рассчитан на шесть персон, а прислуживала нам всем сегодня Лили. Я уселся во главе стола, по правую руку от меня Эрен, а слева разместились Морделы.

Поужинали спокойно, разговаривая о всякой чепухе. Я рассказал Ларсу о военном походе и о том, что Арчибальд потерял руку и глаз, но все равно остался в должности управляющего, о том, что на наделе теперь есть своя мельница, а бывший заместитель — как они с Хильдой обустраивались в столице и открывали лавку. А вот когда с основными блюдами было покончено и Лили, налив нам в кубки вина, откланялась и вышла из гостиной, началась настоящая беседа о делах.

— Милорд Гросс, — начала Хильда. — Я бы хотела пригласить вас в лавку, дабы вы осмотрели учетные книги и…

— Завтра к вам зайдет миледи Эрен, — кивнул я молодой купчихе. — Она отвечает за ведение книг.

— Я поняла вас, милорд, — кивнула Хильда.

— Лучше скажи мне, Ларс, нашел ли ты торговцев мехами, которые примут товар оптом? — обратился я к бывшему заместителю.

Ларс недовольно поджал губы, после чего заерзал на своем месте.

— Не все так просто, командир… — начал бывший наемник. — Ваши консервы наделали шума в столице, однако же не сказать, что я стал рукопожатным в купеческих кругах. Скорее наоборот, из-за того, что товар этот штучный и никому я не позволял вступить в это дело, как вы и приказывали, на нас с Хильдой затаили обиду…

— Вот как? — удивился я.

Оба молодых Мордела в ответ только кивнули.

— От нас сначала требовали дать товара на реализацию, — продолжила за мужа Хильда, — из самой торговой палаты приходил человек, а когда мы отказали, пошли разговоры хотя бы о рекомендациях для вас, милорд Гросс. Мы же не могли сказать, что поступились купеческим уставом и торгуем напрямую, это против правил гильдии…

— Так что пришлось выставлять себя жадными выскочками, которые Алдира за бороду ухватили, — глухо сообщил Ларс.

— То есть меха пристроить особо некуда? — уточнил я.

— Мы уже готовим несколько лотков и лавку для торговли в других частях города, — продолжил примак Морделов, — однако же…

— Репутация у вас не лучшая, — заметила Эрен.

— Не лучшая, миледи, — согласилась Хильда. — Но это была вынужденная жертва, иначе вы бы потеряли значительную часть дохода, а нас вынудили бы отдать часть товара для других купцов.

— А они бы уже могли натворить бед, если бы попытались сделать копии, — подытожил я. — Ведь сила Петера просто огромна и благословляет он горшочки бесплатно.

— Именно так, — кивнул Ларс. — Мы сначала думали найти мирный способ, но единственное, что нам оставалось, идти на конфликт с местными торговцами, командир. Иначе они бы от жадности точно наварили отравленного мяса и загубили кучу народа, а всю вину спихнули бы на нас и, соответственно, на вас. А так пока каждый знает, что торгуют удивительной кашей и удивительным тушеным мясом барона Гросса только в одной лавке, все мы в полной безопасности.

Ларс с Хильдой поступили абсолютно правильно. Лучше потерять расположение местных торгашей, чем потом эти же новые «товарищи» и подведут тебя под монастырь своей жадностью. Передавать на перепродажу консервы без передачи рецептуры никак нельзя — это единственный способ снять ответственность с себя, как с производителя. А позволять перекупам взвинчивать цены я тоже не мог. Пока товар был популярной новинкой, снимать все сливки надо было самостоятельно.

— А как с покупателями? — спросила Эрен.

— В лавку захаживал всякий люд, — пожал плечами Ларс. — Обычные покупатели. Дворяне, иногда купцы, пару раз были цеховые, но то ребята прижимистые, на всякую диковинку деньги просто так тратить не хотят. А из прямо запоминающегося, был один странный иностранец, вроде и одет богато, но повадки уж больно развязные. Очень крикливый! Очень! Все интересовался, что это за рецепт такой удивительный, но много купил! Сотню горшочков взял махом, когда узнал, что еда эта не портится.

— И зачем ему столько? — удивился я.

Ларс только пожал плечами.

— Это летом было, милорд, в самом начале лета, как раз после того, как мы вам отправили вексели и первое письмо, — ответил Ларс. — Но потом мы этого мужчину и не видели.

— Ходили разговоры, что это был какой-то ученый муж с востока, — ввернула пару слов Хильда. — Я слышала от купчих, что он в ту неделю по многим лавкам прошелся. Покупал меха, снаряжение, даже оружие. Будто бы собирал отряд на зимний рейд.

— Какой глупец будет покупать все это в столице? — удивилась Эрен. — Тут же три цены на всё!

Моя жена была совершенно права. Если ты хотел выдвинуться на фронтир, то лучше посетить рынки Гатсбури, а в идеале — купить все необходимое у торговцев в пограничье. Там и цены приемлемые, и местные мастера ориентированы как раз на таких покупателей. И даже если цена одна — меньше груза тащить с собой через половину страны, а ведь прибыла большая часть этих товаров все равно с севера.

— Ну, я слыхала, что на белье для своих людей он шебарское полотно закупал, даже для конюхов, — продолжила Хильда, — и расплачивался золотом, даже не считая. Просто бросал кошель на стол и бери, сколько пожелаешь. Но никто лишнего взять не рисковал, говорят, от взгляда на того ученого кровь в жилах стыла.

— Это свистят они всё, — хмыкнул Ларс. — Видел я его лично, я же ему те сто горшочков консервов и продал, и про пробку восковую объяснял, и ящиков дал для перевозки! Нормальный покупатель! Только крикливый больно.

— Ты просто к милорду Гроссу привычный, дурень! — не выдержала Хильда. — Простите, милорд! Мой муж совсем не понимает, насколько вы внушительны и насколько он отважен! Совсем не бережется! Страшный тот ученый был, страшный! Глаза, в особенности! Купчихи говорили, что как зыркнет, так будто бы без ножа режет!

Пока говорила, Хильда распалялась все больше и больше, а под конец реплики бросила многозначительный взгляд на мою супругу.

Ох, вот тут я ее понимал! Уж кто-кто, а Эрен могла посмотреть так, будто бы душу вырвали, настолько тяжелый взгляд был у моей супруги. По одним глазам, всё понятно, без слов. Это что, получается, у моей жены в столице появился достойный конкурент в