class="p1">— Поздравляю с завершением сделки, — сказал он, глядя сначала на меня, потом на Али. — Передача долей оформлена в полном объёме.

Адвокат Али кивнул, подтверждая эти слова.

— С юридической точки зрения переход состоялся, — добавил он. — Все обязательства зафиксированы, риски распределены, процедура проведена корректно.

Он протянул мне готовый комплект документов. Бумаги были аккуратно прошиты, на обложке лежала наклейка с регистрационными отметками.

— Ваш экземпляр, Владимир Петрович, — сказал он.

Я взял папку.

Адвокат Михаила тем временем передал второй комплект Али.

— Копии будут направлены в регистрирующий орган сегодня же, — пояснил адвокат Михаила. — Оригиналы остаются у сторон.

Адвокаты обменялись коротким рукопожатием, после чего собрали свои папки и аккуратно задвинули стулья.

— Хорошего дня, господа, — сказал адвокат Михаила.

— Удачной работы, — добавил адвокат Али.

После этого они направились к выходу.

Мы с Али остались вдвоём за столом.

Али некоторое время молчал. Он смотрел в сторону окна — не на улицу даже, а куда-то сквозь стекло, будто там пытался увидеть свою будущую жизнь без того давления, которое уже нависло над ним, как крышка.

Как я успел понять, адвокат донёс до Али, что такая сделка пойдёт ему на пользу. Однако, зная этого человека, я мог ожидать от него чего угодно.

Но Али поднялся из-за стола и протянул руку. Я пожал её так же коротко и сухо, как в начале. И, ничего не говоря, Али развернулся и пошёл к выходу. Я понимал: сейчас ему кажется, что он нашёл выход и сохранил контроль.

Я же остался за столом один.

Я не чувствовал ни радости, ни облегчения. Внутри не было никаких победных эмоций, потому что для меня это не было победой. Это было закрытие этапа, и я уже перестраивал голову на следующий.

Я смотрел на пустое место напротив и мысленно раскладывал будущие действия, как на схеме. Когда дверь за Али закрылась, я жестом позвал официанта.

— Чай. Чёрный, без сахара.

Паренёк кивнул и исчез так тихо, будто и не подходил вовсе. Я остался сидеть за столом, глядя на аккуратно сложенные салфетки и отражение лампы в тёмной поверхности стола.

Официант принёс чай, поставил чашку передо мной и так же бесшумно ушёл. Я обхватил кружку ладонями и сделал первый глоток. Горячий, терпкий, простой вкус возвращал в реальность лучше любых мыслей.

Я достал телефон и нашёл нужный контакт. Гудки пошли почти сразу.

— Да? — ответила Аня.

— Можно подавать заявку на тендер, — сказал я.

На том конце повисла короткая пауза.

— То есть всё?

— Всё.

Я слышал, как она шумно выдохнула, позволяя себе отпустить напряжение последних дней.

— Хорошо. Тогда запускаю процесс сегодня же.

— Запускай, — подтвердил я. — Компания теперь чистая по документам, переход оформлен. Можно заходить официально.

— Значит, подаёмся как основной подрядчик?

Я подтвердил.

Мы помолчали секунду.

— Тогда я работаю, — резюмировала Аня.

— Работай.

Я отключил звонок и положил телефон на стол. Чай успел немного остыть, и я медленно допил его, глядя на зал, который жил своей обычной жизнью.

* * *

Я сидел в машине с заглушённым двигателем и смотрел на пустую парковку перед рестораном.

Деньги у меня были. Много. Слишком много для человека, который официально числился школьным физруком с лишним весом и стандартной зарплатой. Прямо пользоваться ими было нельзя. Любой прямой перевод мгновенно превращался в вопрос «откуда», а вопросы — это всегда начало чужого интереса. Чужой интерес я не любил ни в девяностые, ни сейчас.

Деньги должны пройти через легальный оборот. Через бизнес, который официально живёт: платит зарплаты, аренду, налоги, закупает материалы, подписывает контракты и оставляет после себя толстую папку бухгалтерии, где всё выглядит скучно и правильно.

И именно поэтому бизнес Али был идеальным инструментом. Не один магазин, не одна фирма, а целая сеть, размазанная по городу. Через такую систему деньги проходят незаметно, растворяются в оборотах и превращаются в обычные цифры на банковском счёте.

Для этого я и оформил эту сделку.

Я понимал простую вещь: по сути, я использовал схему Крещённого. Ту самую, на которой он строил свою уверенность и свои доходы. Только теперь эта схема работала против него.

Мысль была почти ироничной.

Аля думал, что не найдётся человек, который умеет играть по его правилам так же жёстко. Но жёстко ошибся именно Аля. И я теперь был готов начать преподавать ему урок.

Естественно, я не собирался решать всё в одиночку. Схему я видел целиком, но техническую часть всегда должен делать тот, кто живёт в ней каждый день.

Поэтому утром следующего дня я и приехал к Васе. Меня пропустили без лишних вопросов.

В общей комнате для посетителей было светло и спокойно. Вася сидел у стены и сразу поднял голову, когда я вошёл.

Я поймал себя на мысли, что пацан выглядит иначе, чем в момент нашей последней встречи. Взгляд стал спокойнее, движения замедлились и перестали быть дёрганными.

Я сел напротив и внимательно на него посмотрел.

— Ну как ты?

Василий усмехнулся уголком губ.

— Нормально, Петрович. Даже нравится здесь. Башка отдыхает. Режим тут…

— Кормят хоть нормально? — спросил я, откинувшись на спинку стула.

— Кормят как в армии, — хмыкнул он. — Без изысков, зато вовремя.

Мы пару минут говорили ни о чём. Про еду, распорядок и людей вокруг. Мне нужно было понять, что Вася сейчас в адеквате, а не на автомате.

Вася смотрел прямо, отвечал спокойно и не пытался показаться лучше, чем есть. Это был хороший знак.

Я сделал короткую паузу, а потом перешёл к делу.

— Вася, деньги надо вытаскивать.

Вася даже не удивился.

— И делать это надо аккуратно. Ты знаешь варианты?

Мы оба знали, откуда взялись эти деньги и почему с ними нельзя обращаться как с обычными цифрами на счёте.

Вася опустил взгляд на пол и долго молчал. Я не торопил его.

— Объём? — уточнил он.

— Всё, что есть, — пояснил я.

Пацан медленно покачал головой.

— Сразу не получится, Владимир Петрович. Даже если делать всё правильно, такая сумма сама по себе светится. Это как фура на пустой дороге… не заметить невозможно.

Я никак не ответил. Вася хорошо знал, что меня не интересуют оправдания, почему сделать не получится. Меня интересует другое — как это сделать.

— По срокам сколько времени есть? — поинтересовался он.

— Неделя, —