него было достаточно денег, чтобы свести концы с концами, но по сравнению с прошлым, у него не было ничего. У него было всего две тысячи долларов. А когда-то было больше миллиона. Всего несколько лет назад он купил «Мерседес-Бенц» за 300 тысяч долларов наличными. Такой же он подарил боссу. А теперь? Теперь он не был уверен в том, что ему хватит этой суммы на задаток и квартиру в Токио.

Фиолетовый перезвонил и сказал, что попытается найти Сайго место для ночлега. Сайго попытался дозвониться до Иноуэ, но тот не брал трубку.

С изгнанным якудза немедленно начинают обращаться, как с прокаженным. Правила изгнания запрещают другим членам общаться с этим человеком. Поэтому все избегают его. Даже самый близкий друг перестанет узнавать изгнанника уже через несколько часов после того, как его выгнали.

Он велел Юрико собирать вещи. Они отправлялись в долгое путешествие. Пока они собирали вещи, его навестил рэпер Варвар. Он знал о том, что случилось.

Варвар принес Сайго мешок наличных, примерно пару тысяч долларов. Сайго не знал, что сказать. Ямаджин сказал Сайго, что он не обязан возвращать долг. Сайго был ему как старший брат. Он и раньше помогал Ямаджину. Он не раз избивал Ямаджина, но это не имело значения. Сайго нужны были деньги, и он должен был их взять. Лицо Сайго сморщилось. Его глаза наполнились слезами. Двадцать лет в якудза, и вот как все закончилось: его выгнали и разорили, а единственный человек, который его прикрывал, даже не был настоящим якудза. Он был рэпером, отребьем, гражданским. Они даже не был киода.

Ямаджин предложил ему травки, и Сайго подумал, не покурить ли ему, но отказался.

Наставник не бросил Сайго. Он послал одного из своих непосредственных подчиненных в дом Сайго с 1,5 миллиона иен (15 тысяч долларов), который передал их жене Сайго с четкими инструкциями: выплатить долги ростовщикам и убраться из города.

Наставник скрыл это от Сайго. Он просто сделал это. Сайго узнал об этом, когда Юрико позвонила ему и сообщила эту новость. Но это была лишь малая часть того, что он задолжал.

Сайго должен был ясно мыслить. Он мог бы сдать свой «Ролекс» из чистого золота в ломбард. Часы наверняка чего-то стоили. У него был друг в Сумиеси-кай, владелец транспортной компании. Сайго мог бы оставить большую часть своих вещей в доме свекрови, а самое необходимое перевезти на новое место, как только найдет его. А канбан своего клана он возьмет с собой.

Единственный звонок с соболезнованиями, который он получил, был от детектива Лаки. Лаки не предложил никакой помощи, но дал совет – тот же совет, что и все остальные: убраться из города. Даже Лаки знал, что Сайго многим должен. Сайго полагал, что ему удалось сохранить в тайне свое опасное финансовое положение, но очевидно, это было не так. Якудза любили сплетничать.

8 июня 2008 года Инагава-кай официально изгнали Сайго. Хамондзе было разослано по всем отделениям якудза в Канто и Кансае в виде почтовой открытки, факса и, возможно, даже по электронной почте. Имени Наставника в объявлении не было – крайне необычная ситуация. Сайго был изгнан исполнительным комитетом Йокосука-икка. Оябун не смог спасти Сайго от этой участи, но он, по крайней мере, не участвовал в этом. Хоть какое-то утешение.

Его родители вернулись в свой семейный дом.

Фиолетовый тоже не забыл о Сайго. Он позвонил журналисту Томохико Судзуки – они оба знали его. Судзуки позаботится о том, чтобы Сайго было где остановиться.

Глава 31

Дома с привидениями и уютные дома

Людям не нравится, когда с ними соседствуют демоны или якудза, и не так уж много домовладельцев сдают жилье действующим или даже бывшим якудза. Бывшие соседи Сайго видели его татуировки и подержанный черный «Мерседес-Бенц», который он купил у своего киодая, чем только подтвердил их худшие подозрения. Они устроили скандал домовладельцу, и тот дал семье Сайго неделю на выезд.

Ни один обычный агент по недвижимости не уделил бы ему времени, поэтому он обратился к другу и был представлен Кэндзи Сакамото, теневому агенту по недвижимости. В каком-то смысле Сайго повезло, что он к тому времени уже покинул якудзу. Если бы он попытался найти квартиру в 2012 году, у него бы ничего не вышло.

Сакамото когда-то был главарем банды Ямагути-гуми и по совместительству торговал недвижимостью. В 2006 году он ушел в отставку, чтобы взять на себя ответственность за ужасную ошибку. На вечеринке после церемонии наследования он стянул кружевные трусики с одной из официанток и надел их на голову своего босса. Он был пьян, а у его босса было неважно с чувством юмора. С тех пор он работал с недвижимостью.

В тот день, когда Сайго пришел к нему, Сакамото был одет как обычно: черный костюм ручной работы японского производства, серая рубашка и красный галстук. На нем была его фирменная фетровая шляпа «Сделано в Китае» и изящные тонкие золотые часы «Патек Филипп». Только маленький значок с эмблемой его бывшей преступной группировки на лацкане его пиджака указывал на то, что он работает в преступном мире, а не в элитном банке.

В компании по продаже недвижимости с ним уже разговаривал пожилой мужчина. Их было трое: Сайго, Сакамото и старик.

Сакамото разговаривал с пожилым клиентом так, словно Сайго не было в комнате; это заставляло Сайго чувствовать себя невидимкой или призраком. На старике были джинсы, темно-серый свитер и очки в черепаховой оправе. Его отросшие волосы все еще были черными, хотя щетина на его лице уже поседела. Он больше не жил в Токио; он приехал на встречу из Южной Японии – старик уехал туда после того, как вышел на пенсию после нескольких лет работы в банке. Сайго не понимал, зачем его вообще пригласили на эту встречу.

Старик сдавал свой бывший дом молодому человеку в жилом районе Токио. Жилец покончил жизнь самоубийством, и, хотя об этом не писали в газетах, казалось, что все в округе знали о произошедшем. Никто в Японии не хотел жить в месте, где умирали другие люди, особенно если этот человек покончил с собой.

– На такое согласится разве что какой-нибудь гайдзин или якудза, – сказал Сакамото, кивнув в сторону Сайго. Старик внимательно слушал. Сакамото улыбнулся и закурил сигарету.

Сакамото понял, что завладел вниманием мужчины, и сказал ему, что знает одного человека, который купит этот дом, но за половину первоначальной цены.

– Я хочу сделать тебе предложение, подумай.