Фридолину удалось вырастить в саду Ланкастер-Хауса такой огромный и яркий цветок. Уинни стала пробираться в сторону, где мелькало алое пятно, передвигаясь еще осторожнее и даже пригибаясь к земле, чтобы не быть замеченной.

Вскоре Уинни ясно различила яркий силуэт, скользящий между деревьями. Теперь она следовала тенью за фигурой в красном, боясь, что ее нога наткнется в темноте на сухую ветку. Женская фигура хорошо различалась на фоне черных деревьев из-за наряда, выделяющегося ярким пятном. Уинни не дыша следила за тем, как та передвигается, словно языки демонического пламени.

Фигура впереди остановилась и замерла, будто ожидая кого-то. Уинни тоже замерла как вкопанная, боясь пошевелиться и выдать себя. Она напряженно всматривалась в темноту и ловила каждый звук. Через мгновение Уинни различила насмешливый женский голос, в котором легко угадывались интонации бывшей леди Флетчер.

– А вот и ты! Зачем такие сложности? Я могла бы прийти сама…

Уинни вся обратилась во внимание. Она пока не видела, к кому именно обращается леди Флетчер, но, приглядевшись, все же смогла различить темную тень у раскидистого дуба.

– Какого черта ты явилась? – не поздоровавшись, спросил невидимый пока собеседник, и Уинни навострила уши.

Голос был мужским и… знакомым. Очень знакомым. Вот только кому именно он принадлежит, Уинни не понимала. В тоне незнакомца было море неприкрытого раздражения и ни капли страха или подобострастия. Обладатель голоса считал себя вправе отчитывать леди Флетчер, как девчонку.

Та легкомысленно рассмеялась в ответ.

– Положим, я заскучала в столице, – обронила она и обвела рукой сад вокруг себя. – Представь, я почти забыла, как прекрасен Ланкастер-Хаус. Может быть, я даже соскучилась по тебе…

– Заскучала? – изумился собеседник леди Флетчер. – Ты заскучала?! – Казалось, он не может принять то, что леди Флетчер только что сказала. – Я столько сил вложил в то, чтобы вытащить тебя из той передряги, а ты решила пустить все прахом из-за своей прихоти?!

Уинни захотелось побиться головой о ближайшее дерево. Голос был не просто знакомым, он был практически родным. Казалось, отгадка в руках, но мозг никак не мог идентифицировать обладателя этого тембра. Тем более что сразу за ним вновь раздался голос леди Флетчер, и на этот раз в нем уже не было легкости и игривости.

– Я не просила тебя спасать меня, – раздраженно бросила леди Флетчер, отступая от дерева на шаг, словно собираясь покинуть место встречи.

Она вышла из тени, но мужская фигура не собиралась так просто сдаваться. Она последовала за ней и схватила ее за локоть, поворачивая к себе. Уинни напрягла зрение, но тщетно: лицо мужчины было скрыто в тени.

– Конечно, ты не просила! Ты никогда ни у кого ничего не просишь! Однако, если бы не я, этот влюбленный недоумок Вольтре завершил бы свое дело и в следующий раз попал бы куда надо! Или деревенские жители подняли бы тебя на вилы раньше! – прошипел мужчина. – А я мало того, что спас тебе жизнь и честь, так еще и подчищал за тобой хвосты целый год! Мне пришлось убрать не только Вольтре, но и Роуни, на которого ты положила свой глаз! Ты умудрилась оставить огромное количество свидетелей, моя дорогая дочь!

Дочь?.. Уинни почувствовала, как закипают мозги. Родители Хильды Флетчер, супруги Шеридан, проживали неподалеку, однако, по слухам, леди Шеридан скончалась при родах, дав жизнь дочери, а отец вел затворнический образ жизни и после смерти леди Флетчер не навещал поместье, и, соответственно, Уинни с ним никогда не встречалась. Однако голос был знакомым. Так кто же еще может называть Хильду Флетчер дочерью?..

Тем временем незнакомец продолжал:

– От тебя требовалось лишь тихо сидеть в Лондоне и наслаждаться жизнью. Тем более что ты там весьма преуспела.

– Ты действительно думаешь, что я могла спокойно сидеть на одном месте и наблюдать, как ему все сходит с рук и он наслаждается жизнью?

В голосе леди Флетчер больше не было веселья. В нем была ничем не прикрытая, чистая, пылающая ненависть.

Мужчина немного помолчал, а когда ответил, голос его слегка смягчился.

– Он действительно скорбел по тебе.

– Ему никогда не было до меня дела! – выкрикнула леди Флетчер, и в голосе ее Уинни услышала неприкрытую боль. – Он отправился путешествовать, не успела осесть земля на моей могиле! Но это мелочь по сравнению с тем, что, вернувшись сюда, я застала его с этим исчадием ада, которого он любит, как собственного сына! Сына, которого могла бы родить ему я! Сына, которого я потеряла по его вине! Пока я оплакивала наше нерожденное дитя, он просто взял и заменил его воришкой с базара! А меня он заменил вертихвосткой, которая без стеснения носит мои фамильные драгоценности!

– Это фамильная драгоценность рода Флетчеров, – раздался еще один мужской голос, и в этот раз у Уинни не было сомнений в том, кому он принадлежит.

– Лорд Флетчер, – почти спокойно поприветствовал графа собеседник леди Флетчер, а сама Хильда буквально отпрыгнула в сторону от неожиданности – это было видно даже в темноте.

– Мистер Библл, – так же чинно поприветствовал мужчину лорд Флетчер, и Уинни едва не застонала от облегчения, смешанного с ужасом: конечно же, она хорошо знала Библла, вот только не знала, что милейший лекарь может говорить с таким металлом в голосе.

Мистер Библл тем временем вышел из-под сени дуба, словно хотел пожать лорду Флетчеру руку. Теперь его небольшая, крепко сбитая фигура хорошо была видна. Однако приветствовать его рукопожатием лорд Флетчер не собирался. Он обратился к бывшей супруге:

– Дорогая?

– Не смейте называть меня так! – тут же отозвалась леди Флетчер, приходя в себя. – Вы следили за мной?

– Как изволите, – холодно обронил лорд Флетчер. – Мне стало любопытно, куда вы направляетесь в такой поздний час, и я решил последовать за вами. Насколько я помню, раньше ваши отлучки из поместья приводили к печальным последствиям.

– Как жаль, что раньше вы не проявляли ко мне столь пристального внимания! – воскликнула Хильда Флетчер. – Вы проявляли воистину аристократическое хладнокровие к любым моим страданиям. Или вместо «хладнокровия» мне стоит употребить слово «равнодушие»?

Ярость в голосе бывшей леди Флетчер была столь обжигающей, что у Уинни мороз прошел по коже. Какой бы странной ни была эта встреча в ночном саду и каким бы ужасным ни было содержание разговора, понять, что двое из троих на поляне – жестокие убийцы, было несложно. А это значило, что лорд Флетчер находится в смертельной опасности. Он один против двух убийц… Уинни сжала руки в кулаки, вдруг подумав, что лорд Флетчер не один. Она не даст безнаказанно убить его. Их