все такая же, – доносится голос одного из них, и я угадываю в лице создания магистри Селестину. Что Эгирна сделала с ней? – Ты чудовище! Погубила мою дочь!

Мотыльки вдруг разом вылетают наружу и устремляются вниз во главе с Селестиной. Возможно, чтобы найти тело своей создательницы.

Мое сердце сжимается и вопит от боли, но я устремляюсь к Призраку.

– Как ты? – кричу я среди поднявшегося ветра.

Он берет меня за руку и притягивает к себе, отчаянно целуя.

– Все нормально, – выдыхает он. – Нам пора в Диамонт.

– Зачем ты сказал мне про Эдну? – спрашиваю я. – Ее тут нет.

На лице Призрака целая гамма эмоций.

– Ей следовало здесь быть. Значит, что-то изменилось. Что-то пошло не так.

Я вижу, что он говорит искренне, он не обманул меня, как я уж было решила.

Потом я задираю голову и смотрю в небо. Четыре луны все так же висят там, будто в ожидании чего-то.

– Ирис, – выравнивая дыхание, говорит Призрак. – Нам пора двигаться дальше. Здесь нам больше делать нечего.

Я вновь вспоминаю про два пути – из этой башни я могу отправиться в Башню Ночи. Но нет, я вновь выбираю Диамонт.

Из складок плаща я достаю свой новый камень – горный хрусталь Дня и Ночи. Вглядываюсь в него, пытаясь понять, что в нем особенного. Ведь неспроста этот камень попался мне на пути.

И вот на моем языке рождаются звуки.

– Диэс, – шепчу я, будто разгадывая тайны этого покинутого силоцвета.

Башня вдруг сотрясается под нами.

– Ирис, мы должны уйти отсюда! – зовет Призрак.

Я снова вглядываюсь в небеса, вспоминая, чему учила меня Эдна. И закрываю глаза.

Когда мы оказываемся напротив Молли, я знаю, что мы сделали все правильно. Мы в Диамонте, снова. Но ведь в одну реку не входят дважды?

Однако и мы сейчас уже не те, что раньше.

По лицу Молли струятся слезы, и я обнимаю ее, рыдая вместе с ней. Конечно же она уже знает про Стару, но Кеззалия… как она могла так поступить? Неужели ради места фрейлины при новом Дворе Лилий? А ведь когда-то она была влюблена в Марциана! Могла ли она пойти на предательство ради любви?

Могу ли я винить ее, если она хотела лучшей для себя участи?

Я отстраняюсь и сжимаю в руке меч. Мы должны помочь сейчас тем, кто здесь.

Мы с Призраком бежим вниз, я перепрыгиваю через ступеньки, вспоминая, как бродила здесь, по Сколастике, когда думала, что моя жизнь лишена смысла. Но Призрак наполнил ее смыслом. Любовь дала мне силы бороться.

И стать наконец самой собой.

А Призрак, он всегда так хотел уберечь меня, что отдалялся все больше, но этот мир все равно сводил нас вместе.

Я оглядываюсь, всматриваясь в его мрачное лицо. Он суров как никогда, возможно, ему тоже нужно привыкнуть к этому новому миру. Теперь больше нет Тамура, того, кому он хотел отомстить столько, сколько себя помнил. Эта веха в его истории закрыта, а я рада, что это не Призрак избавился от него. Хотя он считал свою душу совершенно темной, я всегда знала, что в ней только свет.

Мы мчимся на улицу, чтобы присоединиться к сражению, чтобы сказать всем, что король стратумов повержен, а значит, и его армия отступит. Некому будет возрождать Галлу, а пока стратумы найдут нового лидера, мы сумеем их одолеть.

Я выдыхаю, увидев, что небо светлеет. Самая долгая ночь отступает, задается новый день. Возможно, в пророчествах нет ничего страшного, это лишь знамения, в которых можно найти тьму и страх, а можно и наоборот, обрести силу.

На улице суматоха: здесь сражаются варры, убивая крылатых тварей. Жители помогают им, кто чем может. Весь Диамонт собрался, чтобы дать отпор недругу. Небо озаряет огненная волна – и я вижу огромный силуэт дракона, а на нем всадницу. Не могу поверить глазам! Дармонд и Аоми уже тут! И вместе!

Я выбегаю на площадь, сражая мечом попавшегося мне голема. Их тут тьма, но и у нас есть сила!

Когда дракон опускается на землю, Аоми спрыгивает и бежит ко мне.

– Ирис… Ирис! Ты жива! – задыхаясь, говорит она.

– Конечно, жива! Все закончилось! Король Ястребиной Башни мертв… и Эгирна тоже.

Дармонд меняет свое обличье, но он все еще охвачен огнем, будто это его новая мантия. Эффектно! Интересно, почему он так не делал раньше.

По небу растекаются рассветные лучи, и на душе у меня тоже теплеет. Но когда я поворачиваюсь, заметив странное движение, то вижу, как из фонтана на площади поднимается столб воды, из которого появляется Леда. С царственным видом она делает шаг к нам.

– Рада видеть, что вы все вместе и так счастливы, – говорит она, будто не видя, какой хаос творится кругом. Или ей нет до этого дела. – Но я пришла за обещанным мне. Стратумы не смогли выполнить свою часть уговора, что ж, – она пожимает плечами, – придется самой.

Ледяная Звезда Смерти появляется перед моим носом так быстро, что пробивает брешь в моей броне. А следом я вижу лицо Призрака.

Он сосредоточен, слишком серьезен.

– Ирис, я люблю тебя, – говорит он слишком поспешно, будто торопится. Но что? Как? – Он обхватывает мое лицо руками, такими теплыми и родными, и крепко целует, слишком быстро. А потом отталкивается от меня и забирает удар Звезды на себя.

– НЕТ!!! – Я не могу сдержаться и кричу что есть сил. А мир будто взрывается вокруг меня – или же это разлетается на тысячи осколков мое сердце, уже так согретое любовью?

Мой крик сливается с другим – Леда не ждала такого, никто из нас не ждал.

Разве что Призрак?

Мог ли он знать?

Но это ведь не взаправду? Это лишь одно из моих видений? Я трясу головой, пытаясь отогнать этот морок, это наваждение.

Солнце приветствует этот мир, но слезы застилают мне глаза.

– Что… – выдыхаю я, смахивая их ладонью.

Я вижу Призрака перед собой, все такого же сильного и прекрасного принца, воина, моего мужа.

Его рука все еще протянута ко мне, а вторая прижимает к груди Кристалл. Они окаменели вместе с этим отвратительным силоцветом. Мой Лорд обратился в камень.

– Нет, нет, нет… – Мысли бегут вперед, я пытаюсь понять, как вырвать моего принца из плена смерти. Я осторожно касаюсь его каменной ладони – она все еще теплая, но как же быстро она остывает.

Я пытаюсь прикоснуться к кристаллу, но он отталкивает меня, будто нечто враждебное. Он вовсе не похож на