Петя увидел деда. Он сидел на кухне и пил чай. Дед любил рано вставать и начинать день с таежного сбора. Как раз около шести утра.

Петя дернулся было к Антипову, но двое парней крепко держали его за плечи.

– Или это ваша точка опоры?

Антипов включил третий экран, и Петя увидел комнату Риты, она потянулась на постели, перевернулась на живот и зарылась головой в подушку.

– Тульпа может сделать с ними все, что я прикажу…

– Я не верю, – стиснув зубы, сказал Петя. – Это мультики, дипфейки. Я знаю, что вы сделали с Морозовым, и со мной это не сработает.

– Может быть, фейки, а может быть, и нет, – пожал плечами Антипов и вопросительно посмотрел на Петю. – Вы хотите проверить?

Петя сделал несколько попыток вырваться – безрезультатно. Он устало посмотрел на Антипова.

– Что вы творите, Владимир Игнатьевич… Если вам дорога память об отце, зачем вы это делаете со мной?

– Я делаю необходимое, Петя. Вам нужно увидеть и понять то, что понимаю я. И я готов на многое ради этого. А на что готовы вы, чтобы не потерять точку опоры – тех, кто вам дорог?

– Ладно, ваша взяла…

Петя тряхнул плечами, пытаясь сбросить с себя охранников.

– Хватит меня держать…

Антипов подал знак не удерживать.

– Что будет в капсуле? – напряженно спросил Петя, растирая плечо, которое один из парней слишком рьяно вывернул во время захвата.

– Ваше сознание сольется с тульпой и моим сознанием в едином психире. Вы поймете возможности тульпы.

– Это капсула для управления тульпой?

– Мне она не нужна. Но для вас это необходимость.

«Петя! – Голос Бехтерева ворвался в голову Пети. – Вы не должны заходить в капсулу».

«Почему?» – мысленно спросил Петя.

«Пока вы в реальности, антитульпа над вами не властна. Я – изначальная тульпа. И я первичен в вас. Но если вы осознаете антитульпу, она сможет управлять вами».

«Как Морозовым и Рукавицыным?»

«Да, вы не сможете противостоять ей».

«Но Антипов смог!»

«Антипов не осознает…»

– Что вы делаете, Петя? – резко вскрикнул Антипов.

– Я ничего не…

– Петя, я чувствую колебания психира. Мне для этого не нужны вспомогательные устройства.

В этот момент лицо Антипова преобразилось. И Петя увидел искаженные черты лица Бехтерева, как виртуальную маску, плохо наложенную с помощью искусственного интеллекта.

– Ну, здравствуйте, Петр Андреевич.

Петя услышал спокойный голос Бехтерева.

– Кто вы?

– Я – Иван Петрович Бехтерев, мы не знакомы, но вы знаете Ивана Петровича, психолога. Он называет себя «изначальный». Но мне не нравится это название.

Было странно смотреть на Антипова и видеть одновременно и его лицо, и лицо Бехтерева.

– Анти-Бехтерев, здрасти, – Петя пренебрежительно кивнул. – Иван Петрович говорил о вас.

– Он добрался до вас раньше меня, подстроил-таки…

– Но почему я вижу вас сквозь Антипова? «Своего» Ивана Петровича я вижу как отдельное существо…

– Владимир Игнатьевич Антипов сам пожелал слиться со мной. А я ему позволил. Он думает, что повелевает мной, – Анти-Бехтерев пожал плечами. – Но я давно уже сам принимаю решения.

– Как это?

– Мне нужно оберегать тайну, Петр. А Владимир Игнатьевич не решался на необходимые действия…

– Так это вы убили Семена Подлипского! – ахнул Петя. – И Сергея Михайлова… Заметая следы! Шишкин – ваших рук дело!

– Не будем вспоминать эти фамилии. Зачем? – Бехтерев-Антипов снова пожал плечами.

– Это убийства! Как вы можете делать вид, что эти люди ничего не значат! Вы чудовище!

– Как вы изящно выразились ранее, это перхоть на моем пиджаке… – Анти-Бехтерев расхохотался.

Отсмеявшись, он вдруг задал вопрос:

– Петр, а чем вас зацепил Бехтерев? Что запустило процесс?

– Случайность. Моя девушка не выходила на связь, я насторожился…

– Случайность?! – антитульпа снова заразительно засмеялась. – Ай да Бехтерев, ай да сукин сын. Недооценил… Вовлечь девушку в секту, чтобы пробудить к себе интерес у героя, – это высший пилотаж.

– Да вы безумны! Вы безумная тульпа! – Петя молниеносно сделал шаг вперед и ударил Антипова по лицу.

Охрана быстро схватила Петю под руки.

– Петя, зачем вы это сделали? – изумленно спросил Антипов, стирая кровь с разбитой губы.

– Владимир Игнатьевич, он вами управляет! Вы его марионетка!

– Чья?

– Бехтерева! Вашего Бехтерева!

– Петя, Бехтерев – это тульпа, у тульпы нет воли, только роль… – произнес Антипов, укоризненно глядя на Петю.

– Вам это только кажется, Владимир Игнатьевич…

– Хватит!

Сквозь лицо Антипова вновь проявился Анти-Бехтерев.

– Какой же вы настырный, Петр Андреевич, – антитульпа зло смотрела на Петю. – Что мне с вами сделать?

– Вы не можете. Я вам неподвластен.

– Верно, – антитульпа задумалась. – Антипов был прав, слияние необходимо. Эти современные технологии и вычислительные мощности – прелесть какая штука!

«Петя, не вздумайте подчиниться! Это для вас конец идентичности и свободы выбора!» – услышал Петя голос изначального Бехтерева в голове. Он снова попытался вырваться из рук охранников, но те держали крепко.

– Ребята, вы должны меня отпустить! Владимир Игнатьевич не в себе!

Петя обратился к начальнику охраны Антипова:

– Олег Викторович, отпустите меня!

Тот нерешительно посмотрел на Петю. И вдруг его черты лица заплыли и сквозь них Петя увидел ухмылку антитульпы.

– Вы думаете, Антипов не познакомил своего помощника со мной? Я его осознал. И я им завладел.

Олег Викторович молча кивнул парням, что держали Петю. И те поволокли его к капсуле. Петя вырвал руку у одного, у второго, пару раз ударил, но силы были неравны. Петя пропустил несколько ударов в лицо и по голове и потерял сознание.

Глава 17, в которой чудовище повержено, но какой ценой

Петя очнулся в камере депривации. На дисплее напротив лица светилась надпись: «Процесс слияния начался». Петя едва смог пошевелить пальцами рук. Он слегка скосил глаза и увидел, что руки крепко пристегнуты ремнями. Он попытался помотать головой, чтобы сдернуть шапочку с электродами, но она сидела плотно. Голова раскалывалась. Болело также лицо и костяшки пальцев. «Значит, кому-то я все-таки успел врезать», – с грустью подумал Петя.

В следующее мгновение надпись на дисплее сменилась, и Петя прочитал: «Процесс слияния завершен». Перед глазами начало все расплываться, как бывает, когда глаза наполняются слезами. Петя зажмурился в попытке смахнуть слезы. А когда через мгновение открыл глаза, обнаружил себя сидящим за столом в кабинете Антипова в Москва-Сити.

– Что за… – Петя резко встал со стула.

У окна спиной к Пете стоял Антипов. Он медленно повернулся.

– Вот мы и встретились в психире.

– Как я попал в Сити, Владимир Игнатьевич?

– Но вы не в моем кабинете, Петя. Вы в капсуле, куда вас, к сожалению, пришлось поместить, применив силу.

– Как это? Я могу отличить реальность от