лучи, блестели нежным глянцем. Захотелось нарисовать такой натюрморт: прозрачное стекло, голубое небо с тонкими облачками за ним, ветви лип, радостно приветствующих новый летний день, а на подоконнике графин с водой и невскрытое письмо.

Медлить смысла нет. Я глубоко вздохнула, задержав воздух в груди, зажмурилась и сломала печать. После этого стало чуть легче, я снова стала дышать и быстрыми движениями достала из конверта сложенный пополам лист, развернула его. Взгляд побежал по каллиграфически выведенным строкам.

Ничего ужасного. Король выражал искреннюю радость в связи с полученным известием о том, что Крис разыскал дочь Клариссы, исчезнувшей много лет назад любимой кузины его величества. К сожалению все предпринятые попытки найти принцессу и понять причины её бегства, результата не дали, но знакомство с племянницей несколько утешит членов королевской семьи. Далее следовало приглашение посетить столицу в любое удобное время и совет воспользоваться прямым порталом. На связанные с путешествием расходы мне уже перечислена необходимая сумма.

Глядя на цифры, я не могла поверить. Да тут хватит и на оплату портала в обе стороны и на то, чтобы обновить гардероб, заказав самые дорогие наряды и обувь. Ещё и останется! Первой мыслью у меня было: вернуть долг Тедиону. После нашей размолвки, меня тяготила мысль о том, как он потратился, сопровождая меня в Сэльрон.

Да-да! Я сделаю это, пусть не думает, что леди, которую он почему-то считает своей сестрой, нуждается в его подаяниях!

Только для начала я должна ответить своему венценосному дядюшке.

Перешла к столу, села, взяла перо и бумагу, задумалась. Обещать что-либо не хотелось. Более того, стремления посетить столицу я не чувствовала. Не зря же моя мать сбежала из дворца! Значит, что-то там ей не нравилось. Тогда почему вдруг понравится мне? Что если меня не отпустят обратно к отцу? Вполне могут подобрать внезапно объявившейся принцессе какого-нибудь высокородного жениха и оставят при дворе. Хорошо известно, что принцы и принцессы вынуждены заключать династические браки, скрепляя сердце и не давая волю чувствам. Не потому ли моя мать предпочла скитаться, чем идти замуж без любви?

Зарекаться не стоит, мне любопытно побывать во дворце и познакомиться с августейшей роднёй. Хотя первое впечатление о троюродном братце у меня сложилось не очень приятное. Он злился из-за вывешенного в салоне портрета его родителя и не хотел слушать моих оправдания. Чуть ли не плахой грозил! Пожалуй, стоит повременить.

Так я и ответила. Поблагодарила за внимание и проявленный ко мне интерес. Заверила, что обязательно воспользуюсь королевской щедростью и навещу семью, но сделаю это позже, когда завершу кое-какие срочные дела.

Перечитала несколько раз, запечатала, написала имя получателя и адрес, пошла в отцовский кабинет, где положила письмо в шкатулку и быстро, чтобы не передумать, захлопнула её.

Глава 37

Тедион Конни

Маэлиса так же стремительно покинула допросную, как и появилась в ней. Мы с лейтенантом увлеклись беседой и не заметили, как художница дорисовала портреты мага и ушла. Даже не попрощалась. А у меня было столько вопросов к ней! Тех вопросов, которые я бы хотел обсудить без стражей, так сказать, по-родственному. Я уже собрался догонять леди Леви, но Творкаль остановил меня, напомнив, что я просил для себя копию рисунка.

— Пройдёмте ко мне в кабинет, — рассматривая работу Маэлисы, предложил следователь. — Выпьем чаю, дождёмся, когда сержант принесёт вам экземпляр этого чудесного документа. У вас очень талантливая сестра, граф!

Я нервно кивнул. Отрицать было глупо. Портреты получились очень похожими, что в анфас, что в профиль. Теперь преступник, если только он не догадался изменить внешность, скрыться не сможет.

— Так вы полагаете, он явится на заседание комиссии по наследству? — спросил меня Творкаль.

Я передёрнул плечами:

— Иначе зачем он всё это затевал? Конечно, придёт. Наверняка у него на руках будет фальшивая доверенность от Маэлисы.

— Вы уверены, что сестра непричастна?

— Уверен. Более того, я думаю, её приёмный отец тоже ничего не знает о мошенничестве.

— Об этом судить рано, — с сомнением покачал головой Творкаль. — К сожалению, по требованию леди пришлось отпустить господина Леви, а так неплохо было бы допросить его с помощью вашего артефакта.

Я нахмурился и отрицательно покачал головой. Как бы я ни был расстроен тем, что мы с Маэлисой оказались кровными родственниками, огорчать девушку не хотелось. Она точно не будет в восторге, если воспитавший её человек подвергнется такому же допросу, как приспешник мафиози.

Чай нам принесли горячий и неплохой. Я выпил чуть больше половины кружки, и как только были готовы магически размноженные изображения мерзкого колдуна, я схватил поданный мне лист и поспешил уйти. В гостинице меня ждало послание от нотариуса. Фаис Релиан уведомил, что заседание комиссии по наследству назначено на завтра, и лучше бы мне там быть. Разумеется, он в любом случае сумеет отстоять интересы сына своего друга, однако моё отсутствие может быть истолковано превратно, что создаст дополнительные сложности.

Я сразу же ответил, что непременно буду, и стал собираться. Ругал себя за нерешительность: всё-таки нужно было рассказать сестре о преступнике, который воспользовался её именем для личного обогащения. Анализируя своё желание отложить выяснение всех обстоятельств, я пришёл к выводу, что просто не был до конца убеждён в своих выводах о непричастности Делеса Леви к попытке оставить меня без наследства. Показаться кому-либо наивным и доверчивым простаком совсем не хотелось. И вот, приходится покидать Вергас, так и не поговорив с Маэлисой по душам.

— Может, оно и к лучшему, — сказал я вслух, складывая вещи в чемодан. — Завтра на заседании всё окончательно прояснится, после можно будет обсуждать наше будущее без экивоков.

Пока я собирался, Фаис Релиан успел не только получить и прочесть письмо, но и ответ прислал. Горничная доставила конверт мне в номер и, увидев раскрытый чемодан, печально спросила:

— Покидаете нас, ваша милость?

— Загостился, — кивнул я. — Пора возвращаться к привычной жизни.

— Позвольте, я помогу.

— Да, буду признателен, — улыбнулся я, прекрасно понимая, что девушка справится с укладкой моих вещей гораздо лучше.

Горничная сделала книксен и принялась за работу, а я уселся за письменный стол и распечатал послание нотариуса. Тот очень обрадовался моему согласию присутствовать на заседании комиссии. Как будто были другие варианты! Похвалив меня за разумное решение, господин Релиан предложил своё гостеприимство. Он уверял, что удобнее будет переночевать у него в доме, чтобы не тратить драгоценное время на обсуждение утром.