Щеки полыхали, в глазах Сильвиана мерцали искры, его тяжелое дыхание обжигало мою кожу даже на расстоянии. В карете вообще больше нечем было дышать, она сжалась до размера спичечного коробка.

– А ну пусти меня! – прошипела я.

– Я тебя не держу, – ответил Сильвиан.

Я посмотрела на него и поняла, что он и правда меня не держит, а такое ощущение, что сжимает в руках, как в тисках. Я потянулась к двери, чтобы выбраться из кареты, но Сильвиан перехватил мои запястья.

– Держишь!

– Держу! Держу и не отпущу. Ты хотела правду, тогда тебе придется меня выслушать.

Я попыталась вырваться, но Сильвиан прижал меня к себе. Его запах накрыл меня волной. Чарующий, манящий, отдающий нотками древесины, костра, хвои и терпкостью вина.

Он удерживал меня не грубо, но уверенно и я ничего не могла с этим поделать. Если он захочет, то будет удерживать меня вечно. Каждый вдох давался тяжелее, будто воздух в карете стал гуще. Чертов драконий магнетизм. А, может, это остатки чувств, которые я слишком долго от себя гнала.

Инстинкт самосохранения нашептывал бежать. Бежать как можно быстрее, пока он снова не причинил мне боль.

– Я… – выдохнула я и вдруг сорвалась, – Я тебя ненавижу!

Сильвиан застыл. Как будто я ударила его ножом, но он еще не успел осознать произошедшего. В его глазах мелькнуло недоверие, растерянность, и мне хватило этой секунды.

Я рванулась, выдернула руки из его хватки и, не думая, вложила в пощечину все – злость, боль, унижение, страх.

Пощечина вышла звонкой.

– Ты разбил мне сердце! – выпалила я, задыхаясь. – Унизил. Выставил за дверь. Оставил меня в разваливающемся поместье с долгами – и после этого думаешь, что я все еще тебя люблю?! Не смей ко мне приближаться!

Я почти кричала.

– Самоуверенный чешуйчатый гад! Отпусти меня уже! Я твоя только в мечтах!

Я рванула дверцу кареты, выпрыгнула наружу и, сжав кулаки, пошла к дому, не оглядываясь.

К черту Сильвиана. К черту Сильвиана. К черту Сильвиана.

Я буду жить без него. Разлюблю. Забуду.

Я почти бежала к ступеням. Уже видела дверь особняка, которая захлопнется за мной и все закончится. Уже тянулась к спасительной ручке, как вдруг поняла, что не чувствую земли под ногами.

Меня резко подхватили – легко, как куклу, – и подняли вверх. Я вскрикнула от неожиданности, сердце ухнуло куда-то вниз.

Сильвиан схватил меня и взмыл вверх. Инстинктивно я вцепилась в его плечи, посмотрела в глаза и похолодела.

В голубых глазах с вертикальным зрачком полыхала ярость. На меня смотрел внутренний дракон Сильвиана. Его магическая ипостась и я не знала, контролирует он ее или нет.

Казалось, что еще секунда и он просто швырнет меня на мостовую. Я никогда не видела его таким.

Это был уже не тот Сильвиан, с насмешливой улыбкой и налетом светского лоска. На меня смотрел дракон. Зверь, которому тесно в человеческом облике.

Он стремительно поднялся выше.

Я не сразу поняла, что город остался внизу. Ветер усиливался, бил в лицо, забирался платье. Я вцепилась в плечи Сильвиана.

Мы зависли над старой дорогой, ведущей к горам. Далеко внизу тянулась узкая лента тракта, по обе стороны которого торчали каменные обелиски. Они были припорошены свежим снегом, напоминая о том, что скоро зимнепраздник.

Сильвиан встряхнул меня – резко, грубо.

– Что ты видишь?! – рыкнул он.

Голос был знакомым и чужим одновременно.

Глубокий, грудной, утробный. Он вибрировал, проходя сквозь позвоночник, заставляя внутренности сжиматься от плохого предчувствия.

– Отпусти! – крикнула я, но мой голос утонул в ветре.

– Что у тебя под ногами?! – повторил он.

Я не сразу поняла, чего он хочет от меня. Перед глазами был только снег, камень, дорога, уходящая в никуда. Холод жалил щеки, ресницы слипались, дыхание превращалось в белый пар.

– Кладбище… – крикнула я. – Там… кладбище.

Дракон шире расправил крылья и мне показалось, что еще секунда и он скинет меня в одну из этих могил. Я ни о чем не могла