Часть 4. Лавка тканей и матрасы

Наконец они нашли лавку, где продавали постельное бельё, матрасы, подушки и одеяла.

— Нам нужно три комплекта белья, два матраса, подушки и одеяла, — перечислила Алиса. — И полотенца. Много полотенец.

Продавец, удивлённый таким заказом, но обрадованный, быстро собрал всё. Алиса заплатила и уже думала, как всё это дотащить до таверны, как вдруг услышала знакомый голос:

— Алиса! А я гляжу, ты уже хозяйничаешь!

Она обернулась. К ней шёл Торбин, улыбаясь во весь рот. За ним — его телега, гружённая мешками.

— Торбин! — обрадовалась Алиса. — Ты как здесь оказался?

— За приправами приехал, — сказал он. — И заодно решил проведать вас. Хорошо, что встретил. Грузи всё в телегу — довезу до таверны.

Алиса с благодарностью загрузила покупки. Торбин подмигнул ей и сказал:

— А у меня для тебя подарок. Вот, — он протянул ей большой мешок. — Приправы. Соль, перец, несколько трав. И сахар. Ну и корицы — целый мешочек.

Алиса открыла мешок и ахнула. Пахло так вкусно, что она чуть не заплакала.

— Торбин, я не знаю, как тебя благодарить...

— Просто накорми меня, когда откроешь таверну, — улыбнулся гном. — И будем в расчёте.

Они доехали до таверны. Торбин помог разгрузить покупки, похвалил чистоту кухни и, попрощавшись, уехал.

Алиса осталась в пустом зале, посмотрела на гору покупок, на спящую у камина Жужу и уснувшую прямо на мешке с мукой Лили.

И в этот момент она приняла решение.

— Я не буду открывать таверну, — сказала она себе вслух. — Я открою кафе.

Она посмотрела на второй этаж, где ждали пустующие комнаты.

— В одной я сделаю детскую для Лили. В другой — свой кабинет, где буду писать рецепты и планы. А в зале будет тепло, вкусно пахнуть, и сюда будут приходить люди за счастьем.

Она закрыла глаза и улыбнулась.

— Это будет «Пепел и Корица».

«ВЕЛЬЗОР. ДЕЛА И ДРУЗЬЯ»

Часть 1. Утро во дворце после побега

Вельзор не спал всю ночь.

Он сидел в своём кабинете — высокой комнате с огромными окнами, выходящими на пропасть. За окнами медленно вставало солнце, окрашивая небо в цвет ржавчины и золота. На столе перед ним лежали свитки, карты, письма — дел было невпроворот. Но он смотрел в одну точку и видел только две фигурки, исчезающие в лесу.

— Ваша светлость, — раздался голос адъютанта. — Советники ждут. Река вышла из берегов в северных деревнях. Крестьяне просят помощи.

Вельзор моргнул, возвращаясь в реальность.

— Пусть ждут, — сказал он глухо. — Я приду через час.

Адъютант поклонился и вышел.

Вельзор провёл рукой по лицу. Он чувствовал странную пустоту — такую, будто у него вырвали кусок из груди. Лили. Его дочь. Она ушла с этой женщиной, этой самозванкой, и он даже не попытался её остановить.

«Почему? — думал он. — Почему я не бросился за ними?»

Ответ пришёл сам собой: потому что впервые за сотни лет он увидел в глазах женщины не страх. Уважение? Заботу? Что-то, что он никогда не видел у Элиандры.

Но он не мог позволить себе думать об этом. Он — Хранитель. У него — земли, люди, долги.

Вельзор встал, поправил камзол и вышел из кабинета.

Сегодня он займётся делами. А завтра — поисками.

Часть 2. Совет и проблемы земель

Зал Совета находился в нижней части дворца — огромный, с каменными колоннами и гербами всех драконьих родов. За длинным столом сидели советники: старые, седые, в тёмных мантиях. При входе Вельзора они встали.

— Сидите, — бросил он, проходя к своему креслу.

Совет длился три часа.

— Северные деревни затоплены, — докладывал главный советник, старый дракон по имени Таргор. — Люди теряют урожай. Если не помочь, зимой начнётся голод.

— Отправьте строителей, — ответил Вельзор. — Пусть укрепят дамбы. Выделите зерно из моих запасов.

— Южные рудники сообщают о нехватке рабочей силы. Гномы ушли — им не нравится плата.

— Увеличьте плату, — отрезал Вельзор. — Я не хочу, чтобы мои рудники стояли.

Советники переглянулись. Они знали своего Хранителя — он никогда не был щедрым. И сейчас они видели, что с ним что-то происходит. Он был рассеян, резок и отмахивался от вопросов, которые раньше обсуждал часами.

— Ваша светлость, — осторожно начал Таргор. — Может быть, вы устали? Мы можем перенести заседание.

— Нет, — Вельзор поднялся. — Заседание закончено. Исполните мои приказы.

Он вышел, не оглядываясь.

В коридоре его догнал адъютант:

— Ваша светлость, ещё одно дело. Мы нашли следы Рундара. Конюха, с которым…

— Я знаю, с кем, — перебил Вельзор. — Где он?

— Последний раз его видели в Зелёном Доле. Он пересекал границу в сторону Северных Земель.

Вельзор сжал кулаки. Рундар. Тот, кто помог его жене опозорить род. Если бы не он, Элиандра не сбежала бы. И сейчас Вельзор не искал бы двух беглянок в лесу.

— Отправьте людей, — сказал он. — Найдите его. Живым. Я хочу поговорить с ним лично.

— Слушаюсь.

Адъютант ушёл, а Вельзор остался стоять в пустом коридоре. Где-то внизу, в саду, плакали птицы. Он вспомнил, как Лили любила кормить их по утрам.

— Я найду тебя, дочь, — прошептал он. — Но сначала мне нужно навести порядок в доме.

Часть 3. Приезд друга — Ивар Ветреный

На следующий день во дворце появился гость.

Он прибыл на коне — белом как снег, с гривой, развевающейся на ветру. Сам всадник был высоким, светловолосым, с вечной улыбкой на лице. Его плащ развевался за спиной, а на поясе висел меч с рукоятью, украшенной изумрудами.

— Вельзор! — закричал он ещё с ворот. — Ты стал ещё мрачнее! Я думал, ты уже давно сожрал своих советников!

Вельзор вышел на крыльцо и, вопреки себе, усмехнулся.

— Ивар. Ты всё так же шумен, как ветер с твоих земель.

— А ты всё так же угрюм, как скалы, — усмехнулся друг, спрыгивая с коня. — Ну, обнимать будешь или так и будешь стоять истуканом?

Они обнялись. Ивар был единственным, кому Вельзор позволял эту фамильярность. Сосед по землям, хранитель Западных Ветреных Холмов, он был другом детства — и единственным, с кем Вельзор мог быть собой.

Они прошли в кабинет. Ивар скинул плащ, развалился в кресле и немедленно потребовал вина.

— Рассказывай, — сказал он, когда слуги принесли кубки. — Я слышал, у тебя случилась катастрофа. Твоя жена сбежала с конюхом?

— Бывшая жена, — холодно поправил Вельзор.

— Бывшая, будущая — не суть, — отмахнулся Ивар. — Я видел её пару раз. Красивая, но пустая, как тыква. Я удивлён, что ты женился на ней.

— Я был молод и глуп, — буркнул Вельзор.

— А теперь ты стар и глуп, —