Булат, всегда сдержанный и спокойный Булат, прижимает Руслану к стене и пожирает ее губы. В его действиях нет нежности. Лишь голод, жажда, звериное желание.

А доктор Щекоткина обвивает руками его шею. Сладкое тело изгибается, отдаваясь этой страсти.

— Ох, блядь… — с губ срывается глухой хрип. Член больно упирается в брюки. — Продолжайте. Я просто понаблюдаю.

Не в силах оторваться, прислоняюсь к косяку. Приспускаю брюки и, наконец, освобождаю свое крепкое возбуждение.

Обхватываю себя рукой, глядя на них. Булат скидывает свою рубашку. Он больше не охранник, а страстный, требовательный любовник.

Большие ладони друга скользят по изгибам Русланы, сжимают ее пышные бедра, ягодицы. Он прижимается к ней всем телом, и она издает громкий стон.

Ласкаю себя, жадно следя за каждым движением. Булат берет лицо доктора в свои сильные руки, не позволяет ей отвернуться, поглощая каждый вздох.

И Руся… она не сопротивляется. Рукой скользит вниз и ласкает его огромный напряженный член через ткань джинсов. Сжимает его, и по пунцовому лицу разливается такая волна блаженства, что мне кажется, я вот-вот кончу.

Но тут Руслана вдруг отталкивает Булата. Не грубо, но решительно. Она тяжело дышит, грудь вздымается, а взгляд ее прикован… ко мне. К руке, сжимающей член. Глаза нашего сладкого доктора темные, полные власти и желания.

— Булат, — шепчет она. Эти слова звучат как приказ. — Вылижи меня.

От этих слов по всему моему телу пробегает мощный электрический разряд. Чувствую, как растет напряжение, я на грани.

Булат даже бровью не ведет. Он жадно смотрит на Руслану, потом на меня, и в его глазах читается та же дикая страсть. Мой друг покорно опускается перед ней на колени.

Задирает подол ее изумрудного платья. Оголяет пышные бедра. Медленно, с мучительной неспешностью стягивает с нее кружевные черные трусики. И… впивается губами в сладкое лоно.

Я помню, какое оно на вкус…

Руслана вскрикивает, запрокидывая голову. Ее руки впиваются в волосы Булата. Этого зрелища мне уже не выдержать. С громким стоном извергаюсь, сперма горячими струями выплескивается мне на руку и на пол. Мир на секунду меркнет.

А Руслана сходит с ума. Ее тело бьется в оргазме, крики смешиваются со слезами наслаждения. Она невероятно красиво кончает, длинные ножки подкашиваются, но Булат держит ее.

Он вытирает губы тыльной стороной ладони, глаза Горы горят триумфом. Не говоря ни слова, Булат подхватывает девушку на руки, как принцессу. Руся беспомощно повисает в его сильных руках.

— Джакузи ждет, — хрипло говорю я, с трудом приходя в себя после крышесносного оргазма.

Булат кивает и несет нашу добычу в ванную. А я смотрю на них, улыбаясь, как сумасшедший.

Это только начало, наш сладкий доктор. Только самое начало нашей с вами… научной программы…

Глава 11

Булат

Стою в шикарном номере, прижав Руслану к стене, и дико, по-звериному целую ее. А в голове одна мысль, тупая и навязчивая: «Анкезов, ты чего, блядь, делаешь?»

Я же не хотел. Я должен быть спокойным, надежным, той самой «Горой». А вместо этого набросился на девушку, как голодный волк на свежее мясо.

Но ее губы такие мягкие и сладкие, что в них тонут и ярость, и тревога. Руслана издает тихий стон, и ее пальцы впиваются в мои волосы. Она не отталкивает. Тянется и отдается полностью.

Чувство вины пытается просочиться сквозь туман желания, но я не позволяю ему взять верх. Потому что на лице Русланы, когда я впился в ее губы, было не отвращение, а блаженство.

И сейчас, когда я отрываюсь, чтобы перевести дух, она смотрит на меня распахнутыми карими глазами, полными желания и страсти. И я чертовски спокоен. Впервые за долгие годы. Просто спокоен.

Рядом слышу сдавленный хрип. Оборачиваюсь. Лис прислонился к косяку, брюки приспущены, он ласкает свой член, глядя на нас. Глаза горят.

— Продолжайте. Я просто понаблюдаю, — выдыхает Елисей.

Руслана переводит взгляд на него, и я вижу, как в ее глазах загорается огонь. Властный, дерзкий. Доктор Щекоткина возвращается.

— Булат, — шепчет она, голос нашего доктора дрожит, но звучит как приказ. — Вылижи меня.

От этих слов по всему телу пробегает мощная волна возбуждения. Ох ты ж! Опускаюсь перед ней на колени, как послушный пес. Обхватываю сочные икры и веду руками вверх, задирая подол изумрудного платья.

Оголяю пышные бедра, что сводили меня с ума все это время. Стягиваю черные кружевные трусики и впиваюсь губами в сладкое благоухающее лоно. Руслана вскрикивает, пальцами стягивает мои волосы и притягивает меня ближе.

Я полностью теряю голову от терпкого, сладкого, пьянящего вкуса этой женщины.

Слышу, как Лис громко стонет и кончает. А Руслана бьется в оргазме под моими губами и языком, ее тело содрогается, ноги подкашиваются. Подхватываю ее на руки. Она такая легкая, невесомая. Беспомощно повисает на моих руках, тяжело дыша.

— Джакузи ждет, — хрипит Лис, пытаясь отдышаться.

Несу доктора в ванную. Лис, приходя в себя, уже возится у огромной мраморной чаши. Вода бурлит, наполняясь пеной.

— Позволь мне, сладкий доктор, — говорит Елисей и пальцами ловко находит невидимую застежку на ее платье. Ткань с шелестом спадает на пол, обнажая самую красивую женщину. Я замираю.

Она богиня! Пышные тяжелые груди с темными налитыми сосками, в которые хочется впиться зубами. Тонкая талия. Широкие соблазнительные бедра. И гладкая ухоженная кожа, золотистая в мягком свете ванной.

Я смотрю на Руслану и с ума схожу. Каждый мускул напряжен, кровь стучит в висках. Она стоит слегка смущенная, прикрываясь руками, но в ее позе нет стыда. Есть вызов.

Молча скидываю с себя оставшуюся одежду. Член стоит колом, желая вонзиться в узкое лоно. Забираюсь в джакузи. Горячая вода приятно обжигает кожу.

— Иди ко мне, — хриплю, протягивая руку.

Руслана осторожно ступает по мокрому мрамору, но нога скользит. Она с писком падает прямо на меня. Я ловлю ее, сажаю сверху. Она седлает мои бедра. Вся горит, щеки пунцовые.

— Невинная, — мысленно отмечаю. — При всей этой бешеной сексуальности — невинная и ранимая.

Целую Руслану. Медленно, глубоко, лаская робкий язычок. К нам в воду забирается Лис. Он встает сзади, его руки скользят по мокрой коже нашего доктора. Он сжимает ее полную грудь, ласкает соски.

Руслана стонет мне в губы, ее бедра непроизвольно двигаются, горячая узость трется о мой член.

И я чувствую… блаженство. Не просто возбуждение. А глубочайшее, всепоглощающее спокойствие. Тот вечный холодный комок тревоги под ребрами растаял. Словно я наконец-то нашел то, что искал. Нашел дом. И этот дом — она.

Я знаю, что дело