Но Арес не слышал! Кажется, у него даже волосы дыбом стояли, пока он меня ощупывал.

После уничтожения электронных цепей, его мозг больше не мог проводить полную диагностику моего организма. И слава звездам, а то я постоянно чувствовала себя подопытным кроликом. Но сейчас мне остро захотелось вернуть те времена. Пускай бы проанализировал мое состояние и уже успокоился!

Его отвлек писк зуммера: к нам приближался андроид, толкая перед собой прибор для оказания первой помощи.

— Арес! — вспылила я. — Успокойся уже! Со мной все в порядке.

— Но тебе же плохо! — выдал он с несчастным видом.

— И что? — я уперла руки в бока. — Это всего лишь токсикоз! И в моем положении это нормально.

— Нормально? — теперь он стоял и хлопал ресницами, как некогда я. — Но…

— Да, нормально! С женщинами иногда такое случается. Я беременна, Ари, беременна, а не больна. И уже тем более не умираю.

Он жестом остановил андроида, а потом посмотрел на меня и тихо спросил:

— Как ты меня назвала?

Я недоуменно моргнула:

— Ари, а что?

— Так меня называли родители, когда я был маленьким…

— Извини. Если ты против, я больше не буду так тебя называть, но давай, наконец, выйдем из туалета.

— Нет.

— Что «нет»? Ты хочешь остаться здесь? — я указала на весело булькающий унитаз.

— Называй. Мне понравилось.

***

Но если я думала, что инцидент на этом исчерпан, то крупно ошиблась. Арес поставил на ноги всю местную медицину и выписал мне врача с самой Земли! Несмотря на то, что моя родная планета была закрыта на реконструкцию и посетителей не принимала.

Врачом оказалась женщина моложавого вида, жизнерадостная и симпатичная. Мы быстро нашли с ней общий язык, но первую встречу никогда не забуду.

Гостье выделили комнаты для проживания и оборудовали смотровой кабинет. Я шла в него с некоторой опаской. И не только из-за беременности, а еще и потому что мне предстояло увидеть первую соотечественницу за все это время.

Бесшумно приоткрыв дверь, я переступила порог и замерла, разглядывая женщину, склонившуюся над столом. На первый взгляд — никаких особых отличий. Короткая стрижка, светлые, с розоватым отливом волосы. Кипенно-белая строгая блузка.

Надо сказать, что за прошедшие тысячи лет земляне не сильно-то изменились. Да, перестали болеть и стареть, да увеличили продолжительность жизни и объем памяти в два раза. Но хвостов и крыльев не отрастили, чешуей не покрылись, так что я смогла облегченно вздохнуть.

Но вот незнакомка подняла голову и глянула на меня сквозь… очки! Самые обыкновенные, с голубоватыми стеклами, в громоздкой квадратной оправе, которая еще в мое время считалась старомодной.

У меня и челюсть отвисла. Десять тысяч лет прошло, а на Земле до сих пор не умеют восстанавливать зрение?

— О, — она улыбнулась и коснулась оправы, — вам тоже нравится? Последний писк моды. Кстати, давайте знакомиться, я семейный врач высшей категории Айлин Светлова. Буду курировать вашу беременность и следить за здоровьем будущего малыша.

— Л-лизавета… — выдала я и медленно села на стул, стоящий по другую сторону стола. — Альваринэль. Но вы можете называть меня Лиза.

— А вы меня Айлин. Я уже посмотрела ваши анализы. Там все отлично. Но, если вы не против, я бы хотела сделать кое-какие тесты.

— Да, конечно.

Айлин мне понравилась, но я не могла перестать глазеть на ее очки. Вот зачем они ей? Тем более что заметила блики на стеклах, говорившие, что это не просто аксессуар для исправления зрения, а современный гаджет, позволяющий проводить визуальную диагностику пациента. Но ведь проще все это перенести на контактные линзы!

Андроид-ассистент подключил меня к аппаратуре, на экто-экране заплясали цветные диаграммы.

— Так, посмотрит, что тут у нас, — Айлин поправила очки и начала вводить какие-то данные, от чего диаграммы поменяли свой цвет и из волнистых линий превратились в острые пики.

Я не удержалась. И так сижу вся, как на иголках. А тут еще эти очки!

— Простите за вопрос, но… у вас проблемы со зрением?

— Конечно же, нет!

— Тогда, зачем вам очки?

Она улыбнулась:

— Когда стало известно, что дэйр Девятой галактики женился на землянке, да еще нашел ее в прошлом, у нас на Земле вспыхнул бум на моду двадцатого века. Вы же из двадцатого, да?

Я с трудом сдержала неприличный смешок:

— Вообще-то из двадцать первого. И в мое время такие очки уже не носили. Ну, разве что бабушки.

Айлин недоверчиво приподняла брови. Потом сняла очки, посмотрела на них и вдруг рассмеялась. Через минуту мы уже хохотали вдвоем.

***

Вот так меня огорошили известием, что я, оказывается, стала законодательницей новой моды. Впрочем, это только еще раз подтвердило известную истину: все новое — хорошо забытое старое.

Между тем, время шло. Учебный стиместр близился к завершению, и я в тайне радовалась, глядя, как изменилась моя воспитанница.

Лулу повзрослела. Иногда в ней по старой памяти еще просыпалась капризная принцесса, привыкшая топать ножкой, но все реже и реже. На смену ей пришла другая Лулу — деликатная и тактичная. Обладающая манерами настоящей леди и тягой к знаниям.

Особенно яркие изменения я заметила после того, как Арион рассказал девочке про ее мать. Он уже не казался мне таким властным и надменным, как прежде. Наоборот, под маской всемогущего дэйра оказался обычный мужчина, для которого власть была нежеланным бременем.

Разговор между дочерью и отцом был долгий, я на нем не присутствовала, но после него Лулу несколько дней ходила притихшая. Думала о чем-то своем. А потом подошла ко мне и сказала:

— Я хочу стать как мама.

— В каком смысле?

— Настоящей принцессой.

— А разве сейчас ты не настоящая? — задала я коварный вопрос.

Лулу опустила глаза. Я скрыла улыбку: моя капризуля ковыряла носком напольное покрытие и искала слова.

— Не совсем, — призналась она очень тихо. — У меня есть титул. Но папа сказал, что этого мало.

— Какой у тебя умный папа. И чего же он хочет?

— Чтобы я выросла доброжелательной, справедливой и искренней.

— Хм… — я сделала вид, что задумалась, — знаешь, это очень непросто. Придется приложить много усилий…

Но Лулу перебила меня, не дослушав:

— Я справлюсь!

— Хорошо. Тогда вот тебе первый урок: никогда не перебивай. Слушай внимательно и до конца.

Щеки девочки окрасились пунцовым румянцем. А я добавила:

— И всегда имей смелость извиниться за свои ошибки даже перед тем, кто младше тебя или ниже по статусу.

С минуту она колебалась. На ее лице сменялись эмоции от досады и раздражения до раскаяния и стыда. Наконец, она почти беззвучно шепнула:

— Прости,