неинтересной, — продолжил я неторопливо. — Моё условие очень простое. Ты перестанешь изображать не понятно кого и станешь той тёмной, что сражалась со мной плечом к плечу. Той тёмной, что прорвалась через мой защитный купол, чтобы спасти своих людей. Той, кто не притворяется, а гордится своей сутью.

— Ты прав, — ровно сказала Юлиана, когда я замолчал. — Я хотела вызвать у тебя скуку. Но я не притворялась. Пусть я воин и тёмная, но я ещё и девушка. Мне были приятны знаки внимания, подарки и совместные обеды. Уж прости, что я позволила себе эти маленькие женские слабости.

— Прощаю, но в моём доме не должно быть притворства и лжи, — я снова глянул на часы, понимая, что тренировка на полигоне уже не состоится. Значит, будем проходить всё на практике в очаге. — Я понимаю, что ты не могла отказать брату, ведь он твой старший родич и глава рода. Но здесь ты не будешь делать что-либо ему назло. Надеюсь, нам больше не придётся возвращаться к этому разговору.

— Не придётся, я всё поняла, — тихо сказала она, отступив к двери. — Я задержала тебя, прости. Уже ухожу.

— Благодарю тебя за откровенность, — я кивнул ей и сел за стол. — Жду тебя через час у выхода из дома. Надеюсь, к этому времени вы решите все вопросы с портными.

Юлиана кивнула и вышла из кабинета, а я набрал номер юриста. Натан Соломонович ответил не сразу, а только через несколько длинных гудков.

— Слушаю, — грубовато бросил он в трубку.

— Добрый день, это Константин Шаховский, — поприветствовал я его. — Мне нужна консультация по двум вопросам. Один срочный, второй может подождать, но он не предназначен для телефонных разговоров.

— Тогда излагайте суть первого вопроса и говорите время, когда сможете приехать на личную встречу для решения второго, — сухо проговорил Берг.

— Вопрос у меня такого характера, — я задумался на пару мгновений. — Меня с невестой и бабушкой пригласили на приём в Тюменскую резиденцию графа Кожевникова. Там соберутся очень разные люди, среди которых будут княжеский род Денисовых, Морозовых, декан целительского факультета Кольцов и прочие именитые гости.

— Как вы сказали? Кольцов? — насторожился Берг. — И Денисов там же?

— Именно так, — подтвердил я. — Очень странный список, который наталкивает на мысли о западне. Поэтому я и позвонил. Есть ли какие-то очевидные способы подставить меня?

— Кроме дуэлей, которые его величество разрешил пару дней назад? — хмыкнул Натан Соломонович.

— Дуэли? — я напряг память, пытаясь вспомнить, что читал о местных законах. В Российской Империи было два вида дуэлей за нанесённое оскорбление — до первой крови и смертельные. — Смертельные дуэли тоже разрешены?

— Да-да, молодой человек, — продолжая усмехаться, сказал Берг. — Император подписал указ, снимающий ограничения на все виды дуэлей. Помимо прочего я бы рекомендовал вам быть осмотрительнее в выборе напитков и еды. Отравить вас вряд ли осмелятся, всё же это бросит тень на репутацию принимающего дома, но подсыпать что-то менее опасное, влияющее на эмоции или реакцию, — это даже не подсудное дело. Так, шалость.

— Понял вас, Натан Соломонович, благодарю за предупреждение, — я уже хотел закончить разговор, как услышал странное покашливание. — Есть что-то ещё, о чём мне следует знать?

— Когда на провинциальном приёме собираются столичные князья, это всегда пахнет очень дурно, — сказал он, чуть помедлив. — Когда меня пригласили на такой приём пятьдесят лет назад, я почти потерял свою репутацию и лишился права стать главой рода. Будьте осторожны, молодой человек. Буду ждать вашего звонка после приёма, чтобы мы могли обговорить время для личной встречи, и я очень надеюсь, что она состоится.

Берг завершил звонок. Я некоторое время простоял посреди кабинета, размышляя над словами юриста, а потом набрал Зубова. Попросив его зайти ко мне, я сел за стол и бросил взгляд на компьютер отца, до которого я так и не добрался. Надо будет после рейда заняться им — мало ли, какие договоры там хранятся.

— Ваше сиятельство, — окликнул меня Зубов, открывая дверь одновременно со стуком. — Звали.

— Саша, сегодня я отправлюсь в очаг с братом, сестрой и невестой, — сказал я. — Далеко не пойдём, буквально на пару километров вглубь.

— Понял, подготовлю отряд и транспорт, — кивнул Зубов.

— Через четыре дня мы приглашены на приём к графу Кожевникову в Тюмень, — я подался вперёд, уперевшись локтями в стол. — Я, бабушка и Юлиана. Скорее всего это ловушка или засада, но возможно нападение на особняк.

— Или на вас по пути в Тюмень, — хмуро сказал он. — За особняк не переживайте, тут у меня всё под контролем. С новыми игрушками ни одна крыса не проскочит.

— Ну а в дороге я сам позабочусь о нашей безопасности, — проговорил я. — Против трёх тёмных магов могут сработать только совсем уж кардинальные меры.

— Как недавно в очаге? — спросил он сквозь зубы. — Мне ребята рассказали, как три тёмных мага повыше рангом чуть не закончились из-за каких-то долбаных артефактов.

— Но мы-то будем не в очаге, — я покачал головой. — Ни один здравомыслящий аристократ не станет устраивать массовую бойню на трассе. Это надо уж совсем себя не уважать и не бояться гнева его величества.

— А что, нет таких людей, кому гнев императора не страшен? — в том же тоне спросил Зубов. — Слышал я про князей, у которых руки развязаны. Да те же эмиссары его величества что угодно творить могут.

— Мне кажется, что ты преувеличиваешь влияние эмиссаров, — протянул я. — Его величество не станет наделять кого-либо такой властью, чтобы в итоге его слово ничего не значило. Даже эмиссары служат императору, иначе давно бы устроили переворот или вылетели со своих должностей.

— С этими вопросами не ко мне, — Зубов развёл руками. — Где я и где политика. Я вам как воин говорю, что вижу возможность для нападения. А уж вам решать, что делать.

— Вот именно, не поеду же я на светский приём в доспехах и с армией, — я усмехнулся. — Всё, основное я тебе сказал, дальше сам решай, как устроить оборону и кого в сопровождение отправить.

— Так точно, господин, — не очень довольным тоном проговорил Зубов и вышел, громко топая сапогами.

Я вышел вслед за ним и направился в свою спальню. Агата снова дремала на кресле и это мне совершенно не нравилось. Монстры не должны вести себя как домашние животные. Особенно если эти монстры связаны с тенью.

Присев перед ней на корточки, я всмотрелся в тонкую нить, заменяющую поводок. Клятву Агата мне не приносила, но привязалась сама каким-то образом, изменив привычный порядок. И это тоже было странно.

— Хозяину что-то не нравится? — лениво спросила она, потянувшись всем