от нас барьером и решёткой половину комнаты. Я порадовалась этому обстоятельству: было страшновато видеть преступника в непосредственной близости. Это был взрослый человек, ничем особенно непримечательный. Я лишь обратила внимание на его сюртук — одна пуговица отличалась от остальных формой и цветом. Как ни странно, следователь заговорил как раз об этом:

— Мы нашли твою потерю, Чек, — он указал на пуговицу. — Знаешь где?

Преступник вытаращился на Творкаля и замотал головой:

— Откуда ж мне знать, чего и где вы нашли?

— На берегу пруда в имении Конни, — усмехнувшись, ответил следователь. — Расскажешь, как ты там оказался?

— Я? — испуганно спросил Чек. — Так вы не по нападению на «Ассорти» работаете?

— Говори, гад! — не выдержал Тедион.

Преступник бросил на него затравленный взгляд:

— Это ещё кто?

— Сын убитого Ланцена Конни… — начал граф, но Творкаль сделал ему знак, умоляя не вмешиваться.

— Вы чего это на меня вешаете, господа стражи? — заволновался Чек. — Не знаю я никакого Коня. Не был нигде. А пуговица и не моя вовсе. Мало ли похожих?

Лейтенант взял переданный ему вошедшим стражем прозрачный пакет и покачал им в воздухе у самой решётки, позволяя подследственному его рассмотреть.

— Магическая экспертиза легко покажет, где эта пуговица была пришита и где найдена.

Лицо Чека стало серым, но тот продолжал упорствовать:

— Ну и что, что найдена… Мало ли. Гулял где, да запямятовал.

— Так ведь не один гулял, а с графским управляющим. Да ещё подговаривал его хозяина предать.

— Нет! Не докажете!

— Отчего такая уверенность? Очень просто докажем. Жак Полл подтвердит.

— Ничего он не подтвердит! — отчаянно замотал головой подследственный. — Не помнит, потому что…

— А-а-а… — обрадовался, подловив его, Творкаль. — На колдуна-сообщника надеешься? Да только на этого умельца у нас и свои маги имеются.

Чек ещё сильнее потемнел и отчаянно потряс головой:

— Оговор это! Сам своего хозяина обобрал, а на других вину перекладывает.

— У нас ещё свидетель имеется! — не выдержал Тедион.

Лейтенант укоризненно покачал головой и продолжил мысль графа:

— Ваш разговор подслушивали, Чек. Нам известны все подробности.

— Как? Кто? Не было там никого, — забубнил преступник.

— Паренёк в кустах прятался. Ещё что-то хочешь сказать?

— Э-э-э… — Чек собрал кожу на лбу в гармошку и, чуть подумав, заговорил: — Ежели я и просил копии документов принести, так это ж не убийство. К убийству не причастен.

— Верю, — кивнул следователь. — Да вот беда, суд за не имением других подозреваемых тебя приговорит.

— Приговорит?

— Разумеется! А как ты хотел? Убийство аристократа без последствий не оставят. Казнят тебя, даже не сомневайся.

Испуганный мужчина схватился за шею, как будто представив холодное лезвие топора, коснувшееся кожи.

— Так ведь, это… Я ничего такого не делал. Как мне оправдаться?

— Очень просто! — Творкаль говорил с доброй, подбадривающей улыбкой, с какой обычно уговаривают ребёнка выпить горькое лекарство: — Назови имя человека, поручившего тебе обман несчастного Полла. Он ведь маг?

Подследственный сначала закивал, а потом активно затряс головой:

— Маг! Он обещал, что управляющий забудет меня! Только… Только имени его я не знаю!

— Плохо, — огорчился следователь. — Очень плохо. — Понаблюдав за эмоциями ужаса и безнадёжности на лице Чека, он взял в руки ленту с небольшими круглыми дисками, продемонстрировал её преступнику: — Но я могу тебе помочь. Надень этот артефакт и вспомни свой разговор с колдуном. Это убедит нас, что не ты организовал  мошенническую схему и не имеешь отношения к убийству. Согласен?

— Да! — обрадованно воскликнул мужчина. — Конечно, я согласен.

Дальше стало происходить что-то странное. Как только артефакт оказался на голове Чека, перед нами возникла иллюзорная, но вполне чёткая картинка. Её видела не только я. Тедион спросил, что это за место, а Творкаль ответил, что это комната в доме одного из мафиозных баронов. После этого началось действие, а граф и следователь замолчали, вслушиваясь.

Мы видели происходящее глазами Чека, именно к нему обратился богато одетый мужчина:

— Сейчас сюда придёт заказчик, сделаешь всё, что он попросит.

— Слушаюсь, — прозвучал голос Чека.

Мафиози вышел, вместо него вошёл приличного вида человек с умным и внимательным взглядом. На вид ему было лет шестьдесят пять. Седые волосы обрамляли внушительную блестящую лысину. Морщины глубоко рассекли лоб. Брови кустились, из ушей и носа торчали волоски. Я подумала, что могущественный маг должен бы иметь средства и возможность привести свою внешность в порядок. Либо не придаёт ей значения, либо по какой-то причине разорён.

Нам пришлось выслушать подробные инструкции: что и как должен делать исполнитель. Чеку предстояло поговорить с управляющим имения Конни, получить от него требуемые бумаги, после чего отправить их магической почтой в столицу герцогства на адрес третьесортной гостиницы для господина Икс.

Судя по всему, это была единственная встреча исполнителя и заказчика.

Изображение покрылось дымкой и исчезло. Творкаль разочарованно вздохнул:

— Больше ты его не видел?

Чек затряс головой.

— Не видел, господин страж. Пусть Маура покарает меня за клятвопреступление, если лгу. Всё сделал, как просил этот колдун. Забрал у Жака документы, отправил по нужному адресу.

— И даже не полюбопытствовал, кто проживал в этой гостинице? — недоверчиво спросил Творкаль.

— Как же! Заехал. Да только мне сказали, что письмо забирал не постоялец, а посторонний, сказав, что послание случайно к ним попало, а он и есть этот самый Икс.

— Имя наверняка фальшивое, — подал голос Тедион.

Следователь кивнул, соглашаясь. Приказал вернуть артефакт и уводить арестованного.

— Вы знаете этого человека, граф? — обратился к Теду следователь.

— Никогда не видел, — ответил тот и посмотрел на меня: — А вы, леди?

— Что я? — растерянно спросила я.

— Вам знаком господин Икс?

— Что за странное предположение? Откуда мне знать какого-то колдуна?

— Жаль, что артефакт не позволяет получить изображение преступника, — вздохнул Творкаль, возвращая ленту графу. — Не представляю, где и как его искать.

— Если позволите, могу нарисовать его, — предложила я.

— О! — обрадовался Творкаль. — А я и забыл, что у нас есть живописец! Это было бы чудесно, леди Леви. Что для этого требуется?

— Бумага и грифель, — я усмехнулась и добавила с улыбкой: — И пожалуйста, отпустите моего отца. Уверяю, господин