* * *

– Вставай, поехали писать заявление на отпуск, вставай! – растолкала она Сергея в бок в семь утра.

– Ты что, всю ночь не спала? – строго спросил он у жены, глядя на ее бледное лицо.

– Ага, как представлю его запертым одного, так не по себе становится! – ответила Юлия.

– Знаешь, я, мужик, с ним не всегда справляюсь, а ты понапридумывала себе что-то, дрессировщица! – сказал Сергей спросонья.

– Я «напопники» для сноуборда купила, если что, в них буду плавать! Чтоб спасатель меня не съел, – засмеялась Юлия. – И перчаток пять пар купила! – добавила она.

– А шлем ты, случайно, не купила, чтобы как космонавт по поселку рассекать? – спросил муж.

Сергей встал с кровати и увидел две большие собранные еще ночью сумки и кучу пакетов. Рядом с ними стояла клетка с Филей.

– Если что, одна поеду. Я все решила. Жалко мне собаку, без любви и ласки сидит, целыми днями в одиночестве, – уверенно сказала жена.

На радость Юлии, Сергею сразу же подписали заявление на отпуск.

* * *

– Ну, привет, Биг Босс! Не поехал ко мне в город, я сама к тебе примчалась, гостинцев привезла, – сообщила вошедшая на веранду Юлия.

Пес, лежа на сене, мельком взглянул на нее и отвернулся.

Она подошла к собаке, присела и нежно погладила по голове.

– Прости меня, давай дружить! Дай лапу! – ласково стала уговаривать Юлия пса.

Биг Босс медленно встал, подал лапу и лизнул ее руку.

Клетку с Филей Сергей поставил на полку напротив окна с видом на озеро.

Филя с интересом вглядывался вдаль и молчал как партизан.

– Пойдемте купаться! Вода прогрелась, говорят! Боишься, дрессировщица? Я Биг Босса на поводок возьму, – игриво подтрунивал Сергей над женой.

– Ага, только сейчас какой-нибудь ватничек поищу! Не надо поводка, – рассмеялась она.

Юлия вошла в воду вместе с собакой. Зайдя поглубже, она взялась на шею Биг Босса, как за спасательный круг.

– Неси меня, мой дельфин, в открытое море! – сказала Юлия нарочито покорным голосом.

Так, прижавшись друг к другу, они плыли в лучах закатного солнца.

– Эй, вы, картина маслом, возвращайтесь! – позвал Сергей, поднимая брызги, которые обожал Биг Босс.

Они вернулись к берегу, и Юлия с Сергеем плескались и дурачились словно двадцать лет назад.

– Мы с тобой как тогда, помнишь? Как студенты-дикари на молодежной турбазе! – рассмеялся Сергей.

Биг Босс, высунув язык, носился по воде туда-сюда как угорелый. Сергей на мгновение замер. Посмотрел на Юлию, беззаботно игравшую с собакой.

– Как пес изменился! – воскликнула Юлия.

– Это ты его таким нарисовала! – шутя ответил Сергей.

Теплыми вечерами Юлия писала картины у озера, а Биг Босс лежал на берегу, позируя и переворачиваясь с боку на бок, как будто был уверен, что других красот, кроме него, не существует.

* * *

– Пойдем, прогуляемся до рынка, овощей и фруктов купим, – позвал Сергей Юлию и Биг Босса в один из июльских дней.

На небольшом деревенском рынке подвыпивший мужичок торговал незрелыми арбузами. Один, разрезанный напополам, с мякотью бледно-розового цвета, красовался на солнце.

– Это сорт такой, розовый! – врал продавец.

Биг Босс гавкнул, мужик попятился назад. Пес схватил пол-арбуза с прилавка, сооруженного из ящиков, и побежал. Юлия помчалась за ним, пока Сергей расплачивался за украденный товар.

Юлия увидела, что Биг Босс прячется за кучей песка. Пес жадно, порыкивая, грыз арбуз, словно вкуснее в жизни ничего не ел. Он взял большую корку и принес к ногам Юлии.

– Спасибо, мой хороший, поделился. С тобой точно с голода не помрешь! – сказала она со слезами на глазах, представив его маленьким щенком, грызшим арбузные корки у помойки.

«Какой-то неизвестный номер звонит», – глянул на экран телефона Сергей, когда догонял своих.

– Серёга, Серёга, – такой знакомый, но слабый голос прошептал в трубке.

– Костя, родной, это ты? Как ты? У нас все ок, не волнуйся! Пес у тебя мировой! – рассказывал запыхавшийся Сергей.

– Меня в палату завтра обещали перевести, сестричка дала позвонить, – сказал Костя.

* * *

– Соседи, але, есть кто? – кричала костюмер возле дома Кости. – Хочу дом свой продать, прошу недорого, но надо быстро. В Испанию зовут, надоела мне эта деревня! Вам не надо? – спросила она у вышедшего к ней Сергея.

«От тебя точно ничего не надо», – подумал Сергей, но вслух сказал:

– Мы подумаем.

* * *

Через три недели Жулины забрали Костю из больницы. Биг Босс в обнимку с хозяином проспал целый день на диване.

Сергей и Юлия, пробыв пару дней вместе с другом, должны были возвращаться домой.

– Костя, береги себя, не хватайся за тяжелую работу по хозяйству. Холодильник мы затарили, будем приезжать к тебе! В кастрюле борщ! – суетилась Юлия.

– Не напрягайся, тебе сейчас беречь себя нужно, на днях приеду, по хозяйству все сделаю! – пообещал Сергей.

По дороге домой Юлию, держащую на коленях накрытую клетку с попугаем, душили слезы.

«И Биг Босс стал таким родным, скучать по нему буду», – думала она.

* * *

– Але, Юлия, добрый вечер! Щенка можно забирать, – через несколько дней сообщила хозяйка приюта. Разговор они с мужем слушали по громкой связи.

– Серёжа, завези меня в приют, пожалуйста, – попросила Юлия.

* * *

Дома, на огромной лежанке с вышитой надписью «Биг Босс», лежал кверху пузом и сопел крохотный лохматый щенок. Его маленькие лапки подергивались, словно во сне он куда-то бежал.

– Добро пожаловать! Биг Босс – хороший пес. Не ешь меня, большая собачка! – кричал попугай Филя, молчавший целый месяц.

* * *

– Юлька, соня, у меня для тебя сюрприз! Через неделю у нас будет дом в деревне, рядом с Костей! – сказал Сергей утром жене, нежно лизнув ее в нос, как это делал Биг Босс.

Владимир Викто

Черный начинает

Больше всего Черный нуждался в тепле.

Когда из-за крыши дома выглядывало солнце, оно хорошенько прожаривало подставленный живот. Да так, что в полдень приходилось прятаться под старый абрикос.

Под вечер возвращалась Корова. Терлась о ноги Страшидлы, выпрашивала у него для себя плошку молока, а для Черного – остатки обеденной ухи.

Страшидла сначала поднимал шум:

– У-у, Корова! На бока свои посмотри, холера! Раздулась, как старая корова. Все шляешься невесть где. Шлендра!

Но потом отмерял каждому свою порцию, не забывал и себя.

После ужина Корова сворачивалась клубочком возле полуразваленной конуры. Черный пристраивался к ней. Монотонное ее мурлыкание быстро успокаивало. Кроме того, Корова, приведя себя в порядок, принималась вылизывать