медицинская шапочка, а на лице – довольная улыбка. Перед ним лежало тело с почти вскрытой грудной клеткой, поэтому перчатки на его руках были испачканы кровью.

– О, сержант Пак! – радостно сказал судмедэксперт, заприметив живых гостей в своём мёртвом мирке.

Джинхо как-то вяло улыбнулся и указал на меня.

– Это госпожа Ким, мы хотели бы ещё раз взглянуть на тело последней жертвы… – В этот момент судмедэксперт до конца перерезал рёберные хрящи с правой стороны и собирался проделать то же самое с противоположной.

– Оставлю вас ненадолго, – быстро проговорил сержант и, бросив короткий взгляд на меня, слегка поморщился.

Я закатила глаза.

– Это было вовсе не обязательно, – произнесла я и ткнула пальцем на лежащее перед нами тело, – покажете, как закончите?

Господин Бён ничего не ответил, он продолжал стоять на месте, держа в руке рёберный нож, и с каждой секундой его глаза расширялись, пока он наконец не заорал:

– Не может быть! Госпожа Ким?! Госпожа Ким! Это же вы! Ким Лина!

Я неловко улыбнулась и слегка поклонилась.

– Да, это всё так, но не могли бы вы говорить чуть тише?

– Здесь громкие разговоры точно никому не помешают. – Проигнорировав мой вопрос, патологоанатом мигом очутился возле меня, держа обе руки согнутыми в локтях, и еле-еле контролировал себя, чтобы не завизжать от радости.

Такая реакция меня огорошила, поскольку последний раз нечто похожее мне приходилось видеть на одной из книжных презентаций уже после выхода книги.

– Всё ещё не могу поверить! Я ваш большой фанат! Знаю «Руководство к убийству» от корки до корки, – он говорил так быстро, что я едва поспевала переваривать услышанное, – рад, что вы вышли в свет и начали снова писать, хотя вебтуны всегда казались мне скучноватыми.

– Простите? Вебтуны? – поинтересовалась я и сглотнула, потому что в горле неожиданно пересохло.

– Ну да, они самые, – радостно отозвался патологоанатом Бён, – «Коллекция смертей», которая начала выходить три месяца назад. Это же ваш текст!

– С че… чего вы так решили? – сбивчиво произнесла я.

– Говорю, госпожа Ким, я ваш огромный фанат! Узнаю ваш текст из тысячи! Только вы описываете чью-то смерть так, словно каждый раз умираете сами.

Я во все глаза уставилась на судмедэксперта, и по спине пробежал холодок. На это было две причины.

Во-первых, я совершенно забыла о затее Вонсона с вебтунами, которые начало выпускать его издательство. Задумка была проста: один из штатных художников будет иллюстрировать мой текст – небольшую зарисовку, которая, словно ниточка, в итоге приведёт читателей к новой книге «Красная мантия». Работа была простой, короткой, и поэтому я не особо заморачивалась над изменением своего стиля и, как оказалось, через какое-то время вообще забыла, что писала нечто подобное.

Вторая причина же приводила меня в больший ужас. Бён узнал мой текст. Из сотни тысяч других вебтунов он каким-то образом натолкнулся на тот, что выпускаем мы, и узнал автора «Руководства к убийству», не прилагая особых усилий! Если смог он, то у кого получится ещё?

– Знаете, господин Бён… – начала я, но он меня остановил:

– Для вас просто Джунсо!

– Да, хорошо, Бён Джунсо, – я посмотрела на его лучезарную улыбку и продолжила: – Было бы славно, если бы никто об этом не узнал. О том, что «Коллекция смертей» имеет ко мне какое-то отношение.

– Ну разумеется! – весело пропел он и принялся стягивать окровавленные перчатки, а затем снимать фартук. – В нашем обществе лишь бы кого-нибудь отменить, никто не ценит настоящий талант, а потом сами же и страдают, тоннами поглощая состряпанный на коленке контент.

Я была не согласна с его словами, но если это позволит мне избежать последствий, то пусть этот человек говорит что угодно, я же буду продолжать кивать и улыбаться.

– Пока прикрою господина Чхве, кажется, сержанту Паку он не очень понравился, – вежливо произнёс судмедэксперт и после того, как всё сделал, позвал Джинхо присоединиться к нам.

– Всё нормально? – спросила я, и полицейский коротко кивнул:

– Вполне.

– Итак, приступим, – с энтузиазмом произнёс Бён Джунсо и направился к одному из отсеков холодильника. – Ким Санхи, возраст двадцать семь лет. Причина смерти – колотая рана в области грудной клетки. Глубокий прокол сердца, предположительно орудием, имеющим острый конец с сужением стержня.

– Всего одна? – Мой голос звучал чуть более удивлённо, чем должен был.

– Одна, но зато какая. – И с этими словами он открыл дверцу холодильника, вытащил тело Ким Санхи и свернул простынь на ней до пояса.

Я сделала несколько шагов вперёд, встала рядом с телом, и от открывшейся картины пробежал холодок по спине. Рана действительно была одна, но размером с кулак.

– Она огромная, – тихо произнесла я, наклоняясь ближе к телу, чтобы получше рассмотреть рану.

– Да, это точно, я сам вижу такое впервые, – сказал Бён Джунсо и встал с противоположной стороны от тела. – Смотрите, вот здесь.

Судмедэксперт Бён, не касаясь раны, указал на её границы:

– Убийца снова и снова прокручивал лезвие несколько раз, делая рану больше намеренно.

Я нахмурилась:

– И он это проделал обычным ножом?

– Края неровные, но даже для обычного лезвия ножа слишком рваные. На сердце остался чёткий след от острия лезвия. На рёбрах также остались отметины, сейчас над ними работает господин Ким Гитэ.

Я выпрямилась как струна и слегка отступила от тела.

– Тот самый Ким Гитэ? – поинтересовался полицейский Пак, до этого стоявший тихо в сторонке.

– Да, именно так, – весело отозвался Джунсо, – госпожа Ким с ним знакома!

Я покосилась на сержанта Пака и впервые за всё время нашего непродолжительного знакомства увидела искреннее удивление на его лице. Судмедэксперт Бён продолжал болтать без остановки:

– Я был так рад узнать, что в своё время он был вашим наставником, госпожа Ким! Учиться у великого Ким Гитэ, да ещё и написать такую прекрасную книгу. Бах! Просто взрыв мозга!

Я изобразила на лице что-то наподобие улыбки, но, если честно, от всего происходящего меня затошнило. Этот бесконечно позитивный Джунсо, тело несчастной Ким Санхи, которой, кажется, хотели вырвать сердце, и разговоры о моём учителе. Всё происходящее напоминало какой-то сюр с долей воспоминаний о давно позабытом прошлом.

– Больше на теле не нашли никаких повреждений? – спросила я в надежде на то, что мы вернёмся к изначальному разговору о Ким Санхи.

– Несколько гематом на запястьях, коленях, спине и затылке, – быстро отозвался патологоанатом, – все получены ещё при жизни. Гематома на затылке, скорее всего, появилась при падении или если преступник сначала припечатал её к стене, а затем повалил.

Я аккуратно откинула часть простыни с руки жертвы. Убийца настолько крепко связал их, что в попытках