кивнул. Тимофей усмехнулся и запустил в стену огня ледяные шипы. Всё пространство заволокло дымом и паром, артефакты врагов не выдержали перепада температуры и начали мигать.

В бой вступили гвардейцы. Как мои, так и Рейнеке, которым Феликс отдал команду стрелять. Первый ряд врагов, попавшийся в такую незамысловатую ловушку, они выкосили за пару секунд.

— Сдвигайтесь левее, — крикнул я Демьяну, видя, что противник пытается перестроится.

Сорокин быстро среагировал и успел отвести бойцов, но дальше начался настоящий хаос. Фланговые отряды противников использовали тактику импульсных зарядов. Они выпускали из боевых артефактов направленные сгустки энергии, которые не наносили урона, но на доли секунды гасили наши защитные артефакты.

Мои бойцы не растерялись. Они поймали ритм этих залпов и стали работать короткими перебежками, уходя из-под удара в моменты перезарядки вражеских артефактов.

— Это что-то новенькое, — пробормотал Эдвард, изучая тактику противников с явным интересом. — Специальные заряды?

— Скорее всего, — кивнул Феликс, глядя на артефакты тем же взглядом. — Спецзаказ. Не знаю, какая артефактная мануфактура его выполняла, но я хочу такие же.

— Грох, разберись, — приказал я.

Кутхар двинулся сначала по левой стороне, выводя экипировку из строя. Сначала у отряда погасли все системы маскировки, а потом усилители барьеров. Бой на флангах превратился в настоящую свалку, и я даже не мог сходу сказать, кто одерживает верх.

А потом началось то, ради чего всё это затевалось. Из-за деревьев показались четыре мага в особой экипировке. Артефактные доспехи были пропитаны магией света настолько, что глазам становилось больно.

Но куда хуже было то, что они нам приготовили. Я понял, что они задумали, в тот миг, когда маги света вскинули руки вверх, а потом начали медленно их опускать. Шквал Света, способный выжечь любую тьму в зоне действия заклинания.

Для тёмного мага нет ничего хуже Шквала. Я ощутил, как тьма начала инстинктивно сжиматься. Рядом резко ахнул Эдвард, рефлекторно выпуская сгусток тьмы во врагов и закрывая лицо рукой. Феликс держался чуть лучше, его атака тьмой была более точной, хотя я видел, что ему непросто даётся даже просто стоять на месте.

Ну а я сделал то, что привык делать, когда против меня выступают боевые маги стихии света. Я не стал дожидаться, когда нас накроет волна света, а шагнул в тень, пока она ещё не была полностью выжжена. Изнанка взвыла, искажаясь под напором чужеродной энергии, но я успел рвануть вперёд и вынырнуть позади ублюдков, решивших, что смогут выжечь тьму.

Времени доставать оружие у меня не было, поэтому я использовал теневые когти. Мне показалось символичным, что эти твари сдохнут от таких же когтей, что оставили отметины в лаборатории. Пусть это совсем другие люди, но хотя бы так я смогу отомстить за павших тёмных.

Мои когти вспороли горло первого мага света, второго я ударил в грудь соединёнными пальцами, будто жалом, пробивая рёбра. Оставшиеся в живых маги с ужасом смотрели на то, как легко я пробил артефактную броню, даже не поморщившись от бьющего в глаза света.

Третий маг получил когтями по яремной вене, а четвёртому повезло меньше остальных. Мои когти уже пылали пламенем феникса, поэтому ублюдок начал тлеть сразу, как только попытался остановить мою руку и схватился за когти.

Я уже хотел вернуться обратно к своим людям, как в мою спину впечаталась сфера чистого света. Одеяние тьмы не смогло защитить меня — сфера оказалась слишком мощной. Меня отшвырнуло в сторону, а тьма во мне начала гореть белым огнём.

Я чувствовал, как замирает Сердце Феникса, как сжимается от боли моё собственное сердце. Меня выворачивало наизнанку, света было слишком много, и он выжигал мои энергоканалы.

Да демона безрогого я сдамся! Я сжал челюсти и призвал тьму, рыча от боли. Они хотели выжечь мою тьму? Ну так пусть попробуют моё пламя.

Сколько там магов света? Десяток? Больше? Плевать.

Я развернулся к нападавшим и убрал барьер тьмы. Я улыбнулся холодной улыбкой, когда увидел дюжину светлых магов боевой направленности. А затем я выпустил пламя феникса.

Оно отрезало свет от всех моих бойцов, Эдварда, Феликса и их людей, превратившись в живую стену из тёмного пламени. Очередной шквал света врезался в эту стену и рассыпался на миллионы искр. Моё пламя растопило эти искры, и впитало с оглушающим треском.

Стена огня помчалась дальше, стелясь над землёй и сжигая всё, что попадалось на пути. И я мог бы закончить бой таким энергозатратным и в то же время простым способом, если бы не одно «но». Моё пламя столкнулось с сияющим светом двенадцати магов и отхлынуло обратно ко мне.

Я отступил обратно к своим, отметив, что мои бойцы чувствуют себя неловко, стоя на небольших островках безопасности в бушующем чёрном пламени. Феликс и Эдвард не сводили с меня глаз, будто ждали, что я убью их на месте или совершу что-то ещё. Встретив мой взгляд, они оба вздрогнули и сделали маленький шаг назад.

— Моё пламя не тронет своих, — хрипло сказал я, ослабив напор пламени и отозвав тьму. — Бой ещё не закончен. Самое вкусное наши гости оставили на потом.

Феликс скривился, но всё же кивнул, а вот Эдвард всё так же стоял, замерев. Он будто что-то решал для себя, но выбрал не самое подходящее время и место для размышлений.

В нас полетели сгустки ослепительной энергии. Я вскинул перед ними барьер тьмы, но уже видел, что он не сможет отразить такое количество светлой магии. Я и без того едва стоял на ногах, но всё же усилил барьер, как мог, и добавил к нему паутину тьмы.

А потом к нему потянулась чужая тьма. Феликс вскинул руки, и его энергия потекла к моему барьеру и за него, сгущаясь в чёрные диски размером с ладонь. Эти самые диски искажали пространство и довольно неплохо справлялись с отражением импульсов света.

Феликс сдвинул правую руку в небрежном жесте, и диски сорвались с места. Они прорезали воздух и полетели в магов света. Барьер одного из них вспыхнул, блокируя удар, но был буквально распилен вместе с грудной клеткой своего владельца.

Пока я удерживал стену тьмы и паутину, дед точечно пробивал защиту врагов. Дядя наконец взял себя в руки и встал рядом с отцом, добивая тех, кого Феликс ранил.

Моя паутина тьмы гасила световые атаки и опутывала ноги противников, замедляя движение. Лезвия Феликса и теневые шипы Эдварда прореживали их строй. Мы успели убрать пятерых магов света, когда из-за наших спин донеслись выстрелы автоматов.

К нашим бойцам стягивались гвардейцы врага, и Демьян