и Дерека, которого я терпеть не могу, в школе все довольно хорошо.

За месяц я выучил расположение разных классных комнат. Теперь даже не нужно заглядывать в расписание – знаю наизусть.

Первый урок – история с миссис Циммерман.

Второй урок – математика с миссис Такер.

Третий урок – английский с миссис Уинстед, которая меня ненавидит.

Потом обед. Тут было бы все прекрасно, если бы не программа бесплатных обедов.

Четвертый урок – труд, учитель – мистер Лопес.

Пятый – информатика. Это вообще не наука. Мы просто набираем текст снова и снова. Когда миссис Рейган не смотрит, я играю вместо этого в игры.

Шестой урок – познание мира (настоящая наука!), учитель – мистер Чанг.

Седьмой урок – рисование с миссис Маккаллистер. Она классная. Конечно же, рисование – мой любимый предмет. Миссис Маккаллистер устраивает для нас вечеринку с пиццей в последнюю пятницу каждого месяца, просто так. Будь я учителем, был бы таким же. Делал бы хорошие вещи просто потому, что могу.

Миссис Уинстед – полная противоположность. Она хуже всех, злится на меня безо всякой причины. Хотя, пожалуй, причина у нее есть. Она злится на меня за то, что я бедный. И я тут даже не виноват. Вы можете подумать, что я выдумываю, но это именно так.

Только что, когда я зашел в класс английского, она бросила на меня такой взгляд, будто я собираюсь ее ограбить. Она прижимает сумочку к груди, затем кладет ее в ящик стола и запирает на ключ. Все это время она наблюдает за мной. Мне это кажется нелепым.

Все из-за того, как я выгляжу. Мой папа белый, а мама мексиканка. У меня его нос, но ее кожа. Я очень легко загораю. А раз я всегда на улице под техасским солнцем, моя кожа очень смуглая. Я выгляжу как настоящий мексиканец. А еще моя одежда мне велика. Миссис Уинстед, наверное, думает, что я ее украл. Неправда.

Мама покупает ее в секонд-хендах типа «Гудвилл» и «Армия спасения». Или, если соседи выбрасывают вещи, они разрешают моей маме сначала порыться в пакетах. Вот почему большая часть одежды мне велика – сначала она принадлежала кому-то другому, обычно взрослому. Но эти вещи не грязные. Мама всегда стирает их дважды, прежде чем я их надену.

В начале урока английского мы достаем тетради. На доске написано десять слов для словарика и еще десять для тренировки правописания. Мы должны их записать. Никаких разговоров. Миссис Уинстед любит тишину.

Я пишу, а миссис Уинстед проходит мимо моей парты и принюхивается. Она принюхивается! Обнюхивает меня, как собака.

От меня не воняет. Как я уже сказал, моя одежда чистая. А еще я принимаю душ каждое утро. С мылом и шампунем.

Миссис Уинстед все равно обнюхивает меня снова. Ладно. Пусть себе нюхает.

После записи слов у нас есть десять минут на «свободное чтение». Это означает, что мы можем читать все, что захотим. Я люблю читать, но не ерунду для детей.

Мне нравятся истории для взрослых, особенно научная фантастика и ужасы. Я достаю книгу из рюкзака и с удовольствием погружаюсь в чтение. Свободное чтение – моя любимая часть дня, пусть даже оно длится всего десять минут.

В классе царит тишина, но тут миссис Уинстед выхватывает книгу у меня из рук.

– Что это?

Все смотрят на меня. Я не понимаю, почему она спрашивает. Она уж точно умеет читать, так что, я уверен, она и сама сможет прочитать название. Миссис Уинстед смотрит на обложку книги, как на какой-то грязный журнальчик.

– Что это?! – снова спрашивает она. Может, она все-таки не умеет читать. Было бы забавно для преподавателя английского.

Я показываю на название книги и читаю вслух:

– Стивен Кинг, «Противостояние».

– Ты это не читаешь.

– Читал, пока вы не забрали.

– Тут больше тысячи страниц.

– И что? Это про конец света. Мне нравятся такие…

– Не надо лгать, лишь бы впечатлить остальных, – говорит миссис Уинстед.

Пара ребят фыркают, как будто это кажется им забавным.

– Я не лгу, – говорю я. Мое лицо вспыхивает. Мне не нравится, когда люди пялятся на меня. Это напоминает мне о маминых публичных скандалах. – Я читаю это.

– В таком случае тебе не следует читать такую мерзость.

У миссис Уинстед такое лицо, будто она откусила лимон. Затем ее губы сгибаются в улыбке, как будто она придумала что-то особенно хитрое.

– Наверное, мне стоит позвонить твоей маме и рассказать ей, что ты читаешь.

Я чуть не говорю: «Да пожалуйста». Я-то знаю, что наш телефон отключен. Только я не хочу, чтобы об этом узнала миссис Уинстед. Вместо этого я говорю:

– Моей маме все равно. Это она купила мне эту книгу.

Весь класс смеется. Теперь миссис Уинстед просто взбесилась. Она швыряет книгу мне на парту и выходит из класса быстрым шагом, страшно обозленная.

Строго говоря, мама не покупала мне книгу. Это я ее купил. Хотя она знает, что книга у меня есть. Мама не разрешает мне покупать новые книги, говорит, что это пустая трата денег. Но на Мэйн-стрит есть магазин, в котором продаются подержанные книги. У них даже есть возможность обмена, так что я часто туда захожу.

Единственное мамино требование в отношении книг – никаких пошлых любовных романов, и я с ним согласен. На обложках таких книг всегда женщины прижимаются к мужчинам с голым торсом. Я бы ни за что не взял такую книгу.

А вот если на обложке космические корабли, странные города или монстры, мне интересно. Обожаю фантастику. Такое не может случиться в реальном мире, но как бы я этого хотел. В основном потому, что в реальной жизни все не так здорово. В книгах злодеев – таких, как миссис Уинстед – всегда наказывают. К тому же обычно все заканчивается хеппи-эндом.

Мне нравятся счастливые концовки, даже если это просто чьи-то фантазии.

Столы

В очереди на обед прямо передо мной стоят две девочки. У обеих пышные светлые волосы и одежда выглядит совершенно новой. На обеих украшения, золото и бриллианты. Обе пахнут духами.

– Отец Келли потерял работу, а ее мама никогда не работала, – говорит одна из них. – Так что теперь они, типа, на мели. Сейчас она не может позволить себе даже пообедать, поэтому мама каждый день готовит ей этот позорный сэндвич с вареной колбасой.

– Фу, вареная колбаса, какая гадость, – говорит вторая девочка.

– Я знаю. Позорище. Она больше не может сидеть с нами