– Этот нюанс – это вы… – закончил за Антипова Петя. – Вы хотели бы массово влиять на людей через тульпу, но не можете справиться один.

– Да! В этом проблема. У тульпы нет ограничений. Но есть ограничения у меня.

– Вам нужно придумать, как подпитывать тульпу без вас.

– Ты снова зришь в корень, Петя. И я нашел способ.

Антипов остановился перед внушительного вида металлической дверью с электронным замком с отпечатком пальца.

– Мы сейчас зайдем в комнату, я попрошу соблюдать тишину. За этой дверью то, что ты, Петя, наверное, назовешь «усилителем психира».

Антипов улыбнулся и открыл дверь отпечатком пальца, впустил Петю и Олега Викторович, дверь за ними закрылась.

– Располагайся.

Петя осмотрелся. В помещении без окон в полумраке он разглядел пульт управления с мониторами, за которыми сидели два сотрудника в серой униформе. Они поздоровались и продолжили следить за цифрами на экранах.

Петя не сразу понял, что за стеклом за пультом по кругу расположены пять боксов, похожие на горизонтальный солярий.

– Что это?

– Это капсулы сенсорной депривации, несколько модифицированные.

– В них люди?

– Да. – Антипов обратился к одному из операторов: – Дима, покажи.

– Владимир Игнатьевич, нежелательно, большая нагрузка на нервную систему.

– Но ты все равно покажи.

Парень кивнул и нажал несколько клавиш. Крышка одной из капсул стала прозрачной. И Петя увидел девушку в купальнике, лежащую на мягком матрасе, повторяющем форму тела. На голове у нее была шапочка с электродами. Свет от пультовой попал в капсулу, и девушка немного нахмурилась.

– А теперь сделай проекцию, – велел Антипов.

Оператор вывел на экран картинку – человеческий мозг в разрезе, подсвеченный разными цветами.

– Петя, ты видишь сейчас мозговую деятельность в реальном времени. Девушка в настоящий момент просыпается, и картинка меняется. Но если ее задействовать… Дима, включи систему, пожалуйста.

Оператор нажал на клавиши, капсула перестала быть прозрачной.

– Дима, выведи голограмму. Петя, надень очки, – скомандовал Антипов и протянул Пете 3D-очки, такие как выдают в кинотеатрах.

– Посмотрим «Аватар. Путь воды»? – неуверенно пошутил Петя.

– Это гораздо лучше, Петя.

Петя нацепил очки.

– Готово, запускаю дисплей.

Над каждой капсулой возникла голограмма человеческого мозга с нейронной сетью. Нейронные связи были равномерно подсвечены синим цветом.

– Красиво, – пожал Петя плечами.

В этот момент оператор начал зачитывать в микрофон:

– О локализации сознательной деятельности у животных и человека. Бехтерев Владимир Михайлович. Санкт-Петербург, 1896 год.

По окончании этих слов голограмма стала пульсировать яркими точками.

– Что происходит? – Петя восхищенно смотрел на нейронную сеть нескольких человек.

– Эффектно, верно?

Антипов надел перчатку и жестом смел с голограммы несколько нейронных сетей, а затем вернул обратно.

– «Особое мнение» помнишь? Фильм с Томом Крузом… Мечтал о таком с юности… – Антипов играючи сделал еще несколько жестов. – Экран, проектор, система жестового управления стоят, как крыло самолета, но красивая визуализация получается!

– Наверняка какой-то из ваших стартапов?

– А это имеет значение? – пожал плечами Антипов и продолжил: – Важна не сама голограмма, а то, что она визуализирует. Так, Петя, выглядит работа мозга с психиром, тем самым психическим эфиром – полем, которое создается сознанием людей.

– Это безопасно для тех, кто в капсулах?

– Все испытуемые тщательно отобраны, прошли подготовительные ступени сначала в Москве, затем здесь в Подмосковье, имеют большой опыт медитаций. Да, конечно, существует вероятность перегрузки. Но мы контролируем все жизненные системы. И в случае малейших сбоев прекращаем воздействие.

– С Настей произошел такой сбой?

– Боюсь, что да. Но я уверен, наши специалисты справятся.

Петя молча смотрел на Антипова.

– Не играй желваками, Петя, здесь нет злого умысла. Если бы я знал про вашу девушку, я бы близко не подпустил ее к капсуле. Но увы… Пути психира неисповедимы, – усмехнулся Антипов.

– Это кажется вам смешным? – тихо сказал Петя.

Антипов не сразу ответил. Он мельком взглянул на Олега Викторовича, и тот, молниеносно считав просьбу, аккуратно выпроводил операторов из комнаты.

– Петя, послушай. Замысел, который можно воплотить с помощью этих исследований, грандиозен. И на этом пути возможны потери. Как на пути к достижению любой большой цели.

– Чего вы добиваетесь?

– Встреча с Бехтеревым открыла колоссальные возможности. Я не до конца понимаю природу этого явления, а Бехтерев, безусловно, явление. Но этот инструмент открывает все двери… Вот ты говоришь о мести. Но это такая мелочь! Мне скучно об этом вспоминать. С помощью тульпы и технологий, в том числе тех, которые ты видишь сейчас, я могу направить общество, экономику, политику на развитие того, что по-настоящему важно!

Антипов бросил взгляд на ярко полыхающую голограмму и сел за пульт. Он несколько секунд изучал данные с мониторов, а потом сместил несколько тумблеров на себя.

– Чуть снизим интенсивность, – слегка напряженно сказал он. – Так, на чем я остановился?

– Вы рассказывали о том, что считаете по-настоящему важным.

– Да, спасибо, Петя. Скажи, тебе известно, что такое распределенные вычисления?

– Да, – Петя пожал плечами. – Объединение компьютеров в сеть для решения сложных задач типа шифровки больших данных или решения сложных химических уравнений, в энергетике используются… Да много где сейчас.

– Отлично, тогда мне будет проще объяснить. У большинства людей избыток психической энергии. Люди используют то, что им дано, не полностью. И даже не представляют, какими обладают возможностями. Они доводят свою жизнь до автоматизма. Их трудно судить, психика так устроена, что стремится к упрощению, по принципу энергосбережения. Но если все просто, отсутствует развитие, наступает застой. Тебе наверняка известна статистика, что на пенсии люди быстро стареют и умирают. А все почему? Внешнего стимула к деятельности уже нет, а внутренний стимул человек не научился формировать. Но это лирика…

Антипов еще раз посмотрел на приборы и чуть прибавил интенсивности. Теперь голограмма горела ровно, освещая все вокруг голубовато-фиолетовым светом.

– Так вот, я беру то, что людям не нужно. Use it or lose it!

– Use it for what? And how does it work? Используете для чего и как? Не понял…

– Для чего – для синхронизации индивидуальных сознаний и усиления намерения в психире. А как…

Антипов кивнул на голограмму.

– Здесь ты видишь начальный этап экспериментальной стадии – усиление намерения с помощью камеры сенсорной депривации. Камеру мы несколько модернизировали, медитирующие находятся не в солевом растворе, а на специальной подушке, которая обеспечивает похожий эффект. И оснастили ее нейрокомпьютерным интерфейсом для усиления и синхронизации психической активности. Пока интерфейс неинвазивный, а потому потери большие. Инвазивные Сомов не решается использовать, считает, что вмешательство в мозг здорового человека пока преждевременно.

Антипов с сожалением покачал головой, но тут же оживился.

– Но со временем и до этого дойдем. Тем более что в центре