его сородичи будут бороться до конца и обратятся к иностранным журналистам, чтобы открыть миру глаза на то, что происходит. Первое марта 1919 года войдёт в историю, хотя до истинного освобождения Кореи оставалось ещё целых двадцать шесть лет.

Когда Джун с Ёном завернули за угол здания, в двери ресторана уже вломилась толпа японских солдат. Послышались выстрелы. На улице разворачивался ад, которого даже десять судей загробного мира не видали. Мирное шествие заканчивалось бойней. Безоружные люди бежали, проталкивая остальных в толпе, военные стреляли им в спины. Крики не прекращались, как и грохот. Выбирая умереть, встречая смерть лицом, а не спиной, и вместе, а не поодиночке, демонстранты крепко хватали друг друга за руки, мужчины и женщины, и представали перед японскими солдатами.

– Верните нам свободу!

– Свобода! Равенство!

Японские солдаты замерли перед живой стеной. Недалеко отсюда располагались консульства. Но двери их резиденций были плотно закрыты.

– Стреляйте! – раздался приказ.

Джун потащил Ёна прочь от скопления народа. Нет, эти звуки ему будут сниться… Двадцати лет терапии не будет достаточно, Ён пронесёт это через всю свою жизнь.

Ноги не гнулись, и только тёплые руки Джуна удерживали от падения, возвращали к существующей реальности.

– Ён, соберись. Сейчас мы должны выжить, – Джун встряхнул Ёна. – Ты пришёл за нашим будущим!

На улице, куда они выбежали, людей уже почти не было. Живых, во всяком случае. Парни остановились отдышаться, тогда как Ён от увиденного лишь подавился, внутренности попросились наружу. Обезображенные, проколотые и расстрелянные, на улице лежали тела, в них с трудом можно было узнать людей. Ён прикрыл глаза, но это оказалось ошибкой, запахи бросились ему в нос.

И вдруг Джун толкнул его в сторону.

– Полезай! Живо! – скомандовал он, указывая на решётку канализации.

Ён даже не оглянулся, чтобы проверить, в чём дело, доверяя Джуну. Он схватился за решётку и дёрнул её. И в следующую минуту уже спрыгнул в смердящую темноту, решётка за ним закрылась.

Так или иначе, Ён вновь оказался в канализации.

– Джун?

Почему он не спустился следом? Ён в отчаянии попытался ухватиться за решётку, но Джун придавил её ногой. Какого Разработчика?!

Приближался цокот, две вороных и две гнедых ноги промелькнули в поле зрения.

Ён узнал голос. Генерал Сугимото был прямо здесь! В Сеуле! С коротким свистом меч вылетел из ножен и направился к горлу Джуна. Ён зажал себе рот, чтобы не вскрикнуть.

– Корейцы все одинаковые, – сказал генерал.

Ён понял значение фразы по ответу Джуна.

– Ошибка обобщения, – ответил он на корейском, вынуждая перейти на него и генерала.

– Пса, кусающего руку хозяина, забивают.

Генерал что-то приказал, и на суженном до размеров канализационной решётки экране появился молодой японец, которого Ён уже видел в колледже.

– Я думал, ты будешь умнее, – произнёс тот самый жужжащий голос.

Молодой японец, спешившись, обнажил свой клинок.

– Извинись, – дрожащим голосом произнёс он. Похоже, он не хотел убивать Джуна.

Но всё же японец подчинился и замахнулся мечом, и даже Ён понимал, что это было слабой атакой. Джун успел поднырнуть, подхватить оброненный кем-то флаг с сине-красной эмблемой тхэгыкки и толкнуть концом знамени противника так, что тот отшатнулся обратно к лошади.

– Ради тех, кто хочет спасти наше завтра, я не позволю рушить мой мир.

Создатель решил не сдаваться без боя, и на короткий миг сердце Ёна возликовало.

Но затем короткий взмах клинка генерала, и флаг с треском упал наземь.

За биением сердца в ушах Ён не слышал, кричал ли Джун. Он лишь со стороны наблюдал отвратительное кино, не позволяя себе закрыть глаза. Белый рукав, как подбитое крыло, покрывался алым.

Джун снова поднял корейский флаг.

– Завтра наступит, – успел только произнести он.

С лёгкостью, будто разрезал тофу, генерал проткнул Джуна, и тот со сдавленным криком пал перед японцами на колени.

– Закрой глаза, – до Ёна донёсся его хриплый голос, и он послушался.

Ён открыл глаза, лишь почувствовав, что нечто, словно начинающийся дождь, заливает его лицо. С решётки стягивались тёмные капли.

Тяжёлые шаги послышались прямо над головой, и Ён присел в самую темноту, закрывая голову руками.

– Подыхай тут, как грязная крыса, – громыхнул голос генерала.

Цокот копыт удалялся. На улицу опускалась могильная тишина. Ён поднялся.

– Создатель? – жалобно позвал он. – Джун?

Молчание. Ён просунул пальцы сквозь решётку и коснулся Джуна. Никакой реакции.

Создатель умер? Не может быть! Ён не мог поверить. Во что угодно, только не в это. Может, ему нужна срочная помощь? Ён должен был действовать быстро. Он прислушался к улице. Кажется, никого.

Пришлось приложить усилия, чтобы сдвинуть решётку, на которую навалился телом Джун. Наконец она поддалась. Ён подтянулся.

– Джун?! Нет, ты не можешь так умереть, – запричитал Ён, пытаясь приподнять Создателя. – Мы ещё должны спасти мир.

Джун ещё дышал, но так слабо, что любой вздох мог стать последним. А Ён даже не знал, какую из ран ему зажать. Вокруг была пустынная улица, некого попросить о помощи. А если он закричит, то придут японцы и убьют их. Тело Ёна забила крупная дрожь, а по щекам потекли слёзы. От Джуна в его руках послышалось сначала невнятное мычание, а затем Ён наклонился ближе и разобрал слова:

– Надеюсь… ты нашёл ответ… спасти мир. Потому что… я не знаю. Никогда… не знал.

– То есть изначального кода мира нет?! Тогда зачем это всё?

– Вирус… Всё план, чтобы ты… нашёл ответ.

– Но я ничего не знаю! – воскликнул Ён.

– Это не так. Разочароваться… легко. Но я поверил… в тебя. Ты найдёшь ответ. Создатель… больше не нужен мирам…

– Но мне нужен! Мне нужен Ли Джун!

– Спасибо, Ён. Я и не рассчитывал… что ты будешь спасать… и меня тоже.

И незаметное движение груди Джуна остановилось.

Глава 20. Завтра

Завтра действительно наступило, но без Создателя.

Не сразу, но Ён понял, что в родной мир ему не вернуться, смерть Создателя не была гарантированным билетом назад. Да и без кода по спасению мира какой смысл возвращаться.

В первые дни Ён действовал на автопилоте. Горе от потери Ли Джуна ощущалось так, словно бы у него была сильнейшая температура, и он мог сосредоточиться только на одной вещи за раз. И первой целью стало позаботиться о Хёнджу.

Ён был уверен, что генерал Сугимото теперь объявит на неё охоту, поэтому немедленно отправился к ней. На какое-то время им удалось укрыться в лавке старушки Ан Сонджа – её никто не подозревал в связях с подпольем. Из дома Ли Джуна Ён с Хёнджу забрали только спасённые