на твоём месте радовался. Схлестнуться с красоткой, победить её, а потом в знак примирения пригласить в хорошее место на бутылочку винца. Это же прямой путь к постели, — тут он покосился на Лену. — Прошу прощения, милая леди, за такую откровенную речь.

— Можете не извиняться, — отмахнулась Лена. — Я всегда присутствовалоа при посиделках отца с друзьями, и чего только не слышала.

— Саша, как твои дела? Как домашние поживают?

— Всё хорошо. Думаю, отец с дедом будут рады, если вы завтра навестите их.

— Обязательно навестим, — заверил Владислав Андреевич.

Мы хорошо провели время. Через пару часов я отвёз Лену домой, а Ваня с родными поехали в нашу квартиру.

Мне не терпелось посмотреть, что же мне привезли Савельевы для оранжереи, поэтому я сразу поехал домой. С порога ощутил эфиры растений. С удовольствием втянул носом и пошёл на запах. Коробки с саженцами рядком стояли в гостиной неподалёку от тёплого камина. Отлично! Сейчас переоденусь и займусь ими.

Из кухни слышались голоса. Я хотел подойти и сказать, что уже вернулся, но тут услышал слова дяди Коли, от которых сжалось сердце. Только не это…

Глава 16

Я прислушался к тому, что говорит дядя Коля, чувствуя, как мурашки пробегают по телу.

— … вчера должен был позвонить и сказать, куда заказ привезти. Весь день прождал этого чёртового артефактора, а он так и не удосужился ни явиться, ни позвонить, ни записку передать. Куда мне теперь девать три килограмма мелкого кристалла, ветки лунной сакуры и крылья песчаного шершня? — возмущался дядя Коля. — На этого шершня мы, между прочим, три дня потратили. Умный, зараза. Хорошо прячется.

— А сам ты ему позвонить не можешь? — по голосу я узнал князя Савельева.

— Нет. В последний раз он мне звонил с уличного телефона-автомата. Связался же с этим артефактором на свою голову. Вечно с ним какие-то проблемы.

Та-ак, спокойно. Судя по всему, именно дядя Коля снабжал Грачёва материалами для артефакта. Но как он мог помогать человеку, которого разыскивают имперцы? Как он мог помогать тому, кто причастен к гибели магов, служивших Савельевым? Как он мог закрыть глаза и простить Грачёву взрыв на шахте?

Ничего не понимаю. В голове не укладывается. Есть только один способ получить ответы: спросить об этом напрямую.

Я выдохнул и решительно зашёл на кухню. Два брата Савельевы сидели за столом и неспеша потягивали яблочный сидр.

— А-а, Сашка, уже вернулся? А я думал, тебя до утра не будет. Ленка твоя — красотка невероятная, — улыбнулся дядя Коля. — Иногда я жалею, что так быстро постарел и так мало успел в молодости. Поэтому цени свою молодость и не тушуйся. Понял?

Он выжидающе посмотрел на меня.

— Понял, — кивнул я и, подтянув к себе табуретку, сел напротив и осторожно начал говорить. — Я невольно подслушал ваш разговор. Вы сказали, что выполнили заказ какого-то артефактора, а он его не забрал. Можете сказать, о ком речь? Кто тот артефактор?

Я старался говорить спокойно, но не смог удержать металлических ноток в голосе. Дядя Коля понял, что здесь что-то нечисто, поэтому отставил кружку с сидром и, привалившись о стол, наклонился ко мне и пробуравил взглядом.

— Что-то я не понял. Ты меня в чём-то подозреваешь?

— Я просто спросил. Можете назвать имя того артефактора? — выдержав его пристальный взгляд, я с нажимом повторил свой вопрос.

— Не понимаю, к чему ты клонишь? — он прищурился и сдвинул брови к переносице.

— Если вы помогали Платону Грачёву, то он не сможет заплатить за заказ. Он мёртв, — твёрдо произнёс я, внимательно следя за его реакцией.

Услышав про беглого артефактора, дядя Коля недоуменно уставился на меня, будто не сразу смог понять смысл сказанного. Затем резко откинулся на спинку стула и удивленно поднял брови.

— Ты думаешь, что я помогал этому мерзавцу и убийце Грачёву⁈ — выпалил он, сверля меня взглядом. — Ты в своём уме? Да я этому ублюдку своими руками сердце бы вырезал, если бы он мне попался!

Я с облегчением выдохнул. Дядя Коля говорил правду. Ложь бы я учуял.

— Ты только глянь на него, Слава, — распалялся Савельев. — Мы этого недоросля с молодых ногтей воспитываем, а он про нас такое думает! У тебя совесть есть?

— Простите, но я должен был об этом спросить.

Я говорил спокойно и не чувствовал за собой вины, ведь я не кидался обвинениями, а всего лишь спрашивал. Из головы не выходило, что у него был доступ к ресурсам из анобласти.

Дядя Коля для приличия ещё немного возмущался и успокоился. Затем налил мне в кружку свежий яблочный сидр, который готовила кухарка, и протянул.

— На, пей. И больше не задавай мне таких вопросов, — строго посмотрел на меня, затем улыбнулся и похлопал по плечу. — Того артефактора зовут Федя Потапов. Он путешественник, и постоянно в разъездах по империи. Сейчас он где-то в наших краях обитает, вот и обращается с заказами. Только до него не дозвониться: в лесах связь почти не ловит. Он нарочно выходит в город, чтобы закупиться едой и позвонить. Вот я и жду его звонка… Надеюсь, с ним ничего не случилось, ведь не молод уже. Лет семьдесят ему.

Я залпом выпил сидр, смывая все сомнения и отвратительную ауру подозрения. Я был очень рад, что ошибся в своём суждении. Всё-таки надо больше доверять людям и не видеть в каждом врага.

После примирительной кружки сидра я переоделся и занялся манаросами. Завтра полуфинал лекарей, послезавтра менталистов, и только потом аптекарей. У меня есть целых два свободных дня, которые очень даже кстати. Я рассажу саженцы в свою оранжерею, затем съезжу в поместье и привезу «Венец смерти». На всякий случай повешу на дверь оранжереи большой крепкий замок, чтобы никто туда без моего ведома не заходил. Особенно любопытная Настя, которой всегда всё хочется знать.

До позднего вечера провозился с манаросами: поливал, подрезал, изучал свойства. Савельевы привезли всё, что я заказывал, поэтому перед сном я позвонил деду, велел расплатиться с ними и накинуть сверху награду для охотников. К моему удивлению, дед не стал возмущаться, а поддержал мою идею. Я сказал, что завтра с утра привезу манаросы, и мы вместе будем рассаживать их в новые вазоны и горшки с уже подготовленной землёй.

— Ну хоть