было у нее на душе. Она нарисовала много разных предметов и явлений, но есть особый рисунок, сделанный на кирпиче, уложенном в один из углов Большого театра, и на нем хорошо видно, чего она желала в то время, и насколько горячим было это желание. Вот что она нарисовала.

Через несколько лет этот рисунок произвел неизгладимое впечатление на одного поэта, который посетил театр и увидел этот кирпич. Он вложил в уста Чхунхи, никогда не говорившей, свои слова, то есть через стихи выразил всю печаль одинокой души, воплощенную в рисунке. Вот эти стихи.

Любимый, возвращайся, я прошу тебя,

Ты знай, я беспрестанно жду тебя.

Заходит солнце, и луна восходит,

И день за днем чредою хороводит.

А я, как прежде, постоянно жду тебя.

Друг друга любят и зверьки на воле,

Друг друга любят и стрекозы в поле,

Давай и мы вновь встретимся с тобой.

Друг друга будем мы любить, как раньше,

Любимый мой, скорее возвращайся,

Я жду тебя всегда, ты знай, я жду тебя.

Эпилог 2

Теплый весенний день близился к концу. Чхунхи сидела, прислонившись к печи. Вот и пришел ее последний час. Смерть витала совсем близко. Чхунхи как-то незаметно превратилась в седую старуху. Она страшно похудела, и ее большое тело, как униформа небесной кары, всю жизнь преследовавшей ее, осталось без единой капельки жира и теперь весило не более тридцати килограммов. Теплые весенние лучи солнца ласково грели ее высохшее тело. Она лежала с закрытыми глазами и думала, что надо встать и идти делать кирпичи. Но тело оказалось настолько тяжелым, что она не смогла пошевелить даже пальцем. Когда она с трудом разлепила веки, то ли во сне, то ли наяву увидела перед собой слона Джамбо. Вокруг него по-прежнему разливалось сияние, которое скрадывало очертания его тела: оно казалось лишь ярким светом округлой формы. Джамбо подошел к ней и, будто приглашая скорее взобраться на него, подставил спину. Она бессильно помотала головой и сказала:

— У меня не осталось сил даже подняться.

— Девочка, все уже кончилось. Соберись с духом.

Из свечения округлой формы высунулся хобот. Она протянула руку и взялась за него. Джамбо подхватил ее легкое тело и без усилий опустил на свою спину. В тот миг, когда она оказалась верхом на слоне, он тут же воспарил и устремился прямо в небо. Чхунхи испугалась, крепко схватилась за спину Джамбо и посмотрела вниз. Под ней проплыли печи завода и крыша хозяйского дома. А еще в поле позади завода она увидела сложенные кирпичи. В тот же миг сильные заросли колючего кустарника и сорняки выросли и закрыли дорогу, которая вела к заводу. Джамбо поднимался все выше и выше. Вот появились долина и ущелье, в поисках еды обхоженные ею вдоль и поперек, холм, где она похоронила ребенка, речка, где утонул Мун, и протянувшиеся вдаль линии железнодорожных путей.

Джамбо продолжал подниматься вверх, и вскоре под ними показался разрушенный и покрытый бурьяном Пхёндэ. Среди развалин возвышались руины кинотеатра «Кит». Перед зданием на привязи все так же сидела скрюченная собака и бесконечно завистливым взглядом провожала Чхунхи, в ореоле света улетающую в небо. А под перевалом, ведущим в Пхёндэ, валялся ржавый грузовик. Только теперь Чхунхи поняла, что водитель грузовика давно погиб в аварии. Но почему-то не ощутила печали. Вернее, не почувствовала вообще ничего, словно не только печаль и грусть, но и все ее чувства, когда-то такие тонкие, исчезли без следа. Ее исхудавшее тело заполнила пустота. Джамбо поднялся еще выше. Внизу уже не было видно железнодорожных путей, проложенных вокруг горных дорог, зато наконец вдали появилось синее море. Чхунхи впервые увидела берег, где ее мама Кымбок провела свои молодые годы. Глядя на бескрайнее море, лежащее внизу, она еще крепче ухватилась за спину Джамбо.

Наконец слон покинул атмосферу Земли, и вся планета предстала перед глазами. Она выглядела как огромная жемчужина. Чхунхи широко раскрыла глаза и завороженно смотрела на голубую жемчужину.

— Я и не знала, что Земля круглая.

— Вот глупенькая! Круглое все, что существует на свете.

— Но ведь кирпич-то прямоугольный.

— Вообще-то да. Но если из него построить круглый дом, то в результате и кирпич станет круглым.

— Но ведь и прямоугольный дом можно построить.

— Да, но если собрать в одном месте прямоугольные дома, то получится круглая деревня.

— Вот как! Однако куда мы летим?

— Очень далеко, туда, где ничего нет.

Так ответил Джамбо, и Чхунхи без всяких мыслей кивнула головой, будто знала, где находится это место. А между тем голубая жемчужина становилась все меньше и меньше, и вот уже стала размером с ноготок. На небе сияли звезды, бесчисленное множество звезд. Вскоре Джамбо достиг межзвездного пространства. Он летел с такой огромной скоростью, которую даже невозможно себе представить, но в этом пространстве отсутствовало сопротивление, поэтому создавалось впечатление, что они плывут по глубокому морю и вокруг них полнейшая тишина. В какой-то миг Чхунхи вдруг обнаружила, что от ее тела исходит такое же свечение, как от Джамбо. Глядя на свое светящееся тело, которое становилось все прозрачнее, она сказала:

— Здесь очень тихо.

Услышав эти слова, Чхунхи вдруг поняла, что произнесла их сама, и очень удивилась. Этот голос и в самом деле принадлежал ей, на Земле не сказавшей ни слова. Он звучал нежно и слабо, как ветерок, что перебирает листочки на деревьях. Джамбо понял, как ее удивил собственный голос, и улыбнулся.

Он летел дальше. Никто не знает, насколько быстро они проносились между звездами. Вскоре они уже пролетали недалеко от галактики Андромеды. Однако движение совсем не ощущалось, казалось, они застыли на одном месте. В какой-то миг тела Чхунхи и Джамбо, становясь все прозрачнее, начали понемногу исчезать, будто свет стекал с них. Это было похоже на то, как растворятся сахар в воде. Чхунхи испуганно спросила:

— Что с нами происходит?

— Мы исчезаем, навсегда. Но ты не бойся. Ведь если кто-то будет вспоминать тебя, как ты вспоминала меня, это будет означать, что ты существуешь.

Чхунхи хотела спросить еще что-то, но не успела раскрыть рот, как в одну секунду они оба исчезли, и в бескрайнем космосе остались только их тихие голоса.

— Прощай, девочка!

— Прощай и ты, слон!

От автора

Моей бабушке сейчас 98 лет.