начала была другой, и я держал её в голове, как пистолет под подушкой. Мне нужна была не команда в спортивном смысле, а стая в человеческом. Чтобы они перестали быть случайным набором одиночек, которые терпят друг друга только потому, что их загнали в один класс. Мне нужно было, чтобы ребята начали ощущать плечо рядом и перестали думать, что каждый сам за себя.

Я стоял у стены спортзала, сложив руки на груди, и наблюдал, как ученики заканчивают очередную тренировку. Пот тек с них ручьями, футболки прилипли к спинам. Ещё две недели назад половина из них на третьем круге уже начинала искать глазами лавку и воду, но сейчас никто даже не смотрел в сторону выхода.

— Ещё один круг, — скомандовал я.

Кирилл первым повернул голову и уставился на меня с таким выражением, будто я предложил им пробежать марафон до Владивостока.

— Вы серьёзно? — прохрипел он.

— Нет, шучу. Сейчас скажу: молодцы, на сегодня хватит, идите домой, играйте в телефоны и забудьте всё, что делали.

Кирилл молча отвернулся и побежал дальше. Остальные потянулись за ним без единого слова. И вот это мне нравилось больше всего. Ещё недавно начались бы разговоры, шутки и нытьё, а сейчас ребята, стиснув зубы, просто продолжали пахоту.

Пока ребята добивали последний круг, я достал телефон и быстро пробежался по сообщениям. Василий отписался, что деньги уходят по графику. Средства постепенно вытекали со счёта, растворяясь в серой зоне так же естественно, как сахар в горячем чае.

Следом было сообщение от Миши.

«Пришли. Запускаю в оборот».

Деньги двигались, крутились, превращаясь из грязной истории в приличный бизнес. Я вздохнул, убрал телефон и вернулся к пацанам.

— Всё! Стоп!

Ребята остановились, тяжело дыша и хватаясь за колени.

Я прошёлся вдоль строя медленно, рассматривая их по очереди. Потные, уставшие, злые, но довольные.

— За неделю вы сделали больше, чем делали за прошлый год, и это только начало, — я расплылся в улыбке. — Начало проблем для всех, кто думает, что вы ни на что не способны.

Полностью вымотанные, парни отправились в раздевалку. Ну а у меня следом за тренировкой было на носу одно важное дело. Мы встречались с Соней, Мариной и Львовичем, чтобы определить основной состав наших олимпийцев.

Встречались мы в кабинете Сони, где уже меня все ждали. Завуч первой заметила меня.

— Здравствуйте, Владимир Петрович!

— Доброе утро, коллеги, — ответил я, заходя в кабинет.

Иосиф Львович стоял у окна, как обычно сутулясь. Марина сидела на стуле, держа в руках тетрадь, а сама завуч с важным видом сидела за столом, вертя в руках шариковую ручку.

— Проходите, присаживайтесь, — пригласила Соня, указывая на свободный стул у стола.

— Так, коллеги, у нас сегодня сложный день. День отбора на олимпиаду, — сказал я, присаживаясь. — Поэтому предлагаю сразу к делу. Расскажите, что вы увидели за эту неделю.

— Начну я, если позволите, — сказала Соня.

Она положила перед собой блокнот и открыла его на нужной странице.

— В целом динамика положительная. Дисциплина выросла значительно. Конфликтов почти не было, и это уже показатель.

Я усмехнулся про себя. Неделю назад слово «почти» звучало бы как шутка.

— Особенно заметно, — продолжила завуч, — что они начали поддерживать друг друга. Раньше каждый думал только о себе. Сейчас эта тенденция меняется в лучшую сторону.

Она перелистнула страницу.

— Иван стал спокойнее. Раньше провоцировал остальных, теперь наоборот, гасит вспышки. Борзый… — она на секунду улыбнулась, — неожиданно проявил лидерские качества… в нужном русле.

Я кивнул, не удивившись.

Иосиф Львович кашлянул, привлекая внимание.

— Если говорить про выносливость и командное взаимодействие, — начал он осторожно, — то сильнее всех подтянулись…

И Иосиф Львович назвал фамилии Бибы и Бобы.

— Ребята начали помогать слабым, причём без напоминаний.

Марина до этого молчала, слушая остальных. Теперь она чуть наклонилась вперёд.

— С психологической точки зрения мои девочки, — сказала она, — начали воспринимать участие в олимпиаде как общее дело.

Больше комментариев не последовало.

— Тогда переходим к главному, — сказал я. — Сегодня нам нужно решить, кто поедет представлять школу.

— Подождите, прежде чем говорить, я открою записи, — София Михайловна убрала блокнот и аккуратно положила толстую папку на стол.

К процессу завуч подходила крайне серьёзно и сумела за эти дни собрать целые досье на учеников. Соня достала из папки исписанную мелким, плотным почерком толстую тетрадь. Страницы были утыканы закладками, пометками и цветными стикерами.

Я поймал себя на мысли, что решение включить её в эту историю было одним из самых правильных за последнее время. В девяностые за такого человека дрались бы разные стороны, потому что тот, кто умеет держать в голове систему и порядок, стоит дороже половины бойцов. Соня не просто упростила нашу организацию, а забрала на себя весь хаос, который обычно пожирает любую инициативу.

И благодаря этому у меня появилось время заниматься тем, что действительно важно.

Людьми.

Я кивнул Иосифу Львовичу.

— Львович, предлагаю начать вам. Расскажите, как у ребят с общей физической подготовкой.

Географ слегка поправил очки, собираясь с мыслями.

— Если говорить о тех, кто показал серьёзный уровень физической подготовки, — начал он, — то я бы выделил несколько фамилий.

Он назвал фамилии Бобы, Бибы, Вани, Кирилла и Борзого. Вот тебе великолепная пятёрка.

— У последнего, правда, рецидив старой травмы колена. Он держится, но на полную силу работать не может, — заключил географ. — Если не перегружать, он сможет участвовать, но рассчитывать на максимум нельзя.

Я кивнул и отвёл взгляд в сторону, чтобы никто не увидел, как внутри неприятно кольнуло. Борзый был мотором всей этой истории. Он тащил за собой остальных, даже когда сам не понимал, что делает.

Соня делала пометки в своей тетради, аккуратно записывая фамилии и короткие комментарии.

Я перевёл взгляд на Марину.

— Марина, расскажите, как у девочек с номером по художественной гимнастике.

Учительница сразу оживилась, явно готовая к вопросу.

— Девочки уже полностью отрепетировали номер, — заверила она. — Конечно, я переживаю, потому что они никогда раньше не занимались художественной гимнастикой, но результат получился гораздо лучше, чем я ожидала.

— Насколько лучше? — уточнил я.

— Настолько, что я сама удивилась, — искренне призналась Марина.

Соня подняла голову от записей.

— Мне доводилось видеть репетицию, — сказала она. — Номер очень цельный. Видно, что они стараются.