руки — руки, которые десять лет создавали вкус, которые держали дочь, которые носили её через все трудности. Эти руки не дрожали больше. Они были готовы к работе.

— Я начну с нуля, — сказала она себе. — Я построю всё заново. Но сначала я верну то, что принадлежит мне. Я сделаю это не ради мести, хотя она сладка. Я сделаю это ради того, чтобы моя дочь видела во мне пример силы, а не слабости.

Она достала телефон и набрала номер Кати.

— Я еду к адвокату, — сказала она. — Я готова. Но мне нужно, чтобы ты помогла мне с одним делом. Найди мне любую работу. Самую простую, самую низкооплачиваемую. Я не могу сидеть без денег. Я должна что-то делать.

Катя помолчала, потом ответила:

— Есть одно место. Моя знакомая ищет повара в небольшую столовую. Платят мало, но ты можешь работать по вечерам. И это недалеко от офиса адвоката.

— Я согласна, — ответила Алиса без колебаний. — Мне нужно всё, что угодно. Я не буду ждать, пока Павел решит мою судьбу. Я сама возьму её в свои руки.

Она повесила трубку и пошла дальше. Ветер дул в лицо, развевая волосы, но она не чувствовала холода. Она чувствовала только решимость. Павел оставил её без гроша, но он не смог отнять у неё главное — её волю, её способность подниматься после каждого падения.

Когда она подошла к зданию, где находился офис Андрея Сергеевича — одного из лучших адвокатов города, — она остановилась на мгновение. Это был высокий серый небоскрёб, в котором кипела деловая жизнь. Люди входили и выходили, кто-то говорил по телефону, кто-то пил кофе у входа. Алиса почувствовала себя маленькой и незащищённой в этом огромном мире, но она не позволила страху взять верх.

Она глубоко вдохнула, поправила одежду, завязала волосы в тугой пучок и зашла внутрь. В холле её встретила секретарша, молодая девушка с приветливой улыбкой.

— Вы Алиса? — спросила она. — Андрей Сергеевич ждёт вас. Проходите, пожалуйста.

Алиса прошла в кабинет. Это была большая светлая комната с высокими потолками и окнами во всю стену. За столом сидел мужчина лет сорока, с острыми чертами лица и внимательными глазами. Он встал, протянул руку, и Алиса пожала её. Рука была тёплой и уверенной.

— Садитесь, — сказал он, указывая на кресло. — Катя рассказала мне вашу историю. Очень сложная ситуация, но не безнадёжная. Расскажите мне всё с самого начала.

Алиса села, положила на стол документы и тетрадь отца. Она начала говорить — ровно, холодно, без слёз. Она рассказала о десяти годах брака, о предательстве, о Камиле, о пустых счетах, о ресторане, о Милане. Она не упустила ни одной детали. Она говорила, как на исповеди, и каждый раз, когда она произносила имя Павла, её голос становился твёрже.

— У меня есть документы, подтверждающие, что ресторан оформлен на меня, — сказала она в конце. — И у меня есть доказательства, что Павел вывел все деньги с наших общих счетов. Я хочу вернуть свой ресторан, своё имущество и свою дочь. Я не хочу мести. Я хочу справедливости.

Андрей Сергеевич слушал её внимательно, делая пометки в блокноте. Когда она закончила, он откинулся на спинку кресла и посмотрел на неё долгим взглядом.

— У вас есть серьёзные козыри, — сказал он. — Документы на ресторан — это сильный аргумент. Но процесс будет долгим и тяжёлым. Павел — влиятельный человек, у него много связей. Он будет сопротивляться. Вам нужно быть готовой к тому, что это будет война на истощение.

Алиса посмотрела ему прямо в глаза.

— Я готова, — сказала она. — Я уже потеряла всё, что можно потерять. У меня нет больше страха. Я буду бороться до конца.

Адвокат кивнул, и в его глазах мелькнула искра уважения.

— Тогда начнём, — сказал он. — Завтра я подам иск о возврате имущества и заявление о временной опеке. А вы пока подготовьтесь к тому, что вам придётся встретиться с Павлом в суде. Это будет непросто.

Алиса сжала в руках тетрадь отца и почувствовала, как внутри разливается странное спокойствие. Она сделала первый шаг. Она начала свою игру. И она знала, что теперь не остановится, пока не выиграет.

Она встала, пожала адвокату руку и вышла из кабинета. На улице уже светило солнце, разгоняя утренний туман. Алиса подняла голову к небу, улыбнулась — впервые за последние дни — и прошептала:

— Павел, ты даже не представляешь, что тебя ждёт. Игра началась.

Глава 8. Битва за дочь

Алиса не спала вторую ночь подряд. Она лежала на диване у Кати, глядя в потолок, и прокручивала в голове каждое слово, сказанное адвокатом. Андрей Сергеевич был уверен в её победе, но предупреждал: процесс будет долгим, изматывающим и грязным. Павел не сдастся просто так. Он будет использовать все средства — деньги, связи, ложь, манипуляции. Он будет давить на неё, угрожать, шантажировать. Но она была готова.

Она встала в шесть утра, приняла душ, оделась в строгую чёрную одежду — такую же, как в прошлую встречу с адвокатом. Она хотела выглядеть собранной и серьёзной, когда встретится с Павлом. Сегодня она должна была увидеть Милану. Андрей Сергеевич добился временного разрешения — Алиса имела право на встречу с дочерью в присутствии психолога. Это был крошечный, но важный шаг.

Катя принесла ей кофе и села напротив.

— Ты готова? — спросила она. — Это будет тяжело.

Алиса кивнула. Она знала, что это будет тяжело. Но она должна была увидеть свою дочь. Должна была сказать ей, что всё будет хорошо. Должна была показать, что мама не бросила её.

— Я готова, — сказала она твёрдо.

Через час они встретились с психологом у входа в квартиру Павла. Мужчина средних лет с приятным лицом и добрыми глазами протянул ей руку.

— Я здесь, чтобы помочь вам и вашему ребёнку, — сказал он. — Постарайтесь говорить спокойно, не вызывайте ссор. Ваша дочь должна видеть, что вы справляетесь.

Алиса кивнула, и они поднялись на второй этаж. Дверь открыл Павел. Он был в деловом костюме, с идеально уложенными волосами и холодной улыбкой. Он выглядел победителем — уверенным, спокойным, непоколебимым. Но Алиса заметила в его глазах тень беспокойства. Он не ожидал, что она так быстро организует юридический ответ.

— Ты пришла, — сказал он сухо. — Милана ждёт тебя в гостиной. Пять минут. Не больше.

Алиса не ответила. Она прошла мимо него, чувствуя его холодный взгляд на себе. В гостиной она увидела Милану. Её дочь сидела на диване с куклой в руках, и