Управляющий постучал, но ответа не последовало. Он постучал снова, и мы все прислушались.

— Спит, наверное. Не будем беспокоить, — через минуту ответил он и двинулся дальше по коридору по толстому зеленому ковру, который заглушал звук шагов.

Остальные последовали за ним, но я будто был прикован к этой двери — не хотел отходить от неё. Появилось какое-то чувство родства. Будто за дверью стоит мой отец или брат.

Я вплотную подошёл к двери и прижался к ней лбом. Не знаю, почему, но я был уверен, что ведьмак здесь.

— Саша, всё в порядке? — послышался голос Демидова.

Он подошёл ко мне и в напряжении всматривался в моё лицо.

— Он здесь, — еле слышно ответил я.

— Ты уверен?

— Не совсем.

Роман Дмитриевич махнул рукой управляющему. Тут быстро подошёл к нам.

— Кто живёт в этом номере?

— Так-так, минутку, — он принялся рыться в своём списке и озвучил. — Ахмед Челеби — подданный Османской империи.

Демидов внимательно посмотрел на меня и ещё раз спросил:

— Ты уверен?

— Я ещё никогда не искал ведьмака, но думаю, что именно эти эмоции я и должен испытывать.

— Что за эмоции? — уточнил он.

— Не могу объяснить, — задумался я. — Как-будто мы принадлежим к чему-то общему. Будто мы частички одного целого.

Управляющий с интересом прислушивался к нашему разговору и добавил.

— То же самое было у меня, когда внезапно появилась моя сводная сестра, которую я не видел никогда в жизни, и объявила…

— Сейчас не время на досужие разговоры, — прервал его Демидов. — Откройте нам дверь.

— Но я не могу, — испуганно пролепетал он. — А если господин Челеби там не один или спит, а мы ворвёмся к нему без разрешения. У меня могут быть серьёзные проблемы с руководством отеля и посольством Османской империи.

— Проблемы будут у вас за укрывательство опасного преступника, посягнувшего на жизнь Его Величества, — в голосе Демидова послышались металлические нотки. — а проблемы с Османской империей предоставьте решать Министерству иностранных дел!

Управляющий бросил на него испуганный взгляд, видимо вспомнив, с кем он разговаривает, и больше не возражал. Он подозвал смотрителя этажа и велел принести ключ.

— Уходите все отсюда. Быстро! — прикрикнул Роман Дмитриевич, обращаясь к управляющему, переводчикам и смотрителю, который отдал ему ключ от номера.

Те торопливо двинулись по коридору и вскоре исчезли за дверью, за которой находился лифт и лестница.

Демидов вставил ключ в замок, но повернуть не успел. В следующую секунду двери задрожала, покрылась трещинами и разлетелась на мелкие щепки. Мы едва успели броситься в сторону.

— Саша, не лезь, — велел мне Демидов, закрылся защитным магическим коконом и рванул в номер, на бегу создавая разрушительную сферу.

Я знал, что он маг, но никогда не видел его в деле.

В комнате творилась настоящая вакханалия: крики, взрывы, грохот мебели. Я приготовил зельестрел, две пробирки с зельем и хотел зайти в номер, но тут всё прекратилось, и наступила звенящая тишина. Кто-то явно победил. Но кто?

Я осторожно заглянул в комнату и увидел, что древний старец с лысой макушкой и жидкой седой бородёнкой стоит в центре комнаты и с зловещим оскалом смотрит на Демидова, а тот парит под потолком с ошарашенным выражением лица и не может произнести ни слова.

Глава тайной канцелярии попал в ловушку. Читал я про такую в ведьминой книжке. Как только ты попадаешь в круг, где действует заклятье, то теряешь власть над телом. Именно это и произошло с Демидовым.

Надо действовать быстро. Неизвестно, что этот сушенный урюк может сделать с Роман Дмитриевичем. Я снял с предохранителя зельестрел, глубоко вздохнул и забежал в комнату. Хотел выстрелить, но старца и след простыл.

Выходить в окно, находясь на пятом этаже, он точно бы не стал. Значит, прячется в ванной или в шкафу.

Я прошел вдоль стены возле парящего Демидова и рванул на себя дверь ванной, готовый выпустить пулю с «Оковами», но комната была пуста. Не понял.

Открыл дверь шкафа — пусто. Заглянул под кровать — тоже никого. Окна заперты и закрыты на шпингалет. Хм…

Я уже хотел выбежать в коридор, предположив, что ему каким-то образом удалось пройти незамеченным возле меня, но тут я сообразил, как могу найти его. Магический след.

Тем временем глава тайной канцелярии, странно побледнел и беззвучно открывал рот, будто пытался вздохнуть. Горгоново безумие! Так он не может дышать! Это чертов колдун заблокировал ему даже возможность вздохнуть.

Надо действовать быстро, а то Демидов умрёт прямо здесь. Я втянул носом воздух и погрузился в себя. Голубая полоска магического следа проявилась перед внутренним взором. Я запомнил направление куда оно уходило и, открыв глаза, недоуменно уставился на стену. Белую, ровную стену, за которой находился следующий номер.

Он что, прошёл сквозь стену? Не может быть!

Я снова закрыл глаза и сверился с направлением. Ну точно, в стену.

Когда хотел подойти к ней и уже сделал шаг, резко остановился и, недолго думая, выпустил пулю с зельем прямо в стену. Однако она ударилась, не долетая до стены, и содержимое стекло по проявившейся белой бородке. Ведьмак просто спрятался под заклятьем «Мираж». Его я тоже встречал в ведьминской книге, которую успел прошерстить от корки до корки не один раз.

Сначала рухнул на пол старец, пораженный «Оковами». За ним следом упал и Демидов, гулко ударившись лбом об пол. Жадно дыша, он поднялся на ноги и подошел к старику. Тот лежал на боку и не мигая смотрел перед собой.

— Он жив? — отдышавшись, спросил он.

— Да, только не может двигаться. Силён, ничего не скажешь, — я опустился рядом с ним и внимательно осмотрел странное одеяние, больше похожее на женский халат.

Оно было испещрено странными вышитыми знаками, похожими на руны, но я их не узнавал. Также это были не те ведьминские знаки, которые я уже умел читать. Скорее всего ещё один вид магии. Ну или просто ничего не значащие знаки, вышитые вместо узоров.

На запястьях ведьмака висели браслеты разных видов и материалов: железный обруч, хрустальные бусины, косички из конского волоса и разноцветных ниток. Даже чей-то зуб на нитке висел.

Ногти длинные и покрашены в черный цвет, на ногах мягкие кожаные тапочки. Кожа по фактуре напоминала человеческую. Фу-у, об этом даже спрашивать не буду.

—