- Предлагаю до восьми пересидеть здесь, - взял инициативу руководства Крис. - Сейчас слишком рискованно, можно на постояльцев наткнуться. В восемь все уйдут в сокровищницу, мы выходим, берём что-нибудь из гардероба для прикрытия, идём к послу и ждём там. Второй раз навершие украли из его комнаты, раз не он сам его перепрятал.

- А может, сами и сопрём? - усевшись на полу, я выдвинула предположение. - Надо-то полминуты всего. Взять артефакт, а Первый нас с ним домой отправит.

Крис с Первым переглянулись. Такое решение им в голову не приходило.

- Если мы так и сделали, то это объяснит, почему навершие так никогда и не нашли.

Крис присел рядом, намереваясь подремать. Завидую я ему - без часов и время определяет, и без будильника в нужное время встаёт. Вот, что значит, долгие годы тренировки. Я пока время только по солнцу в пределах часа-двух угадываю.

В назначенный час, убедившись, что в покоях фаворитки императора никого нет, мы выбрались из потайного хода. С обратной стороны выход маскировался стенкой массивного шкафа, встроенного в нишу. Вряд ли при ремонтах и перестройках эту нишу приспособят под что иное. В моей спальне, кстати, такой же шкаф присутствовал.

Крис Первым делом начал деловито перебирать одежду. Обговаривая детали, решили, что лучше приодеться в приличное, ведь в коридорах можем столкнуться и со слугами, и со стражей. А сюда кого попало не допускают.

Логичное предложение пошерстить в гардеробе императора в поисках мужской одежды разбилось о личность этого Императора. Он недаром носил прозвище "Бочка", и был всего на голову выше меня, но раза в четыре толще. Так что его вещи не подошли бы никому из нас.

Крис бросил мне простое шерстяное платье. Скорее всего, дорожное. Не думаю, что благородная и знатная дама носила бы его в обычной обстановке. Себе он выбирал намного дольше, критично перебирая многочисленные одеяния разных цветов и фасонов. Наконец, де Вен сделал выбор на платье цвета молодой листвы. Закрытое спереди, оно имело глубокий, почти до поясницы вырез сзади. Длинные рукава изобиловали разрезами, в которых мелькала более светлая ткань. Взяв его и подходящую по цвету и фактуре пелерину, Крис вышел в уборную переодеться. Ну вот, опять не увижу, каков он без рубахи. Интересно же оценить мускулатуру. За весь год это так и не удалось узнать - переодевался мужчина всегда за ширмой, на людях не обнажался, а банально подсматривать мне было совестно.

Вскоре Крис вернулся, неся в руках старую одежду. Платье ему удивительно шло, даже несмотря на катастрофическую нехватку объёма в стратегических местах. Я восхищённо оглядела его с головы до пят, задержавшись взглядом на голых ногах. Платье шили на женщину, и не думали, что его примерит высокий мужчина, так что подол заканчивался примерно на середине икры, хотя фасон был в пол. Будем надеяться, что эту мелочь не заметят, как и совсем не подходящие к платью простые туфли.

Критично оглядев себя в зеркале, Крис решил проблему форм с помощью вороха белья, для чего снова удалился в уборную. Я же, не заморачиваясь, натянула платье поверх одежды. Подгонку осуществляли уже в четыре руки. Убежавшую на бёдра талию подняли широким поясом. Мешком висевший верх утянули заколками, а с излишком длины расправились жестоко, отрезав лишние даже не сантиметры, а целый локоть ткани. По мне, так прежние полотняные штаны и рубаха выглядели менее подозрительно, чем этот дизайнерский шедевр. Но и Первый, и Крис, уверили, что подобная подгонка, правда, чуть менее экстремальная, в порядке вещей. Слугам часто отдавали старую одежду, и не всегда они успевали или могли нормально её подшить. К тому же мы не собирались ни с кем встречаться и этот маскарад предназначался на всякий случай.

Удача нам улыбнулась - мы беспрепятственно дошли до покоев посла, только один раз встретившись с каким-то слугой, скользнувшим по нам равнодушным взглядом. Вежливо и дежурно поклонившись, он продолжил своё торопливое передвижение. В комнате посла, где мы собирались его дождаться и забрать навершие, прятаться оказалось негде. Весьма аскетичная обстановка оставляла на выбор шкаф и узкую щель под кроватью. К сожалению, оба варианта нам не подходили. В шкафу найдут почти сразу, а из-под кровати долго и неудобно вылезать. Свидетелей нашего ухода в своё время иметь не хотелось. В результате в лучших традициях шпионских фильмов, мы пристроились на карнизе за окном. Архитектурное излишество достаточной ширины, чтобы присесть на него, так же частично скрывало от возможных взглядов снизу.

Со временем мы угадали. Ждать пришлось совсем недолго, и в комнату вошёл какой-то павлин в разноцветной одежде, штанах-фонариках до колена, белоснежных чулках на пышных бантах и с медальоном, размером с блюдце, подвешенном на толстой цепи.

Он сел за стол около окна и достал что-то из-за пазухи. С моего места не было видно, что именно с любовью и восхищением рассматривает расфуфыренный посол, но по блеску в глазах своего напарника по планируемому воровству, я поняла, что это то, что нам надо.

Мы с советником переглянулись.

- Сейчас?

- Да. Приготовьтесь.

Молчаливый диалог прервал стук в дверь. Посол вздрогнул, заметался глазами по комнате и торопливо сунул навершие в кувшин около кровати.

- Умно, - тихим шёпотом прокомментировал Первый. - Вода скрывает магический фон.

В комнату зашла служанка и, стоя у порога, скромно глядя в пол, напомнила послу, что его ждут на банкете. Поблагодарив, мужчина торопливо вышел. Неприлично заставлять себя ждать, и, при обнаружении пропажи, опоздание привлечёт к нему внимание. Вопреки ожиданию, служанка не ушла следом, а начала прибираться. Мы опять переглянулись. С женщиной справиться, с одной стороны, легче. Она слабее. Но, с другой стороны, сложнее. Женщины обычно сопротивляются не молча, а на крик прибежит стража. И молчать при виде двух грабителей, залезающих в окно она тоже не станет. Пока решались, служанка взяла кувшин, брезгливо его понюхала. Запах ей не понравился. То ли вода затухла, то ли ещё что, но женщина, недолго думая, прошла в уборную.

Быстро переместившись к соседнему окну, мы успели увидеть, как она выливает содержимое кувшина в унитаз.

Едва дождавшись ухода служанки, мы бросились к сантехническому устройству. И тут удача нас покинула. Унитаз был поездного типа, без сифона или водяного запора, сбрасывая всё сразу в канализацию. Ценнейший артефакт сейчас плавал где-то по говянным волнам.

- И что делать? - я растерянно посмотрела на расстроенных мужчин.

- Срочно бежать к отстойнику, пока