чем не была передо мной виновата. Но и терпеть её навязчивое жужжание я сейчас была не намерена.

Пока Кристина переваривала все, что от меня услышала, я уже дошла до конференц-зала и распахнула двери.

Десяток голов повернулся на этот звук. Взгляды всех присутствующих в зале сразу обратились ко мне.

Семён недовольно и грозно нахмурился, увидев меня. Буквально прожигая взглядом насквозь, одними лишь губами выдал…

«Какого черта? Выйди!».

А мне было совершенно плевать на эти его мимические упражнения.

Я широко улыбнулась и бросила на стол перед мужем его телефон…

- Ты забыл утром. А тебе там мать писала, Федя ваш заболел.

Он почти не поменялся в лице. Лишь нервно моргнул, а затем натужно рассмеялся…

- Какой ещё Федя? Милая, у меня важная встреча. Потом поговорим, ладно?

Я проигнорировала его последние слова.

- Ну как какой Федя? – проговорила удивлённо. – Сын твой внебрачный от любовницы. Что, забыл про свою вторую семью, которую ты поселил у мамочки?

В зале воцарилась напряжённая, выжидательная тишина. Я оббежала взглядом сидящих здесь людей, быстро сообразив, что большая часть – те самые потенциальные партнёры, о встрече с которыми утром так волновался муженек.

Ох и не зря были его волнения!

Улыбнувшись своей невольной публике, я добавила:

- Представляете, прожила с ним шестнадцать лет и даже не знала, какой он лживый и непорядочный! Как считаете, стоит вести с таким человеком дела?

Глава 6

Поднялся тревожный гул.

Собравшиеся хмурились, переглядывались, нервно о чем-то перешептывались. Муженек при этом стоял, как оплёванный, явно не понимая, что ему сказать и что сделать. Смотрел на меня, не в состоянии поверить, что ему в спину прилетел нож оттуда, откуда он не ждал.

Я усмехнулась. Я тоже не ждала от него предательства, но получила. И мне сейчас было ни капли его не жаль.

Его физиономия в данный момент выражала ту же растерянность, что и этим утром, когда он искал свои несчастные носки.

Даже удивительно, что у него как-то хватало ума управлять бизнесом! Хотя где он вообще сейчас был бы, если бы я не помогала ему все это строить?

Наконец он проблеял…

- Простите, это все жуткое недоразумение. Моя жена сейчас извинится и уйдёт, а мы продолжим…

Он подошёл ко мне ближе, настойчиво схватил за локоть, причиняя боль, и сквозь зубы процедил…

- Делай, как я сказал.

Вместо этого я жалобно вскрикнула.

- Не трогай меня, мне больно! Хоть бы перед людьми постыдился так со мной обращаться! Или хочешь, чтобы все узнали, что ты тиран?

На его лице бешено заходили желваки.

Послышался звук отодвигаемых стульев. Один из присутствовавших мужчин, явно главный среди прибывшей делегации, проговорил…

- Очень жаль, но продолжить сейчас переговоры мы не можем. Нам надо многое обдумать. Если что, мы вам перезвоним.

- Подождите, мы не можем вот так все закончить, мы ведь почти договорились!

Семен, как голодный пёс вился вокруг уходящих, пытаясь их остановить, но ничего не добился. Постепенно зал опустел…

Остались только мы двое.

И ненависть в воздухе между нами.

Поразительно, как быстро предательство способно выжечь из сердца все светлые чувства. Уничтожить любовь.

- Ты умом тронулась, что ли?! Что ты тут устроила?! - гаркнул он, надвигаясь на меня.

Наверно, хотел выглядеть грозным, внушительным, пугающим. Но я смотрела на него и видела перед собой лишь неисправимого маменькиного сыночка…

Которому отдала столько лет своей жизни, чтобы в ответ получить измену.

- Нет, умом тронулся ты, - проговорила в ответ взвешенно и холодно. – Когда устроил у своей матери в доме бордель.

Он зло оглянулся на телефон. Я подтёрла за собой те сообщения, что писала от его лица, но то, первое смс от свекрови – оставила.

Муж взял смартфон в руки, что-то там полистал - видимо, хотел убедиться, что мать и впрямь это все написала, а затем вновь накинулся на меня.

- Ты не имела права читать сообщения на моем телефоне!

Я усмехнулась ему в лицо – с горечью и отвращением.

- А ты не имел права мне изменять. Не имел права ложиться со мной в постель после этой шалавы, тащить ко мне чужую заразу!

- Она не шалава, ясно?! – взбесился он от моих слов.

- Конечно нет! Она сестра милосердия, которая перед тобой ноги раздвинула из предельной доброты и святости!

В несколько шагов он оказался рядом. Впился взглядом в моё лицо и от этого возникло ощущение физической боли…

Он смотрел на меня и в его глазах переливалось множество эмоций – и гнев, и ненависть, и злость, но только не раскаяние, не сожаление. Ни капли этих эмоций в его взгляде не было. И в этот момент мне вдруг до боли стало ясно, что он…

Наверно, уже давно меня не любил.

Но зачем тогда оставался рядом?..

Почему честно не признался, что встретил другую, что хочет с ней быть?...

Нет, мне тогда не было бы менее больно. Но хотя бы было не так противно, не так мерзко.

- Ты сама во всем виновата, - проговорил Сема с упреком.

Я приподняла брови и расхохоталась.

- Удивительно! Вот всегда у вас, кобелей, виноваты жены! Ну давай, расскажи мне, как я тебя обидела! Чего я тебе не дала, чем не устраивала!

В его взгляде промелькнула растерянность. Он не ждал насмешки в ответ на свои слова. Он ждал, видимо, что я и впрямь почувствую себя виноватой. Может, даже думал, что стану плакать, просить прощения!

Я! Не он!

Он раздражённо скривил рот.

- Смейся, сколько угодно, а так все и есть! Ты замечаешь вообще, как ты себя со мной ведешь? Пилишь из-за всякой ерунды, из-за каких-то носков сраных, про работу свою болтаешь постоянно! А она – другая! Она мной интересуется, она мной восхищается, она меня самым лучшим называет!

Мне стало ещё смешнее. Ещё противнее.

Усмехнувшись, я резюмировала:

- Одним словом, тебе нужна жалкая терпила. Дура, у которой вообще ничего в голове нет. Пустышка, у которой не имеется никаких интересов в жизни, кроме одного – получше тебя обслуживать и побольше нахваливать. Такая, как твоя мамочка.

Он побагровел.

- Маму не трогай!

- Маме твоей я уже все высказала, что думала.

Он возмущённо открывал и закрывал рот, как выброшенная на берег рыба. Я добавила…

- Ах, извини, кое в чем я ошиблась. Один интерес у твоей крали наверняка