осквернение и порожденные им тени, даже жалости не вызвала. И дело не в том, что с увеличением масштаба ответственности человеческое отступало на второй план — чушь. Просто жалеть стоило живых, всегда только их. А жертва Водолея получит сейчас свое «Очищение» и с обнуленной кармой помчится в круг к светлому завтра.

Только проводить последний ритуал Лана не торопилась, мешкала, слово и впрямь решила дождаться, когда Коичи просканирует двор и даст добро начинать, как будто оно ей требовалось. Нет, просто… Просто потом нельзя будет повернуть назад, и она понимала это как никто из заваривших сию кашу.

В самом начале они телепортировались у дороги в паре метров от этого квартала, потому что прямиком в осквернение теперь, когда родовое проклятие спало, Абэ побоялся. Их сразу же пробрал до костей холодный осенний ветер, и Лана чуть не предложила дойти до ее квартиры, располагавшейся неподалеку, чтобы переодеться. Этого «чуть» хватило, чтобы Коичи начертил им защиту от всех погодных условий сразу и без всякого навигатора потянул в нужную сторону. Но… так оно лучше. Ей надо бы начать привыкать к мысли, что домой она уже не вернется. Если, конечно, хочет, чтобы он остался в этом мире… вместе с этим миром и…

Шаг в сторону призрачного косого креста помог оборвать ненужную теперь мысль. Следующий дался чуть проще предыдущего. Через пару десятков «Пальцы Смерти» перестали работать, и Лана успела собрать в руках достаточно огня, чтобы бросить в центр похожей на «Очищение» руной, а затем ступить в разъедаемую искрами тьму. Всего лишь пара закорючек поменялась в узоре плетения, и вместе с привычным выжиганием осквернения сознание Ланы выбросило в иную реальность.

Если не считать день, когда открылись Врата, она никогда не была в Шамбале, но сразу узнала силуэты города в огненном энергетическом сияние. Астральный двойник? Или та самая «небесная» из эзотерических изысканий? Ни то, ни другое. Просто еще одно плетение, завязанное на внутренний огонь каждого живущего ныне творца, само по себе меняющее узелки от случая к случаю, но не изменяя своей сути. Чтобы создать подобное требовалось много времени, сил и умений, и оно того, определенно, стоило, потому что получившаяся руна включала в себя не только Систему Рубежей, а еще позволяла сориентироваться в происходящем без оглядки на слепые зоны, инфошум и сбивающее заклинания поиска пятно черноты в Тибетском нагорье. Ее сплели специально для Ланы, оставляя за ней право выбора, когда и при каких обстоятельствах ее активировать. Ткач, умеющий отрастить сколько угодно рук, работал над руной давно, может даже с окончания третьей войны рек, если и вовсе не со смерти Калки. Грех будет не воспользоваться результатами его труда, раз уж он сделал все, чтобы она сюда угодила.

Но вот что делать со всем этим богатством, она понятия не имела, и огонь, как назло, больше не шептал ей свои откровения, хотя «Пальцы Смерти» еще несколько минут должны спать, не мешаясь. И сколько бы Лана не вслушивалась, Пламя молчало. Только внутри билась маленькая яркая искорка, предлагая знания и силу. Не ее. И в то же время самая что ни на есть.

— Хорошо. Давай объединимся. Кому, как ни нам с тобой, объединяться?

В тот же миг мириады огненных игл пронзили ее сознание. Больно не было, только голова пухла от множащихся в ней знаний. Причем все происходило так быстро, что она не успевала фиксировать полученную информацию. Как будто залезла на торрент и от большой жадности накачала столько, что не один десяток лет потом разбираться придется. Но это ничего, лишь бы «хард» не сдох. От счастья.

Загрузка закончилась. Лану подняло вверх над «городом» и понесло в центр, остановив аккурат напротив пустоты, где в реальности открылись Врата. Здесь имелась проекция, куда нагляднее показывающая всю их чудовищную суть. Впрочем, стоило догадаться раньше, хотя бы умникам, столько лет заседавшим в Конклаве Огня да на престоле Шамбалы. Чем вообще они занимались все это время? Интриги друг против дружкий плели? Недоумки!

Ведь что может быть проще и понятнее, чем суть Врат? Они же в детстве столько раз слышали легенду о Калки и Агни! И раз бесконечная стена Изначального Пламени получилась из тела бога Огня, а Врата из тела богини Воды, то они точно так же бесконечны. И если то, что осталось от Сарасвати, могло лить ядовитые теневые слезы, почти не теряя в «весе», то сколько их могло получиться из Врат? И ведь они копились, многие тысячелетия, что те стояли закрытыми, эта дрянь лилась в междумирье, чтобы, когда придет ее час, хлынуть по обе стороны сразу. Вряд ли Авекше повезло в этом отношении, иначе векши не преминули бы навестить своих соседей, хотя бы для того, чтобы забрать свою богиню.

— Если вас снова просто закрыть, никакого толку не будет.

Лана посмотрела на свою ладонь. Руна, оставленная там Ямой, отличалась от должной закрыть Врата, что принесла ей обновленная память. Сжала кулак. С этим, допустим, разобрались. Теперь бы еще разобраться с браслетами…

Поток повиновался незамедлительно и опустил ее вниз к местному Храму Огня. Предлагал помолиться? Или?.. Собственные мысли заглушило приглушенное рычание, показавшееся таким знакомым. Сердце сжалось от радостной догадки, и Лана кинулась вниз по ступенькам к лежащим внизу псам Калки.

Здесь в плетении они не спали, и сразу поднялись, когда она к ним приблизилась. Рычание смолкло, и вперед вышел здоровенный тибетский мастифф, сел и выжидательно посмотрел ей в глаза.

— Вы можете найди для меня кое-кого? — спросила Лана, пес кивнул. — Его зовут Кот… Ну, то есть я его так зову… Блин… Но вам же не нужно настоящее имя, так? Вы же собаки, вы же обычно по запаху ищете… А запах… Я его только во сне видела, а там… О! Если переводить на местную руну, то Кот пахнет музыкой и светом!

Мастифф снова кивнул, повернулся к стае, гавкнул, после чего от нее отделилась немецкая овчарка и кинулась вниз сквозь плетение. Вожак же обернулся обратно к Лане и еще раз гавкнул, мол, сейчас все будет в лучшем виде.

«Не завыл, — отчужденно отметила она про себя и выдохнула. — Не завыл… Господи!..»

У нее от облегчения Тибетское нагорье с души свалилось. От радости Лана кинулась псу на шею, и в этот самый момент ее накрыло волной ледяной тоски с нотками прощания навсегда. Следом, не давая опомниться и не позволяя взять себя в руки пришло осознание, что,