- И всё-таки их три, - сказав странную фразу, император Анремара обмякла.

С минуту мужчина просидел на полу, прижимая к себе завёрнутое в камзол тело. В голове возникали варианты дальнейших действий, но он отбрасывал их один за другим. Надо уходить, и как можно скорее. Слуги не станут вмешиваться, а охрана, если и есть, то небольшая. Зачем им понадобился Император, и как она здесь оказалась, де Граф старался пока не думать. Сначала надо уйти в безопасное место.

Приняв решение, лорд-защитник поднялся. Девушка оказалась поразительно легка. Неудивительно, что в каждом из виденном им боёв и на тренировках, она едва ли не отлетала в сторону от каждого заблокированного удара, предпочитая уворачиваться. Придуманный план был прост - добраться до комнаты, забрать вещи и оружие, захватить простыню на перевязку спины девушке, и покинуть дом. На всё де Граф отвёл не больше получаса. Вряд ли человека в таком состоянии оставят надолго без присмотра. Если, конечно, хотят держать его в живых.

Время чуть позже полуночи. Слуги спят, встретить в коридорах можно разве что хозяина дома. Де Граф тихо и торопливо двинулся со своей ношей к лестнице на второй этаж. Но удача ему изменила, сверху спускался барон.

Секундная пауза и улыбка от неожиданной ночной встречи сменились гневом, стоило только хозяину дома разглядеть, что находится у гостя на руках.

- Стража! Воры! - громкий крик разбудил дом. Захлопали двери. В коридор второго крыла высыпало человек десять в одних подштанниках, но с оружием в руках. некоторые держали зажжённые лампы. Бежать наверх за своим оружием и вещами теперь бессмысленно и бесполезно. Принять бой - самоубийство. Развернувшись на месте, де Граф пересёк холл и выскочил на улицу. Дождь уже прекратился, покрыв двор глубокими лужами.

Мужчина торопливо оглянулся. Скрыться в лесу он не сможет даже будь у него свободны руки. Нет опыта. Спрятаться неподалёку и переждать шумиху? Опять-таки, мешает бесчувственная девушка. Взгляд упал на конюшню. К счастью, она не запиралась и охранялась только конюхом, храпящим в сене у дверей. Не теряя времени на седловку, де Граф вывел своего гнедого. Минутная фора подходила к концу. Из дверей дома уже выскочили первые охранники, успевшие одеться.

- Прошу прощение за грубость, - прошептал де Граф, перекидывая тело через холку коня. Сам вскочил позади и погнал животное по лесной дороге. Через четверть часа перевёл на шаг и устроил девушку поудобней. Неровное дыхание и редкие стоны указывали, что она ещё жива. Надо только привести к целителям, а они могут едва ли не с того света вытащить.

Брошенный назад взгляд заставил выругаться. Погоня была. И, судя по всему, человек в двадцать. Всё против него. Даже тучи разошлись, выпуская полную луну, что хорошо освещала беглеца. Ни остановиться, ни свернуть, дорога нигде не разветвлялась, а ехать по ночному лесу де Граф не рискнул, ведь даже днём при ярком свете необходимо часто спешиваться.

Пришлось снова пустить гнедого вскачь. Конь из императорской конюшни значительно превосходил обычных лошадей по силе и скорости, но без седла и с ценным грузом, поднимать в галоп де Граф рисковать не стал. Однако, расстояние между преследователями медленно, но верно увеличивалось. Плохо то, что двигались на запад, в сторону негласной границы с кочевниками. И впереди не видно огней поселений, а караваны проходили намного восточней.

К утру они ехали уже не по лесу, а по пристепной равнине. Деревья уже встречались, но всё реже, и вскоре совсем пропали, сменившись высоким кустарником. Дорога кончилась ещё раньше. Преследователи, хоть и заметно отстали, но упорно держались в пределах видимости. Плоская степь позволяла их видеть на расстоянии двух, а то и трёх часов ходу. Ближе к вечеру начались пологие холмы. поднявшись на один из них, де Граф, наконец, не смог разглядеть погоню.

С облегчением он сполз с коня, едва удержав драгоценную ношу от падения. Долго лежал на жёсткой траве, уставившись в светлое небо. Немного отдохнув, он занялся девушкой. Она до сих пор не приходила в себя, но и ухудшений мужчина не заметил при быстром осмотре.

Худое бледное лицо с запавшими глазами. Под ними тёмные круги. Сухие губы, обметённые лихорадкой. Де Граф положил ладонь на лоб. Да, температура заметно выше нормы. Отвернул ткань камзола и, не сдержавшись, выругался, увидев ошейник из ирхилда. Торопливо проверил руки. На них тоже болтались такие же браслеты.

- Зачем?! - с отчаяньем спросил куда-то в пространство. - Они же против магов! Видно ведь, по возрасту не то, что стихиями не владеет, даже силу не должна ещё чувствовать!

Мужчина продолжил осмотр. Запястья недавно перевязаны и, за исключением их и спины, на которую не решался взглянуть, других внешних повреждений не нашёл.

Судя по пижаме, украли её из спальни. Именно украли, а не захватили в бою. Одевалась Владо быстро, да и без сопротивления не сдалась бы.

Вздохнув, мужчина понял, что оттягивает момент и осторожно перевернул девушку вверх спиной. Увиденное заставило сжать в ненависти кулаки. В темноте подвала повреждения не казались такими ужасными. При свете дня, он, наверно, не смог бы найти и сантиметра неповреждённой кожи. И опять встал вопрос "зачем?" Для добычи информации есть множество методов, менее опасных. Разве что кому-то хотелось именно причинить боль. Тогда можно объяснить и кандалы. Этот металл, изготовленный с вплавленными сорсами, препятствовал естественной регенерации, а ещё затуманивал у каор разум и подавлял волю даже не у магов.

- Тено! - тихо позвал мужчина. заметив, что девушка открыла глаза. Та медленно перевела на него мутный взгляд, но в нём угадывалось узнавание.

- Постарайтесь расслабится, я попробую вас подлечить.

Несколько секунд девушка, не меняя выражения, смотрела на него. Затем, к облегчению, едва заметно кивнула и согласно прикрыла глаза.

Де Граф припомнил, что говорил целитель, когда в замок привезли Криса после ношения таких же кандалов. "Если, не дай стихии, ещё раз столкнётесь с подобным, сначала влейте энергию, и только потом формируйте целебное заклинание. Это болезненней классического лечения и требует больше энергии, но действует намного эффективней".

Стоило ему влить немного силы в изуродованную спину, как девушка выгнулась, с шумом вбирая в себя воздух сквозь сжатые губы. На спине между лопаток появились сине-зелёные огоньки и заплясали, словно двигаясь по невидимому рисунку. Всё продолжалось секунд десять, от силы пятнадцать, и закончилось так же резко, как и началось. Де Граф мог бы решить, что всё это только показалось, если бы не судорожное