- Ну вот с тебя и начнём, Ольга. Ты тут совершенно лишняя.

Быстро оказавшись с ней рядом, я содрала с неё свой свитер, не заботясь о том, что могу его повредить.

Она завизжала так, словно её убивали, но мне было совершенно все равно.

Отобрав свою одежду, я потащила эту шалаву на выход. Её голос сорвался на визг…

- Сема! Сема! Помоги!

Сема кинулся было за нами следом, но Володя преградил ему дорогу. Проговорил любезнейшим голосом…

- Ну-ну, Семён, глупостей не делай.

Ольга визжала и вырывалась, но я была так зла, что это придавало мне сил. Доволокла её до двери и выкинула полураздетую на площадку.

Захлопнув дверь, вернулась в гостиную. Испытала миг мстительного удовлетворения, но понимала – это ещё не конец.

Оставался ещё кобель, за которого я имела дурость выйти замуж.

- Довожу до твоего сведения, Семён, - проговорила холодно, глядя ему прямо в глаза. – Я сообщу в полицию и опеку о том, что ты сделал со своими детьми. И буду в суде настаивать на том, чтобы тебя лишили родительских прав ко всем чертям.

При упоминании детей Семён вдруг резко оглянулся себе за спину. Я инстинктивно посмотрела в том же направлении…

Прижавшись к двери, которую я выломала, на полу сидел Фёдор. Ребёнок плакал и трясся – всеми забытый, испуганный… Больной.

И, видимо, сидел он так с тех самых пор, как я взломала дверь. Никто из этих тварей, что его зачали, даже не подумал успокоить мальчика!

Муженек вдруг накинулся на меня.

- Посмотри, что ты наделала! Даже ребёнка не пожалела, до чего его довела!

Я посмотрела на него с откровенным омерзением.

- Своего ребёнка до этого довели вы сами. Ты и твоя подстилка. Вы его родители, вы должны были позаботиться о нем и о том, чтобы он не увидел этот скандал! Но нет, тебе было плевать, Волков. Плевать на всех своих детей! Ты притащил сюда свою Ольгу вместе с сыном, и думал… что? Что ты думал? Что я молча соберу вещи и уйду вместе с детьми, оставив вас тут развлекаться? Черта с два.

Он смотрел на меня с бешенством, по-прежнему не торопясь успокоить сына.

Я проговорила уже мягче, тише…

- Забирай своего ребёнка и уходи, Семён. Ты уже и так наделал дерьма, остановись наконец. Посмотри со стороны на то, что устроил. Одумайся.

Зачем я пыталась достучаться от этого урода? Сама не знала.

Может, не могла до конца поверить, что столько лет прожила с неадекватным чудовищем. Может, хотела надеяться, что он все же очнется и уйдёт, как нормальный человек…

И он действительно смутился. Словно и впрямь внезапно осознал все свои поступки…

Молча подхватил сына на руки. Так же, не говоря ни слова, вышел в прихожую, прихватил верхнюю одежду и шагнул за порог…

Когда в квартире возникла наконец тишина, я ощутила, что она оглушает сильнее криков.

На меня вдруг тоже свалилось осознание всего, что случилось сегодня – всего за один день!

Я устало оперлась бедром на подлокотник дивана, даже не в состоянии поверить, что все закончилось.

Хотя бы на сегодня.

Мощная ладонь опустилась мне на плечо.

- Порядок? – поинтересовался участливо Володя.

Я почти и забыла о его присутствии. И теперь на меня накатил стыд.

- Прости, - выдохнула хрипло. – Прости, что тебе пришлось это всё увидеть и услышать. Мне так стыдно…

Он хмыкнул.

- Ну, я сам напросился. И знаешь что? Обнаглею ещё больше.

Я растерянно на него взглянула.

- Что?

- Переночую и впрямь тут. На случай, если этот козёл безрогий вернётся.

Я окончательно смутилась.

- Спасибо, но… Света твоя вряд ли нормально это воспримет.

Он помрачнел.

- Светы нет.

- В каком смысле – нет?

- Ушла. Мы с Пашкой вдвоём остались.

Я потрясенно замерла. Понятия не имела, что в жизни соседей такое произошло, да и откуда мне было знать?..

Сын ничего не говорил, а лезть в чужую жизнь у меня привычки не было.

- Мне жаль, - проговорила искренне.

- А мне нет, - решительно ответил он. – Гниль всякую надо от себя отрезать без сожаления.

Я не решилась уточнить, что он имел в виду. Или спросить, что случилось…

А Володя продолжил:

- Я Пашке позвоню, скажу, чтобы с твоими вместе сюда шёл. Ты не волнуйся, мы вас не потесним и не объедим. Можем хоть на полу лечь. А ещё у меня дома картошка жареная есть, могу принести и…

Я покачала головой.

- Ты что. Не нужно ничего.

Я прислушалась к себе и не ощутила никакого протеста против происходящего. Я слишком устала, слишком была потрясена, чтобы гнать из квартиры человека, который мне помог. И который обо мне…

Заботился?..

Может, от того, что знал, каково это – быть преданным.

Возникло даже ощущение, что мы оба сейчас чувствовали одно и то же – нежелание остаться один на один со своей болью.

- Сходи за детьми, вдруг Семён ещё где-то здесь, - проговорила я после паузы, передавая Володе ключи. - А я ужин соображу. И спасибо тебе… за все.

Глава 11

Когда дети вернулись в квартиру, я в первую очередь их обняла. Прижала одновременно к себе и сына, и дочь, ощущая сейчас, запоздало, весь тот страх, что прежде запрятала куда-то в самую глубь души…

Что они пережили, когда отец привёл домой чужих людей, свою вторую семью?..

Что почувствовали, когда запер их, как последний мерзавец?..

Мне было жутко даже думать об этом.

Но сейчас дети выглядели гораздо спокойнее. И подумалось, что это была действительно хорошая идея – оставить с нами на ночь Володю и Пашу.

С другом Диме явно будет легче. Тем более, Паша и сам пережил непростой опыт, когда его мама ушла из семьи…

Мне ещё предстояло обсудить с детьми все случившееся, но, видимо, не сегодня. Я видела, что все устали и эти разговоры лучше будет отложить на потом.

Накормив всех, я занялась тем, что приготовила постели. Мальчикам накрыла в комнате сына, застелив там дополнительно диван. Дочку на эту ночь решила уложить с собой. А Володе пришлось постелить в гостиной – с его ростом и габаритами в единственной свободной спальне – у Лизы - он бы просто не поместился.

Улёгшись в постель, я мечтала сразу отключиться, но, конечно, не вышло.

Мысли обо всем произошедшем