– Да, рент. Признаться, я чуточку соврала в полиции.

Элисон почти дословно пересказала все, что ей поведал Фабиан, о том, о чем он полупроговорился – полуподумал в бреду, а потом рассказала и о том, как тащила его сюда. Головная боль, испугавшись сладкого, отступала, Элисон чувствовала себя намного лучше.

– Спасибо, рент Лернер.

– Дядя Рубиус.

– Я не уверена, что заслуживаю благодарности, – честно созналась Элисон. – Это случайность.

Лернер махнул рукой.

– Это уже мне виднее. Вы Фабиана спасли, нашли, привезли, я вам за сына по гроб жизни обязан.

– Главное, чтобы его друзья потом не проболтались. А то идея их эта…

– С этим я сам разберусь, – махнул рукой Рубиус. – Сплетни по городу не пойдут, уже радость. Едемте, рента Элисон. Порадуем мою семью.

Элисон махнула рукой и согласилась.

Спать хотелось зверски, пошел откат от стресса, так что ей бы упасть, часиков на пять или шесть и отключиться. Почему бы и не там?

– Только пожалуйста, пошлите человека к рене Астрид Шафф, у нее свой доходный дом. Она будет за меня волноваться.

– Обещаю.

* * *

Новости по маленьким городкам разносятся быстро, получаса не прошло, как все знали и про Лернера, и про серьезное ранение, и про то, что Фабиан находится в больнице для бедных…

Новость дошла до всех трех семей, и Элисон оказалась под взглядами почти всей «элиты» Левенсберга. Впрочем, девушка не растерялась, вежливо склонила голову, поздоровалась и тут же попала в объятия матери Фабиана – невысокой симпатичной женщины лет пятидесяти, пухленькой и улыбчивой.

– Детка! Как же хорошо, что ты рядом оказалась!

Элисон улыбнулась в ответ.

– Моей заслуги в том нет, работа, случайность, ну еще и горные коты.

Пришлось рассказать все еще раз.

Люди ахали, охали, ужасались, какая-то рена болезненного вида шепнула на ухо Рубиусу (Элисон отлично все расслышала), что она уже дала телеграмму мужу, будут подняты войска, пограничники, негодяи уйти не должны!

Элисон только порадовалась.

Цирковую обезьяну она изображала еще с полчаса, а потом Рубиус ловко, словно морковку с грядки, выдернул ее из общей толпы и направил за одну из дверей.

Коридор, и вот – уютная небольшая спальня.

– Простите, рента Элисон, что вам пришлось задержаться. Тут все готово, отдыхайте, а слуги пока займутся вашей одеждой.

Да, одежда тоже пострадала, пока она тащила Фабиана. Что уж, там и кровь была, и нечистоты, и грязи в горах хватало, и зацепилась она пару раз…

– Спасибо.

– Оставьте вещи на кресле, слуги займутся. Колокольчик рядом с кроватью, дернете за сонетку – служанка придет.

– Благодарю вас.

– Это я не знаю, как вас благодарить, рента. Но двери моего дома всегда будут открыты для вас.

На этом раскланивания закончились, и Рубиус отправился к гостям, а Элисон огляделась. Разделась прямо в комнате, покидала все в кресло, взяла с кровати шелковый комплект – рубашка и пеньюар – и отправилась в маленькую ванную комнату.

Там постояла с полчасика под горячим душем, вышла, обнаружила, что одежду у нее уже забрали, зато на столе оказался чайник, чашка и гора сладостей, но девушке уже ничего не хотелось.

Только спать.

В кровать она и упала, и даже не слышала, как вошла служанка, не чувствовала, как ее укрыли легким, но теплым покрывалом.

Вымоталась.

* * *

Его высочество Дамиан не успел уехать с утра к магам, как планировал. Пришлось ехать позднее.

Вовремя пришла телеграмма из Левенсберга.

– Работорговцы?! Вот еще этой пакости нам не хватало! – взвыл Дамиан.

И закрутилось колесо.

По тревоге были подняты все заставы, помчались по горам вестники, временно перекрыли границу…

Дамиану хотелось бы лично отправиться в горы, но толку-то не будет! Больше пользы он принесет на месте, сидя в штабе и помогая своим авторитетом. Даже не всегда распоряжаясь – военные лучше знают и что делать, и куда идти. А вот что-то продавить, что-то приказать… это он может. Это он сделает.

К тому же, судя по рассказу Фабиана Лернера (повезло парню, спасся), это был налаженный канал, и лучше Дамиану приглядеть за всеми. Это что ж творится, если в его стране, и уже не первый год, такая пакость процветает?

Что-то слышал и рассказал Фабиан, а что-то осознал и сам Дамиан.

Если девушки пропадают не первый год, а может, и мужчины, значит – как? Пропадают они из разных мест. Почему родные их не ищут?

Так ситуации у всех разные, вот кто-то на заработки подался, кто-то просто переехал, а кто и сам с родными разговаривать не хочет. Или вот, как кто-то из девушек, сбежал из дома.

Где ее там искать будут? И зачем? Чтобы выпороть?

И не найдут, и рукой махнут, пусть живет себе, как ум велит и совесть позволяет.

Если это продолжается достаточно долго, то – что? Налажены каналы сбыта, это первое. Налажен переход через границу, это второе. И кто-то верит, что договаривались просто с солдатиками?

Вот так, подошел, привет, солдат, ты туда не смотри, ты сюда смотри, а мы тут пройдем? Правда?

Вот и Дамиану в это не верилось.

Есть предатель. И должность у него не рядовая, это уж всяко. Вот знать бы другое… шляются-то эти сволочи по разным городам, как Фабиан понял, за год не больше двух раз они пленных через границу тащат. Весной, как горы проходимыми становятся, и осенью, перед тем как ляжет снег. А границу они примерно в одном месте переходят? Или в разных?

Это тоже важно…

Хотя, наверное, в одном.

Или есть на той стороне, в Доверне, кто-то свой? Да наверняка есть. А то ведь как, нашу-то границу ты перейдешь, а с другой стороны тебя и подстрелят?

Дамиан мысленно пообещал себе поотрывать все что можно подонкам. Благо он это и так сделать может, раз ему такой дар достался. Только надо знать, кому и чего желать.

Ничего, разберемся, разберем и разъясним.

* * *

«Робин, Матео, простите!

Сегодня, а может, и завтра, приехать не смогу.

Обстоятельства.

С уважением.

Е. в. Дамиан».

Робин посмотрел на письмо. Потом подумал пару минут, взглянул на Алана.

– Знаешь что, а поехали-ка мы сами?

– К-куда? – удивился Алан.

– Что значит – куда? К его высочеству!

– А…

– Чем раньше начнутся поиски, тем быстрее найдется твоя любимая. Распоряжения-то отдать – много времени не надо, и выслушать нас принц тоже время найдет. Хоть бы и пять минут. Тео, грузи результаты в рамбиль!

Матео кивнул.

– Согласен! Если его высочество к нам не придет,