пытается рационализировать тот факт, что Джон внезапно и безвозвратно стал зависим от Йоко. Легко заметить, что Пол в недоумении: его лучший друг, когда-то столь властный и непоколебимый, вдруг стал покорен и кроток. Похоже, что его раздражает, что Джон увлекся авангардом. (Когда Линдси-Хогг спрашивает, где Джон, Пол отвечает: «А, наверное, в гримерке – сидит с Йоко в очередном мешке. Сегодня они, кажется, со своим мешком пришли».) В конце концов, разве не он, Пол, годами тусовался в лондонском андерграунде! Уж он-то понимает, что годно, а что нет. Его маленький спич об Индии тоже можно рассматривать как попытку напомнить Джону, что любой гуру чему-нибудь его да научит, однако основывать на его учении собственное «я» – неразумно.

Тем не менее Пол не противится переменам в их с Джоном отношениях: напротив, он изо всех сил старается приспособиться к ним – принять, что миновали времена «нас с тобой». В разговоре с Ринго и остальными он признается, – с известной робостью – что пытается впечатлить Йоко задумками песен, которые бы понравились ей, например о белых стенах. Он не сомневается, что, окажись Джон перед выбором, он выберет не The Beatles, а Йоко. Шутит: не хватало еще такого абсурда, чтобы люди заговорили через пятьдесят лет, будто The Beatles распались, потому что Йоко Оно села на усилитель. Маккартни вкладывает много сил в Don’t Let Me Down и на репетиции, и на выступлении: очевидно, что движет им не только творческий перфекционизм. Он понимает, как много Джон поставил на новые любовные отношения, и хочет быть таким другом, каким обещал ему быть в Hey Jude. Все это громко и ярко звучит в выступлении на крыше. Парящий вокал Джона уравновешивают Пол и его страстный бас: песня фактически превращается в дуэт певца и гитары. Джордж Мартин заметил однажды, что, когда Полу требовалось что-нибудь сказать, лучше всего за него говорила бас-гитара: «Просто пела в его руках». Красноречива и вокальная линия Пола: он так же горяч и ретив в четырехсловном припеве, как и его партнер. В конце песни, где Джон импровизирует вокруг заглавия, Пол взлетает ввысь и парит над ним в бессловесном фальцете, словно птица в небесах.

32: THE BALLAD OF JOHN AND YOKO[79]

Увольнение главных бухгалтеров Apple так потрясло Леннона и Маккартни, что они наконец сообразили: срочно надо действовать. Пока шли сессии на Twickenham, Джон сказал в интервью: «Apple каждую неделю терпит убытки, потому что во главе ее нужен крепкий делец… Если так и дальше продолжится, через полгода мы все по миру пойдем». А проблемы тем временем только множились. В декабре 1968 года брат Брайана Эпстина Клайв сообщил The Beatles, что собирается продавать NEMS. У NEMS были права на четвертую часть роялти The Beatles. Эпстину сделали предложение из торгового банка, и он собирался принять его, но по доброй памяти сначала пошел к The Beatles.

Пола раздражила откровенность Джона с журналистами, отчасти потому, что он уже придумал, что делать. Отец Линды Ли Истман был видным юристом, представлявшим интересы многих фигур в музыкальной индустрии. Услышав о грядущей сделке, Пол обратился к тестю с просьбой о помощи. Сначала Истман не захотел сам лететь в Лондон и послал сына, который был ближе к The Beatles и по возрасту, и по духу. Джон Истман, изысканный и дерзкий молодой человек, сделал Эпстину конкурентное предложение купить NEMS, и тот согласился. Выполнив первую миссию, Истман вернулся в Нью-Йорк. На самом деле видимый успех положил начало деловому разладу между Маккартни и Ленноном: с тех пор как они согласились делить все доходы от сочинительства, такое случалось впервые. Несмотря на то что Джон (а с ним и все остальные) поначалу согласился с тем, чтобы Истманы представляли их бизнес-интересы, он вскоре пожалел о своем решении. Пола это не должно было удивить. Поскольку он был парнем Линды, его с Истманами связывали личные отношения, которых с теми не имели ни Джон, ни Джордж, ни Ринго. У Йоко тоже не было весомых причин доверять Полу или семейству его девушки, когда речь шла о финансах ее партнера. И, что важнее всего, Джон и Йоко уже нашли своего человека.

Аллен Клейн, подобно Истманам, жил в Нью-Йорке, однако имел совершенно другое происхождение. Он родился в Ньюарке в семье мясника и гордился своими скромными корнями. Мать его умерла, когда Аллен был младенцем, и часть детства он провел в сиротском приюте. Выучившись на бухгалтера, в 1957 году он нашел работу в сфере грампластинок и вскоре приобрел репутацию человека, который заступается за музыкантов перед большим начальством и выходит из схватки победителем. Клейн был человеком невысоким, плотным и неряшливым, говорил как бандит – грязно и торопливо. Он быстро находил общий язык с клиентами. Главы лейблов умело манипулировали молодыми и наивными исполнителями: они орудовали целым арсеналом бухгалтерских штучек, с помощью которых обдирали их как липку. Клейн отлично умел выводить на чистую воду таких людей. К концу 1960‐х годов среди его клиентов числились Боби Дарин, Сэм Кук и несколько британских коллективов, среди них – The Animals, The Kinks и The Rolling Stones. Подобно многим, кто начал биографию с самого дна и быстро попал из грязи в князи, Клейн отлично умел разглядеть человеческие слабости и чутко улавливал, кто из его собеседников наделен властью. Наконец, он и сам не блистал моральными убеждениями: человек-акула, он пожирал акул.

Клейн вот уже который год не скрывая обхаживал The Beatles, однако лично с ними встретился только 27 января 1969 года: после работы Джон и Йоко явились к нему на переговоры в отель «Дорчестер». Клейн хорошо подготовился к встрече. Он прочел недавно вышедшую биографию группы за авторством Хантера Дэвиса. Подчеркнул перед Джоном Ленноном, что и сам он – из низов. Постарался очаровать и Йоко: намекнул, что устроит ей контракт с киностудией. Клейн покорил Джона. Тот был потрясен, насколько Клейн осведомлен о его работе; к тому же ему пришелся по душе боевой настрой Клейна – кто кого. Тем же вечером Джон надиктовал письма в EMI и в NEMS, а также музыкальному издателю группы Дику Джеймсу, объявляя, что Клейн уполномочен действовать от его имени. В Get Back есть кадры, где он говорит Джорджу и Ринго (Пол вышел): «Мне вам всем надо рассказать [про Клейна]. По-моему, он великолепен!» Джон понимал, что Пол отнесется к Клейну с подозрением, а значит, нельзя было полагаться на де-факто лидера группы: ему требовалось переманить на свою сторону Ринго и Джорджа. Видно также Глина Джонса, продюсера сессий Get Back: он тактично пытается отговорить Джона, однако тот его игнорирует.

Джон со своей стороны как раз не доверял Истманам – с самого начала он презирал их за привилегии. Враждебный настрой его был связан и с неприязнью, которую