он испытывал к Линде. Когда Пол встречался с Джейн, Джона это мало беспокоило, во всяком случае, пока он был уверен, что у Пола нет серьезных намерений. Джон, однако, так и не поладил с Линдой. Он считал ее затрапезной простушкой, которой только и делает что вертит ее отец. Джон решительно не понимал, что такого в ней нашел Пол, – об этом он прямо скажет в интервью от сентября 1971 года: «Появление Линды меня очень удивило. Я бы понял, если бы Пол женился на Джейн Эшер: они давно встречались, и у них там был целый роман. А с Линдой – бум, и на тебе! Они теперь вместе, и никакие возражения не принимаются». На вопрос, повредило ли группе внезапное появление Линды, он отвечает так, как ответил бы супруг-рогоносец: «Понимаете, ведь Пол с ней и раньше встречался. То есть, конечно, у Пола было много женщин, о которых я ничего не знал. Уж не знаю, когда он успевал, но точно успевал когда-то». Неудивительно, что Леннона ужасала мысль отдать под контроль семье Линды собственные финансы, когда Линда уже взяла под контроль Пола. Йоко же со своей стороны видела в Истманах представителей того самого истеблишмента, который презирала и она, и другие нью-йоркские авангардисты: эти люди с удовольствием развесят у себя картины Матисса или Пикассо, но от настоящего подрывного искусства падают в обморок.

Полу казалось самоочевидным, что нельзя доверять Клейну, а ему, Полу, доверять можно и нужно. Упорство Леннона ставило его в тупик и очень расстраивало. Вскоре, однако, стало ясно, что Пол в своей позиции одинок. По предложению Леннона, вечером после его встречи с Клейном Пол, Джордж и Ринго тоже познакомились с ним (это случилось через два дня после концерта на крыше). Клейн сказал им, что сумма, на которую Истман договорился с NEMS, слишком велика. Пол, которому казалось бессмысленным обсуждать вопрос в отсутствии Истманов, ушел со встречи раньше остальных. Ринго и Джордж остались и дали неформальное согласие, чтобы их интересы представлял Клейн.

Когда Истманы узнали о случившемся, Джон Истман снова прилетел в Лондон и резко поговорил с Клейном на общей встрече с The Beatles. Сошлись на том, что интересы группы будет представлять и та и другая сторона: Истманы – в вопросах юридических, Клейн – в делах финансовых. Клейна уполномочили отсрочить сделку с Клайвом Эпстином до тех пор, пока он не проведет аудит финансов The Beatles. Раздраженный такой отсрочкой и неловкими формулировками в письме, которое он получил, Эпстин отозвал сделку и 17 февраля продал 70 % NEMS инвестиционному фонду Triumph – тем самым торговым банкирам, которые изначально делали ему предложение. Истманов все это выставило людьми глупыми и безвольными. Клейн вернулся в Лондон и созвал встречу с EMI, чтобы перевести роялти в Apple. Вышел он на контакт и с Triumph, в безуспешной попытке вернуть NEMS. В итоге получилось так, что доходы группы оказались заморожены до того момента, как будет завершена сделка. В середине марта Клейн улетел в Нью-Йорк продолжать аудит.

Пол и Линда заключили брак 12 марта в Лондоне, в регистрационном центре квартала Мерилибон. Церемония была крайне скромная: никто из группы не явился; впрочем, как и всегда, улицы вокруг здания наводнили поклонники и журналисты.

Еще прошлым вечером они до конца не знали, состоится ли свадьба. Пол и Линда страшно поссорились. Линда была на четвертом месяце беременности, Пол любил ее и все равно переживал, что принимает такое серьезное решение в своей жизни. К тому же он нервничал из-за раздора между ним и его друзьями, в котором теперь была замешана семья Линды. Мэл Эванс вспоминает, как Пол спрашивал его: «Как думаешь, Мэл, жениться мне?» Мэгги Макгиверн припоминает, как встревоженный Пол звонил ей примерно в то же самое время. Линде приходилось несладко. Впоследствии она скажет: «Пол был не в духе, все смертельно устали от деловых и юридических проволочек, и мне все это осточертело. Я-то думала, что у меня впереди только мир, любовь да музыка, а оказалось – война». И все-таки они решили пожениться. После свадьбы супруги Маккартни отправились в Ливерпуль погостить у родных Пола, а затем вылетели в Нью-Йорк.

Джон и Йоко поженились через неделю с небольшим. Развод Йоко с Тони Коксом состоялся в январе (в Get Back есть трогательные кадры, как Леннон получает документы о разводе, и все вместе с ним радуются). Можно было бы заключить брак в Англии, как только Йоко получит гражданство, однако Пол только что женился, и Джон немедленно захотел сделать то же самое. Влюбленные отправились в Париж, однако все никак не могли найти способ легально пожениться, пока Питер Браун не выяснил, что это возможно сделать в Гибралтаре – британской колонии. Они оделись во все белое: Йоко – в мини-платье, Джон – в водолазку и пиджак. Оба явились на церемонию в кроссовках, и Джон щеголял только-только народившейся густой бородой, которую отпустил после концерта на крыше. Леннон заявил прессе: «Все, что мы ни делаем, мы будем делать вместе. Я не хочу сказать, что распущу The Beatles, однако я намерен разделить с Йоко все». Из Гибралтара супруги вернулись в Париж, оттуда поехали в Амстердам, провели там неделю в номере люкс отеля «Хилтон» и объявили акцию «В постели за мир». Они принимали журналистов, одетые в белые пижамы, уютно устроившись в постели в окружении цветов и самодельных плакатов с надписями «Постельный мир» и «Волосатый мир». Затем отправились в Вену, где отвечали на вопросы журналистов, сидя в белом мешке. В последующий год они дали сотни интервью, повторяя одни и те же постулаты и распространяя их. В отличие от Пола и Линды, Джон и Йоко не желали провести время наедине. Они хотели быть на виду у всей планеты.

* * *

The Beatles через три недели после завершения сессий Get Back вернулись в студию. Никто их туда не гнал. White Album существовал всего полгода и приносил EMI обильную прибыль. Вот только они хотели работать. Они и раньше бы собрались, если бы не Джордж, которому вырезали миндалины (возможно, он еще потому так часто терял терпение, что был болен). На студии Trident, где записывали Hey Jude, The Beatles и Билли Престон принялись работать над новой песней Леннона – I Want You (She’s So Heavy). В конце концов она попала на Abbey Road, хотя в тот момент The Beatles предполагали, что записывают дополнительный материал для альбома Get Back: им казалось, что песен в нем до сих пор недостаточно. В тогдашнем их графике угадывается нечто почти судорожное. Распад был все ближе, а темп работы лишь ускорялся: в 1968 году они сделали двойной альбом, в 1969‐м записали столько, что хватило и на два альбома, и на сольные пластинки впоследствии. Вместе создавать музыку – так они переживали эмоциональные потрясения: чем горше им было, тем усерднее приходилось работать, чтобы это пережить.

В конце марта возникла новая трудность: Дик