при каких обстоятельствах. Рекомендуется держать в рабском ошейнике. Цена выкупа пять тысяч рублей.

Сумов Егор Ильич. Шестьдесят два года. Перевертыш. Охотник с сорокалетним стажем. Азартный игрок. Сразу проигрывает любые деньги, которые появляются у него в руках. Совершил три кражи. Приговорен к семи годам заключения. Отбыл один. Цена выкупа три тысячи рублей. Рекомендуется держать в рабском ошейнике.

Генрих Виз. Саксонец. Вампир. Двести два года. И Карл Виз. Саксонец. Двести один год. Тоже вампир. Конфликт с другими вампирами в Саксонии. Приговорены местными к смерти, но по законам России чисты. Одержимы идеей создания собственных Семей. Цена найма десять тысяч рублей в месяц на двоих. Срок найма пять лет.

Веселова Любовь Ивановна. Восемнадцать лет. Простой человек. Хорошо разбирается в технике и кристаллах. Учителями характеризуется как гений. Рекомендуется на ритуал перерождения в Мага. Увлекающаяся натура, не имеющая авторитетов. Но имеется приписка, что мать слушается идеально.

Веселова Мария Борисовна. Сорок лет. Профессор биологии. Обращена в вампира Семьей Весов как смертельно больной ученый, имеющий высокую ценность для государства. Мать предыдущей девушки.

Комьев Афанасий Геннадьевич. Пятьдесят два года. Маг Пятого ранга. Бывший. Ядро разрушено приговором суда. Маньяк-убийца маленьких девочек. Пожизненное заключение. Хорошо разбирается в теории магии. Цена выкупа тысяча рублей. Ношение рабского ошейника обязательно.

— Вы заранее планировали уничтожение моей команды?

— Не говори глупости, — рассердился Сергей Геннадьевич, — Это усиление, а не замена. Было усилением до сего дня, — поправился вампир.

— Это урод на уроде… — я запнулся, — Ну, ладно, мама с дочкой, вроде, нормальные, но остальные? Алкоголик, игрок, маньяк… Зачем они мне?

— Не хочешь — не бери, — ухмыльнулся Мастер, — Я тебя ни к чему не принуждаю. Но хочу заметить, что всех этих людей легко контролировать.

— По этому признаку вы их и отбирали?

— Именно. Страх и боль позволяют хорошо управлять людьми.

Я закатил глаза. Наглядная демонстрация человека другой эпохи. Рабский ошейник — и не надо волноваться о том, что тебя предадут. А если еще периодически морду бить, так и вообще вернейшего соратника получишь. И плевать на его эмоции и прочие чувства. Дело превыше всего.

Вот только это не мой подход.

— На каких условиях будет строится мое сотрудничество с исследовательским центром? Надеюсь, обойдемся без рабского ошейника?

— Пока таких указаний не поступало, — более чем серьезно заявил Сергей Геннадьевич, — Что касается условий, то платить тебе за это никто не будет. Час в день будешь проводить в компании ученых. Плюс к этому участие в экспериментах любой сложности и продолжительности, раз в неделю.

Звучит неплохо. Время для охоты и самосовершенствования будет достаточно.

— В обратную сторону будешь получать все необходимые тебе вещи и проживать на территории исследовательского комплекса.

— А под необходимыми вещами подразумевается…

— Все, — Мастер широко улыбнулся, — Вообще все. Бюджет неограничен.

Какие заманчивые перспективы. Этак я ведь могу потребовать себе любое оружие, снаряжение, зелья — да и все остальное. Бюджет неограничен. Звучит как музыка. И ведь я даже имя столь щедрого спонсора знаю. Его портреты еще в каждом государственном учреждении страны висят.

Как там говорят? Минуй нас пуще всех печалей и царский гнев, и царская любовь. Так, кажется, писал великий?*

(*Герой немного ошибается. В оригинале «барский гнев и барская любовь»)

Хорошие слова. Правильные. Вот только для меня уже не актуальные. Царь уже заинтересовался мной и, более того, выделяет на этот интерес огромные деньги. А там, где огромные деньги, там и спрос соответствующий.

Вот и думай, переживу я царскую «любовь» или лучше сразу в свободные земли сбежать. С Тварями оно может быть безопаснее будет.

Глава 4

— А не много ли ты, Сереженька, компенсации зверушке своей отсыпал?

— Это была справедливая цена, государь.

— Справедливая цена это рубль за метр. А десять миллионов моих денег это грабеж.

— В рамках установленного бюджета…

— Да плевать мне на бюджет, ты мои деньги разбазариваешь.

— Государь, если вы спокойно…

— Я похож сейчас на спокойного человека?

— Какие будут указания, государь?

— Пошел вон!

* * *

— Ты видел?

— Да, государь. Осмелюсь также сообщить, что Сергей Геннадьевич крайне вольно распоряжается и иными бюджетами…

— Да плевать мне на деньги! Они инструмент и они должны работать.

— Виноват, государь.

— Что там с Ефимом?

— Спрятался, государь. В Архангельск прибыло много сильных магов, желающих получить награду за его голову.

— Ты вот тоже казну не пожалел с этой наградой.

— Согласно вашему указанию, великий государь.

— Все вы так говорите, а деньги исчезают.

* * *

Улетевший обратно в столицу, сразу после разговора со мной, Сергей Геннадьевич оставил вместо себя целых двух людей.

Первого звали Афанасий Петрович, а фамилия у него была Весы. Было ему под двести лет, выглядел он на тридцать, имел военную выправку, щегольские усики на лице и взгляд матерого убийцы, что примораживал любого прямо на месте. Именно этот вампир был назначен руководить научно-исследовательским центром крови и фактически теперь являлся моим непосредственный руководителем.

Ученым Афанасий Петрович не был ни одного дня в своей долгой жизни, но заявил, что руководить твердолобыми умеет. Я ему поверил. Готов поспорить, через некоторое время он будет полностью держать весь Северодвинск в кулаке, а местный филиал Организации Охотников и Комендант будут заглядывать ему в рот и ждать его указаний.

Вторым оставленным рядом со мной человеком был Марк Анатольевич Фатов, и, как следует из его фамилии, он не был вампиром Семьи. Марк Анатольевич выглядел лет на шестьдесят и был живым воплощением слова «апатия». А еще он являлся стряпчим, сиречь адвокатом, и числился в штате «Согласия». Именно ему было поручено организовать здесь дела с точки зрения законности, а заодно и помочь мне с документами и наследством погибших друзей.

Толком поговорить с этими двумя товарищами у меня не вышло, так как каждый из них занялся своими делами, но мы договорились предметно пообщаться завтра. Причем, если со стороны стряпчего это было по той причине, что ему некогда сейчас заниматься мной и есть более важные дела, то Афанасий Петрович явно хотел посмотреть, переживу ли я ближайшую ночь. Странное отношение к «главному активу» будущего исследовательского центра, но не мне советовать древнему вампиру, как относиться к людям.

Переданная мне папка с кандидатами в команду также осталась у меня, но я к ней больше не прикасался. Если Мастеру так нужны эти уродцы, пусть он берет их под свое крыло. Хотя, конечно, карманный алхимик… хочу, очень хочу, но не такого, как мне предложила Семья. Хотя и Сергей Геннадьевича тоже легко понять. Алхимики товар эксклюзивный и