и на хозяйстве, и дом убери, и одежонку заштопай, постирай. Но тут ещё и свинохрюков целое стадо. Говорила тебе, баран! Брать баранов да овец! Построил бы загон да на пастбище выпускал. Знай, ходи себе рядом с клюкой. Благодать.

— И сколько, по-твоему, надобно времечка, чтобы вырастить целое стадо из молодняка? А? Глупая твоя башка. Где же взять столько сена и пастбищ посреди леса?

— Сам дурак.

Громко вздохнув, мужик собирался с мыслями, чтобы ответить супружнице, вот только был вынужден застыть, услышав конюха.

— Тпру!

— Чаво это? — осведомилась женщина, сбавив шаг. — Яма, али препятствие какое?

— Разбойники? — подсказал мужик, опомнившись.

— И в кого это ты такой вырос? — возмутился дедок, правящий повозкой, натягивая вожжи. — Точно не в меня пошёл. Дубина стоеросовая.

— Батянь, и ты туда же? — возмутился мужик.

— На поляне, вон, впереди, погляньте. Кабы были жульё да люд разбойный, так уже встречали б нас железяками острыми, а не врассыпную в кандалах скакали б.

— Беглецы? — изумилась жена неудачливого торговца.

— Поди они самые, вот только отсюдава не видать всего, пойди, поглянь. Мож попутчиков возьмём, да веселей двинемся дальше по тракту. Хоть будет с кем потрещать, не то перебранку вашу уже слушать невмочь.

— А то и обворуют нас, дак совсем к мурзе порожними прибудем. Как ведь долг замаливать придётся? Ежели с пустыми руками явлюся.

Стайка воронов пролетела над лесом, встревоженная незваными гостями.

— Не к добру, — ворчливо проронил мужик, не спеша повиноваться наказу отца.

Громко фыркнув, его жена сильнее нахмурилась и упрямо обогнула телегу, направляясь на опушку леса, где ещё совсем недавно было видно настоящее сборище.

— Эй! — крикнула она на ходу. — Кто это там прячется? Выходи, не боися.

— Хок-ёк, — было ей ответом и громкий хмык. — Ёк-ёл.

— Ну да ладно, — проворчал эльф, выглядывая из-за ствола могучего высокого дерева. — Мы с миром, закинуло нас сюда магией.

— Эльфич? — изумлённо охнула женщина. — А кто ещё с вами? Гномичи, феяне?

— Свои, — показалась из чащи леса рыжая колдунья. — Кажись это русичи. А мы вот с этим долговязым — южане.

— То-то говор у вас не нашинский, — покивала жена фермера. — Русичи мы, ага. Но этот, вон, неужоль гоблин? Настоящий?

— Он самый, — согласился Валдор Светлоликий. — Разрешите представиться…

— Да заткнись ты, не ты ей интересен, а заложник наш.

— Заложник? — округлила глаза путница. — Всё ж разбойничаете?

— Никак нет, сударыня, — вежливо пропел эльф, подражая человеческому говору. — Он один из надзирателей, которого перенесло магией сюда вместе с беглецами-каторжниками, которых я своевременно освободил.

— Не так уж, — проворчал обиженный мечник. — Мы исхудать успели и нажить множество болячек.

— Языком молотишь, значит, здравствуешь, — усмехнулась жена фермера. — Ладно, будем знакомы. Людмила я, из Корже-на-круче. Едем в Круговерть Заречную к мурзе.

— Не сочти за наглость, хозяюшка, — усердствовал эльф, оправив свой грязный наряд. — Но я от сюда погляжу, свинохрюки у вас в тележке и много. Не сочтёте ли за дерзость, дать нам одного взаймы.

— Взаймы не даём! — возмутился супруг Людмилы, приблизившись. — То ли дело два золотых, али сотня серебряных четвертаков.

— Это больше двух золотых будет, — проворчал Светлоликий.

— Ну так, золото нынче в цене, особливо во время уплаты налога князю, — вступился за сына отец. Сидя в повозке, он прекрасно слышал чужой разговор и тоже решил поучаствовать.

Вздохнув, колдунья принялась тихонько читать заклинание, быстро шевеля губами.

— Э-э! Чаво это она? — Фермер шагнул назад, а жена его осталась стоять на месте.

Понюхав воздух, словно ищейка, Светлоликий усмехнулся.

— Заговор на удачу, — пояснил он. — Ежели где-то на дороге есть клад, аль блестящая побрекушка, то она ей найдётся.

— Не мне, а вам, — произнесла волшебница. — Для себя я не могу магичить такое, иначе плата будет высока, а вот другим помогать — это легче.

— Вона как? — улыбнулась Людмила. Глаза её зажглись неподдельным интересом. — Ну-ка посмотрим.

Она окинула взором местность и застыла, не двигаясь.

— Враки то всё, неча голову дурить нам, — проворчал её муж, махнув рукой. — Идите своей дорогой, а мы своей, коли такое дело.

— Погоди ты, я вижу блеск издалека, да руки чешутся, словно прибыль большая ждёт.

— Хок-ёк! — встрепенулся гоблин, пытаясь освободиться из пут. — Золото! Кругляши, вон отсюда видать. Пустите! Я первый их заприметить!

— Да-да, болтай-болтай, — фыркнул фермер.

— Да пустите! Я с вами поделюся!

— Ты его тоже заговорила, что ли? — удивился эльф.

— Та не, это их врождённое чутье, похоже.

— Ёк-ёку! — зло фыркал гоблин, вырываясь из пут. — Ёл-хоку!

— Можа, рот ему заткнуть? — предложил супруг Людмилы. — Больно надоедлив пленничек ваш. — И жене громко крикнул: — Ну что там, Людка?

— Да погодь, не сбей с толку, — ворчала она, идя вперёд, вытянув руки, словно слабовидящая. — Во! Тута чешется сильнее.

Рыжая колдунья ухмыльнулась, переглядываясь с Светлоликим.

— Ну что? Может, поделитесь свинохрюками? Мы их пока освежуем да зажарим, есть охота, что нет мочи, — предложил гениальный мечник. — А там и сторгуемся, как в город попадём. Найдём чем отплатить.

— Идейка-то хороша, вот только что мне сказать мурзе, когда я прибуду к нему с полупустой телегой?

Тотчас послышался довольный