— Системам ПКО — полная боевая готовность! Дистанция кинжальная! — рявкнул Андрей.

По всему корпусу «Перуна» с тяжёлым лязгом поползли в стороны бронеплиты. Из скрытых ниш, сопровождаемые хищным гудением сервоприводов, выдвинулись многоствольные скорострельные турели противокосмической обороны. Корабли его Первого ордера, словно ощетинившиеся сталью ежи, синхронно повторили этот манёвр.

Дело было не в том, что капитан не доверял новым глушилкам «Стражей». Просто он слишком хорошо помнил выкладки инженеров: полностью выключить машины этим полем не удастся. Купол РЭБ лишь разорвёт их связь с центральным Ядром, заставив перейти на примитивные локальные алгоритмы. Рой станет тупее, но не перестанет убивать.

В ответ галосфера взорвалась зелёным.

Громады «Стражей» обнажили сотовые структуры своих полётных палуб, выплёвывая в пустоту сотни звеньев перехватчиков. Управляемые по нейроинтерфейсу живыми пилотами, укрытыми в бронированных утробах носителей, земные дроны ринулись навстречу вражеской волне.

А затем авангард красного облака на полном ходу влетел в невидимую зону действия глушилок.

Это было завораживающее, жуткое зрелище. Идеальный, математически выверенный строй арианцев мгновенно рассыпался. Лишённые направляющей воли Улья, передовые беспилотники словно ослепли: они теряли векторы тяги, хаотично крутились вокруг своей оси и на огромных скоростях врезались друг в друга, расцветая в вакууме беззвучными плазменными бутонами. Им потребовалось несколько критических секунд, чтобы их локальные процессоры перезагрузились и взяли управление на себя.

Этих секунд хватило. Зелёная волна перехватчиков на полном ходу врезалась в дезориентированное красное облако, начиная тотальную, безжалостную резню в ближнем космосе.

— Ударный флот пошёл на сближение! — напряжённо доложила Элия, не отрывая взгляда от пульсирующей россыпи маркеров.

Началась вторая фаза плана. Массивные ордера дрогнули и единым строем двинулись вперёд, сокращая дистанцию. Их задачей было намертво увязнуть в порядках арианцев, заставить рой переключить всё вычислительное внимание на себя и окончательно сковать вражескую армаду боем.

Это было похоже на безумный, ритмичный танец со смертью. Исполины-«Стражи» то разворачивали непроницаемые купола «Скрижалей», поглощая самые тяжёлые сфокусированные залпы машин, то мгновенно сворачивали их, открывая огневые коридоры. В эти краткие секунды уязвимости линкоры и тяжёлые крейсера союзников выплёвывали в пустоту тысячи тонн раскалённой плазмы и бронебойных торпед.

Подобная тактика подвергала эмиттеры щитов колоссальным, запредельным перегрузкам. Металл генераторов внутри кораблей-носителей буквально стонал и плавился от напряжения, грозя выжечь целые палубы, но этот риск оправдывал себя сполна. За первые минуты бойни Объединённый флот потерял лишь часть перехватчиков малого флота, в то время как красное облако на радаре навсегда лишилось нескольких десятков фрегатов и эсминцев.

Однако Андрей без иллюзий смотрел на тактическую сферу. Он прекрасно понимал: это первоначальное везение — лишь отсрочка. Как только флоты сойдутся вплотную и начнётся хаотичная свалка на кинжальных дистанциях, глобальные зонтики «Стражей» станут бесполезны — они просто отрежут своим же кораблям сектора обстрела или сожгут союзников, оказавшихся за периметром.

Там, в мясорубке ближнего боя, каждому капитану придётся надеяться только на толщину собственной брони и прочность локальных щитов.

Десантный флот, который всё это время держался в глубоком арьергарде, вне зоны поражения основных орудий, наконец получил свой приказ.

На тактической галосфере от зелёного строя отделилось несколько быстрых, манёвренных групп. Под плотным прикрытием лёгких, хищных фрегатов лаонесов и эсминцев Торгового Альянса они скользнули в пустоту, огибая эпицентр разворачивающейся мясорубки по широким дугам. Они использовали хаос битвы как идеальную дымовую завесу.

Их задача была предельно ясной: жёсткая посадка на орбитальные платформы и узлы связи. Ударному флоту некогда было отвлекаться на планомерную осаду этих укреплённых точек, поэтому десанту предстояло вскрыть их, как консервные банки, и уничтожить изнутри, вырезав любые расчёты противника.

Наступала третья фаза операции. А это значило, что Первый ударный ордер, замерший в напряжённом ожидании, вот-вот сорвётся с цепи.

Пока что турели ПКО «Перуна» работали вполсилы, лишь лениво огрызаясь короткими очередями по одиночным, дезориентированным дронам врага, которым удалось проскользнуть сквозь мясорубку перехватчиков. Купола РЭБ «Стражей» делали своё дело: главное преимущество арианцев — их пугающая, математическая синхронность — было сломлено.

— Всем постам приготовиться. Скоро наш танец, — негромко произнёс Андрей по внутренней связи. Голос капитана прозвучал в шлемофоне каждого члена экипажа, заставляя подобраться.

Тем временем авангард Ударного флота и армада машин сблизились до средних дистанций. Глобальные щиты «Стражей» здесь теряли смысл — они бы только мешали манёврам своих же крейсеров. Гигантские корабли-носители свернули «Скрижали» до контуров собственной брони, превратившись в неприступные летающие крепости. Эти исполины возвышались в пылающем космосе, словно непоколебимые монолиты, бесперебойно транслируя в пустоту разрушительный белый шум и управляя роями перехватчиков.

Но как только бой перешёл в кинжальную фазу, они столкнулись с суровой реальностью.

Случилось то, чего так опасался Андрей: лишённые спасительных «зонтиков», корабли Объединённого флота оказались один на один с беспощадным огнём роя. Уклоняться от сфокусированных залпов в такой плотной свалке становилось всё сложнее. Локальные генераторы перегревались и схлопывались.

Голограмма тактической сферы вспыхнула тревожным жёлтым, а затем на ней начали гаснуть первые зелёные маркеры. Лёгкие эсминцы и фрегаты союзников, не выдержавшие прямого попадания, один за другим расцветали в вакууме безмолвными шарами раскалённой плазмы и разлетались облаками искорёженного металла. Флот умылся первой кровью.

— Навигатору — проложить вектор прорыва! — скомандовал капитан, не отрывая взгляда от тактической сферы. — Ждём начала «собачьей свалки» и рвём с места.

Ждать оставалось недолго. Спустя считаные минуты передовые порядки флотов окончательно смялись, врезавшись друг в друга, и смешались в смертоносный, хаотичный клубок на кинжальных дистанциях. Строй распался.

Отсюда, с позиции Первого ордера, космос выглядел как сплошное пульсирующее зарево. Вакуум беззвучно пылал от непрерывного обмена плазменными залпами перекрещивающихся лучей и ослепительных ядерных вспышек. Там, в этом рукотворном аду, прямо сейчас заживо горели те, кто нашёл в себе мужество бросить вызов непобедимому страху. Каждая гаснущая зелёная точка на радаре ложилась свинцовой тяжестью на плечи Андрея. Исход этой бойни, всей войны теперь зависел только от одного манёвра.

— Пошли, — тихо, но непреклонно произнёс он.

Главные маршевые двигатели «Перуна» взревели на пиковых мощностях, с силой вдавливая экипаж в ударопоглощающие ложементы. С секундной задержкой, словно стая хищников, за своим флагманом сорвались с цепи остальные корабли Первого ударного ордера.

Эта группа собиралась как скальпель — из самых быстрых и манёвренных вымпелов. Вся ставка делалась исключительно на скорость и перегрузки. Им было строжайше запрещено тормозить и ввязываться в затяжные артиллерийские дуэли. Их единственная задача — чистый прорыв. Объединённый флот прямо сейчас, секунда за секундой, покупал им этот узкий коридор к Сфере ценой собственной крови и обшивки. И Андрей просто не имел