class="p1">— До скорой встречи, Таурелия! — донеслось в спину, но скрипа моих зубов принц уже не услышал.

В аудиторию я влетела на последней секунде. Остальные адепты уже сидели на местах и явно ожидали продолжения вчерашней стычки с Габброном. Луинсиль даже не скрывала язвительной улыбки. Видимо, Эрметт успел заработать репутацию нелюдимого дикаря.

Однако я улыбнулась, помахала рукой Энтину, Мирину и Вольду и бодро направилась к столу на первом ряду. Отдать должное, во взгляде соседа уже не было той непримиримости, с которой я столкнулась вчера.

— Привет! Отлично выглядишь, — плюхнулась на лавку под оглушающую тишину и принялась раскладывать канцелярские принадлежности.

Эрметт не стал сегодня сильно разбрасывать вещи, но занял чуть больше пространства, чем следовало. Места мне хватало, так что я даже не подумала ничего передвигать. Хотелось еще при всех вернуть тетрадку с лекциями, чтобы окончательно добить публику. Однако я сдержалась. Ни к чему выпячивать добрый порыв парня, отношение которого переменилось, когда он узнал немного подробностей обо мне.

Лекции пролетели быстро. Сегодня по расписанию шли предметы, по которым я получила дополнительные задания в конце пар. Так что на коротких переменах я не успевала ни с кем пообщаться. Зато невольно укрепила дружеские отношения с соседом. Как оказалось, зельду туго дается «арифметрия». Эрметта вызвали к доске, опрашивая по теме прошлого занятия. Теорию он озвучил с горем пополам, а по практике получил неуд. Причем, пример легкий попался, а зельд с ним не справился. Парень мучительно краснел, бросая озлобленные взгляды на одногруппников, которые откровенно насмехались над ним.

— Эрметт, если хочешь, я позанимаюсь с тобой вечером, — предложила, улучив свободную минутку на перерыве. — Зайдешь? Должна же я отблагодарить за лекции по древнеэльфийскому? И еще мне мужская сила требуется, чтобы мебель передвинуть.

— Ну, если помощь нужна, то зайду, — кивнул зельд. — В восемь нормально?

— Да, вполне. Если вдруг задержусь в библиотеке, подожди, пожалуйста. А то я не знаю, где тебя искать на преподавательском этаже.

— Комната лаборанта, последняя по коридору налево, — пояснил Габброн.

— Буду знать! Ладно, я побегу, у меня планы на обеденный перерыв.

Попрощавшись с парнем, направилась к себе. Таэлос постучался в двери уже через пять минут после того, как я оказалась на чердаке.

— Доброго дня, Таурелия! — улыбнулся, протягивая корзинку, из которой одуряюще пахло едой. — Я тут подумал, почему бы не перекусить на месте, раз уж в столовую не попадем? Заглянул к поварихам по старой дружбе, они и собрали еды с собой. Разбирай пока, а я займусь окном.

— Доброго! Это ты правильно подумал, — с любопытством сунула нос внутрь и, глотая слюнки, помчалась накрывать на стол.

Защиту с дальнего окна эльфир снял быстро, зато провозился с установкой артефакта, который отслеживал бы незваных гостей. Внутренний контур защиты ограничивался входом и свободным пространством чердака. Видно, для этого старую мебель так компактно сложили в одном месте. А снаружи работала уже общая защита башни, которая реагировала на монстров и чужаков, не имеющих права находиться на территории академии. Адептов и преподавателей система распознавали по значкам, указывающим на принадлежность к факультету, курсу или направлению магии.

— Таэлос, а как продвигается расследование? Удалось узнать что-нибудь? — Выждала момент, когда эльфир закончит работу и справится со своей частью обеда.

— Заглохло. Если убийцы и проникли в академию, то затаились. Хел начал внутреннее расследование, — эльфир закатил глаза, давая понять, что он об этом думает. — Для меня оказалось сюрпризом, что он не способен навести порядок в собственной академии. Ундимель не единственный, кто воровал и проворачивал мутные схемы. Там еще и преподаватели оказались замешаны, слуги и часть внутренней охраны.

— А я-то думаю, что в казначействе забыл глава городской стражи? — вздохнула. — Не видать мне теперь трофеев?

— Ситуация с трофеями стала последней каплей, — осуждающе покачал головой Таэлос. — Дело уже на контроле у двух королевских служб. Учитывая, что в академии учатся наследники, скоро сюда прибудут представители Неньясира и Езеарана. Думаю, Мелисин тоже в стороне не останется, но им добираться дольше. А пока преподаватели и адепты старших курсов боевого факультета несут службу в караулах, охраняя ту часть стены, которая выходит к Иринталу.

— А Зельдарин? Здесь полно адептов из подгорного королевства.

— Зельды только и ждут, чтобы сместить Торона. Чистенькие ходят, к ним не подкопаешься. Если встанет вопрос о замене ректора, у зельдов неплохие шансы занять должность.

— Не поняла? А какая разница, кто возглавляет академию? Разве она не находится на особом положении?

— В том и дело! Зельды не упустят шанса прибрать к рукам кузницу магических кадров. Но им никто не позволит! Для этого необходимо получить большинство голосов на совете четырех королевств, но, пока в Мелисине, Неньясире и Езеаране правят эльфиры, они не допустят коротышек к управлению академией. И без того у Зельдарина здесь больше привилегий, чем у остальных.

— Как все сложно, — покачала головой. — Думаешь, наемные убийцы связаны с нападением тварей и тем, что сейчас происходит?

— Доказательств нет, только предположения. Кстати, магический след на артефакте не удалось расшифровать. Плетения созданы классическим способом. Это мог сделать любой маг, прошедший обучение в академии.

— Маг-артефактор, ты имел в виду? — уточнила важную деталь. — Скажи, а существует ли разница в наложении плетений, если у одаренного преобладает одна из стихий? Разве нельзя отличить мага воды от огненного или воздушного?

— Хм, я бы сказал, что в нашем случае ярко выражено преобладание магии земли, как у большинства артефакторов, — поразмыслив, ответил Таэлос. — Круг поисков сужается, конечно, но незначительно. Не стоит исключать, что маг работал по заказу, не подозревая, для какой цели артефакт будет использоваться.

— Допустим, но какие преступники преследуют цели? Чего хотят добиться в итоге?

— Предполагать я могу многое, но это не означает, что мои рассуждения соответствуют истине, — блондин сделался невероятно серьезным. — Как правило, причины самых жутких преступлений лежат на поверхности. Близится турнир пяти королевств, а в академию съехались наследники высших аристократических родов и воины, которые будут представлять королевства на поединках. Устранив сильных соперников, кто-то проложит себе путь к победе.

— А что дает победа в турнире? Разве это не дань старым традициям? — подобные выводы и мне приходили в голову, но не хватало деталей.

— Победитель получает приз и звание самого сильного воина, а королевству переходит право на владение малым эльфийским венцом. Соответственно, король возглавляет Союз четырех королевств, и его слово становится решающим. К тому же, венец защищает носителя и продляет годы жизни. В древности претенденты на трон сами участвовали в турнире пяти королевств, а победителя провозглашали императором. Но Иллевера погибла пятнадцать веков назад, ее территорию