Одного она отбросила так, что череп треснул, окрашивая стену волной брызг и подтеков. Второго, который подобрался ближе всех, она схватила в теневые тиски и сильно сжала, из-за чего одежда, а затем и кожа на нем лопнули.

С оставшимися разделалась так же быстро и легко. Мила уже не смотрела. Ее тошнило от увиденного. Ей было мерзко, страшно и противно. И созерцать эту бойню не нашлось сил. Чистильщики — не слепые котята, а подготовленные и крепкие парни, только Сарасвати оказалась слишком сильна, чтобы у них появился шанс выстоять против нее.

Когда все закончилось, богиня попыталась стереть кровь с рук, но лишь размазала. Тогда попыталась телепортироваться — вышла осечка. Обескураженная, попробовала еще раз и, когда ничего не вышло, зашипела.

— Хозя-аин места си-илы… Держишь, значит, сука… Ничего, — она поправила волосы, упавшие на лицо, — ничего-ничего, в этот раз не сбежишь.

Сарасвати раскинула руки, запирая дом и прилегающие территории от телепортации из него, но оставляя возможность телепортироваться внутрь. Вдруг вернется Ян. Его помощь не помешает — искать Искру Огня по крови будет намного проще, чем на ощупь.

— Гу-уста-аф, Гу-стаф… — шептала она, проводя пальцами по стенам, пока шла в его кабинет.

Когда добралась до двери, на пару секунд замерла, принюхиваясь, как собака, почуявшая дичь. Обвила тенью дверь и сдернула с петель, отбрасывая в сторону. Не сказав ни слова, уставилась испепеляющим взглядом на хозяина поместья и щелкнула пальцами обеих рук, скорее для удовольствия и театральности, чем для какой-то практической цели. Гончие смерти появились почти в тот же момент и бросились в атаку немедля.

Ей нравились звуки, с которыми псы рвали плоть. Они подрыкивали и чавкали, хрустели костями, а она, прикрыв глаза, слушала. И очень разозлилась, когда почувствовала чужое присутствие.

«Кто посмел⁈» — хотела взреветь она, вопрошая, какому наглецу пришла в голову идея прервать наслаждение, и на пороге заметила силуэт Макса Нилана.

Тот тоже не был в восторге от увиденного. Вместо приветствий бросил в нее руной.

Полуобглоданный труп Густафа стал прекрасным щитом.

«Засунь свое „Очищение“ себе в задницу» — захотелось крикнуть ей, когда отбилась от руны, но это было бы так по-человечески.

И Мила почувствовала, что богиня переняла это от нее. Будь она сама на ее месте, крикнула бы так же. Вот только Мила никогда в жизни по своей воле не захотела бы быть на ее месте. Но они срастались. Одна перенимала от другой эмоции, привычки, знания. И это пугало.

Пришла очередь нападать, и богиня швырнула труп Густафа в сторону Макса. Тот увернулся и попытался атаковать еще одной руной, но, конечно же, ничего не вышло. Разгневанная фурия отбросила его волной тени. И хоть она была уже изрядно измотана битвами и растратила силы на гончих, удар вышел довольно сильным. Не настолько, чтобы у Макса череп треснул так же, как у того чистильщика, но все же довольно мощно.

Ковер напитался его кровью, и этого показалось достаточным.

— Сдох? — издеваясь спросила Сарасвати, и когда ей ответила тишина, добавила: — Не важно. Долго все равно не протянешь.

Миле показалось, что тем самым она дразнит ее. Показывает, что несмотря на неудачи, она все равно на коне. Словно в подтверждение этому, богиня подошла к телу ближе, взяла Макса за подбородок, покрутила из стороны в сторону, затем небрежно отбросила и окунула палец в лужицу, стекшую на паркет.

Погрузив палец в рот, расплылась в улыбке. Мила почувствовала и улыбку, и вкус крови. И ее чуть не вывернуло.

— Теперь можно поискать Лану… — мечтательно произнесла богиня, и клетка Милы сжалась, не оставляя никакого пространства для маневра. «Экран» тоже сжался, сужая обзор.

Еще раз дернув прутья, она затихла.

«Слишком сильна… — всхлипывая, подумала Мила. — Кто-нибудь… помогите! Пожалуйста…»

И словно услышав зов, на пороге возле кровавой лужи появился Финн Феллоуз. Светло-коричневая подошва его ботинок окрасилась красным, а лицо исказилось отвращением.

Рядом с ним проявились его сын Майки, Александр Романов и Генри Миллер. Лица присутствующих четко давали понять, что пришли они не на зов, а по каким-то своим причинам, и на такой «кровавый прием» не рассчитывали.

Богиня среагировала быстрее. Она все еще была настроена на бой, хоть и не ожидала гостей, поэтому атаковала первой.

— Беги! — проорал Финн Феллоуз, отталкивая сына, от пролетающей рядом тени.

Майки, не сумев сохранить равновесие, упал, опершись рукой на тело Макса. А Финн, понявший, во что они только что случайно ввязались, тут же бросил телепортирующую руну в сына.

— Какой заботливый, — яростно произнесла богиня, уставившись в то место, откуда только что исчез мальчишка, случайно прихвативший с собой тело Макса. Телепорт не должен был сработать, но след, как и отсутствие тел, говорил об обратном. Но мальчишка и почти дохлый Нилан угрозы не представляли, а вот с остальными стоило разобраться. И не дав им возможности опомниться, опутала их тенями, не оставляя шанса на спасение. — Побудете пока со мной, красавчики.

И не желая тратить время на бесполезных пленников, продолжила поиски Ланы. Кровь вела ее, указывала направление, дурманила и отрезвляла. Кровь всегда была самым важным, что ценили люди. И правильно. Это путь, это связь, это важно.

И кровь никогда не врет.

— Ну, привет, дорогая… — богиня расплылась в улыбке и от удовольствия прикрыла глаза. — Кто не спрятался, я не виновата.

Слова были легкими, веселыми, но они резали Милу по живому. Она еще раз дернулась в клетке и обессиленная упала, прижимаясь к холодным прутьям.

Она сдалась.

— Что ж, — произнесла богиня тоном победителя. — Кажется, у меня сегодня довольно удачный день.

Но тут же осеклась, понимая, что все еще не может покинуть поместье. Замешательство длилось недолго. Она вторглась в память Милы, которая прекратила борьбу, и довольно быстро нашла то, что искала.

Ян рассказывал, что Макс притащил некую целительницу для Густафа, но, кажется, обманул. И раз уж так называемая целительница приходила не для того, чтобы исцелять, богиня может использовать пленников не для того, чтобы убить их.

Она подняла на застывшую троицу оценивающий взгляд и подумала: «Каждого из них можно использовать».

— Мальчики… не представляете, как я рада, что вы заглянули. И еще больше рада, что не убила вас. Вы же благодарны мне за великодушие? — И не дожидаясь ответа, завершила мысль: — У вас есть возможность