проверили его звонки, прежде чем соглашаться на встречу. Плюс, если преступник умён, он будет избегать любых ситуаций, где его смогли бы опознать. А ещё это очень дорогой адвокат, который не станет рисковать своей карьерой ради передачи сомнительного сообщения. Хотя и этого исключать нельзя.

Я замолчала, обдумывая сказанное. Ким Минсок каким-то образом вновь оказался в моей голове, до меня как будто только сейчас дошло, что он жив, здоров и, если общается со своим адвокатом, вероятно, надеется на что-то хорошее. Пока я, скатившись на дно, маленькими шажочками пробиралась наверх, сражаясь с внутренней темнотой, самый настоящий монстр спокойно жил, не ощущая себя загнанным в угол.

– Мы почти на месте, – проговорил сержант, машина плавно повернула налево, и, взглянув вперёд, вдалеке я увидела мерцающие огоньки вечернего Сеула.

Глава 3

Тёмный коридор и длинная лестница

За то время, пока мы ехали, дождь прекратился, ветер поутих, и только огни уличных фонарей, отражающихся в небольших лужах, напоминали о недавней непогоде. И хотя в Сеуле было несколько теплее, чем в его пригороде Намьянджу, в котором я жила, выйдя из машины, я поёжилась и осмотрелась вокруг. Мне не приходилось бывать в столице около двух лет, и если раньше меня грели его вечерние огни, то сейчас всё ощущалось иначе. Тёплый желтоватый свет, казалось, хотел прожечь меня насквозь, и если тогда я радостно подставляла под него своё лицо, то сейчас опустила голову, чтобы лишний раз не пересечься с кем-нибудь взглядами.

Пак Джинхо остановился на парковке бизнес-центра, а напротив располагалось как раз нужное нам здание. Воспоминания о нём тоже хранились в моей памяти, но относились к тому времени, когда я, как мне казалось, не была собой. Главная опасность заключалась в том, что здание находилось в пятнадцати минутах ходьбы от центрального полицейского управления, где сейчас наверняка сновали журналисты, поэтому я начала немного нервничать.

– Не отходите далеко от машины, госпожа Ким, – твёрдо сказал сержант, словно заметил мою тревогу. – Мне нужно позвонить, чтобы нам открыли второй вход.

Моя левая ладонь потянулась в карман куртки, где лежала чёрная маска. Я слегка дотронулась до мягкой ткани, но затем резко выдернула руку.

– Нельзя поддаваться панике, Лина, – пробубнила я себе под нос и, чтобы успокоиться, начала правильно дышать, как учил меня психотерапевт на своих сеансах.

– Нам туда. – Сержант незаметно оказался рядом со мной и указал на ту часть здания, которая была плохо освещена.

Со своего места я смогла разглядеть лишь два больших мусорных контейнера и висящий над ними фонарь. Когда мы перешли дорогу и двинулись в ту сторону, я покосилась на Джинхо, сомневаясь в том, что он действительно знает, куда мы идём, но потом, сделав несколько шагов прочь от света фонаря, я разглядела несколько ступенек, ведущих к серой двери, приоткрытой специально для нас. Кому бы ни позвонил Пак Джинхо с просьбой открыть второй вход, тот явно не собирался нас встречать.

Сержант распахнул дверь и пропустил меня вперёд, я сделала шаг и оказалась в тёмном помещении без единого источника света – разглядеть ничего не получилось.

– Так и должно быть? – осторожно поинтересовалась я.

Полицейский ничего не ответил, но я расслышала, как он ругнулся. Складывалось впечатление, что Джинхо могло взбесить даже моё дыхание, не говоря уже о вопросах.

– Нам прямо. – Голос сержанта показался мне уставшим. Я услышала, как он немного засуетился, а затем через мгновение достал смартфон и включил фонарик. – Крыло на ремонте, здесь никого не должно быть, но, видимо, есть некоторые проблемы с проводкой. …Вы здесь уже бывали?

От вопроса сержанта Пака я слегка опешила.

– Очень давно, когда ещё работала судмедэкспертом, но в этой части здания – нет.

– Восточное крыло собирались открыть ещё год назад, но, как видите, работы не закончены.

– А что здесь должно быть? – поинтересовалась я, ступая позади сержанта, пока он смотрел прямо перед собой, притворяясь, будто моё общество его совсем не раздражает.

– Новый криминалистический отдел под руководством господина Ким Гитэ, – ответил он, и у меня неожиданно засосало под ложечкой. – Говорят, он очень хорош в своём деле, собирался уйти на пенсию, но управление не может его так просто отпустить, поэтому организовало всё это.

– Никто не любит терять усердных и талантливых работников, – произнесла я.

– Верно, – согласился Джинхо и продолжил: – Но откуда вы знаете, что он талантлив?

Я слегка поморщилась, но ответила:

– Сложно сделать другой вывод, мы ведь находимся в целом крыле его будущего отдела.

Сержант ничего не ответил, а я неожиданно поёжилась, словно холодный ветерок успел проникнуть в здание вместе с нами и теперь неторопливо сопровождал на каждом шагу. Я прекрасно знала, о ком рассказывал Пак Джинхо, но считала неуместным откровенничать с ним. Тем более информация о том, что господин Ким Гитэ когда-то был моим наставником, мало поможет нашему делу.

Дойдя до конца коридора и повернув направо, мы с детективом оказались перед дверью с вертикальным окном, за которой не только горел свет, но и виднелась лестница, ведущая на один ярус вниз. Сержант выключил фонарик, толкнул дверь и в этот раз сам двинулся вперёд меня. Спускаясь по ступенькам, я успела подумать о том, что чей-то последний путь наверняка заканчивался так же – тёмным коридором и длинной лестницей. Стоило вспомнить о том, что в конце пути нас ожидало тело недавней жертвы убийства, и настроение ухудшилось.

Мы спустились на один лестничный пролёт и уперлись в широкие двери, а на стене рядом с ними висела табличка с надписью: «Отделение № 2».

– Он правда немного странный, детектив Квон не шутил, – перед тем как открыть створку, тихо напомнил Джинхо.

– Кто?

– Судмедэксперт Бён, – пояснил полицейский и вошёл в помещение.

Когда я оказалась внутри, у меня на секунду перехватило дыхание. Неожиданной волной накрыло чувство тоски по прежнему месту работы. Многие сочтут меня ненормальной, если рассказать такие мысли вслух, но ничего с этим поделать нельзя – я любила морг и эту работу. Жаль, что больше не могла с ней справляться.

По левой стороне напротив входа находился ряд холодильных камер для тел. Справа за стеклянной перегородкой располагалась небольшая лаборатория, а посреди комнаты стояли два специальных стола с мойкой для проведения вскрытия.

За одним таким столом стоял довольно симпатичный мужчина, больше походивший на студента. Судмедэксперт Бён был одет в медицинский халат, поверх которого был повязан фартук из полиэтиленовой плёнки, а рукава облачены в нарукавники. На его голове красовалась