что никто и не предлагает один крейсер сократить на одну треть. Я видел, правда, в одном французском журнале карикатуру, как на одной лошади сидят три французских кавалериста с надписью «сокращение армии на одну треть». Но с крейсером даже и этого нельзя проделать. Но зато я скажу – можно сократить три крейсера на одну треть. Можно сократить 33 подводных лодки на одну треть и т. д. и т. п. И это сокращение в течение года должно быть произведено экспертами, сведущими в этих вопросах в большей степени, чем некоторые другие. Не будучи специалистом военного дела, я заранее могу сказать, что все это не представляет непреодолимых трудностей, тем более, что в анналах даже еще печальной памяти Лиги наций имеется много материалов по этому поводу, разработанных в свое время, ибо в течение двух десятков лет разрабатывались вопросы о сокращении вооружений, в том числе и на одну треть. Еще американский президент Гувер вносил аналогичное предложение, и вносила такие предложения о всеобщем сокращении вооружений и советская делегация двадцать лет тому назад.

Есть множество материалов такого рода, которые дают возможность технически справиться с задачей, трудность которой так подчеркивается сейчас противниками этого предложения только для того, чтобы этой трудностью отпугнуть от принятия этого предложения.

Оказывается, нельзя сократить на одну треть флот, если имеется один крейсер, оказывается – нельзя сократить флот, если имеется один дредноут. Нет, все это задача разрешимая, точно так же, как разрешимы все задачи, перед которыми стала втупик английская делегация, когда она задавала вопрос: «А что такое вооруженные силы?»

Я кратко мог бы, пожалуй, объяснить. Я просто сослался бы, скажем, на мирный договор с Италией или на мирный договоо с Болгарией и с Румынией, где употребляется термин «вооруженные силы» и где в приложениях даже нет никакого объяснения понятия этого термина, хотя имеется объяснение ряда других терминов, но ведь это же элементарно. Если г-ну Макнейлу кажется очень трудным решить эту задачу, то, я думаю, найдутся специалисты этого дела, которые сумеют разрешить такую проблему – определить, что такое вооруженные силы.

Но важно нам ответить на одно – Советский Союз говорит: все вооруженные силы – и сухопутные, и морские, и военно-воздушные пяти великих держав – все вооруженные силы подлежат сокращению на одну треть. И говорят нам после этого: это не ясно, это туманно, это не реально. Ну, знаете ли, это можно говорить, конечно, по всякому решительно поводу. Можно тогда вообще эту фразу раз навсегда затвердить и повторять при каждом рассмотрении каждого проекта для того, чтобы за эту фразу спрятать свое отрицательное отношение вообще к самому принципу сокращения вооружений и вооруженных сил.

Вот почему я и говорю, что можно успокоить английского представителя, что все эти вопросы нетрудно будет решить в процессе последующей работы на протяжении года. Ведь неправильно делают те мои коллеги, которые утверждают, что советская делегация предлагает немедленно осуществить сокращение вооружений и вооруженных сил. Это неправильно. Мы не предлагаем немедленно сократить, а говорим: в течение года. Вы, может быть, считаете, что год это очень маленький срок, но я не слышу других предложений. Год – это срок солидный. Значит, не немедленно, а в течение года.

Потом Бельгия говорит: «Мы не согласны на сокращение». Но ведь, господа бельгийцы, мы вас и не приглашаем к этому делу. Мы предлагаем это пяти великим державам. Мы знаем, что вы не согласны* Вы и не решаете этого дела, потому что решают дело пять великих держав, у которых подавляющая масса вооруженных сил. Почему вы так горячитесь? Почему вы такую активность проявляете? И резолюцию внесли. Но было бы более понятно, если бы резолюцию внесли бы США, или внесли бы англичане, или даже французы, или даже Китай. Во всяком случае, эти доводы не имеют решительно никакого значения.

Английский представитель говорил еще, что он должен откровенно признать, что «некоторые государства едва ли могут провести дальнейшее сокращение, не подвергая опасности выполнения своих основных обязательств, таких, как поддержание порядка, возможно, во многих частях мира».

Значит, выходит так, что во многих частях мира сейчас британские вооруженные силы поддерживают порядок. В этих многих частях мира, как известно, почва горячая. В некоторых случаях она даже горит под ногами этих самых вооруженных сил и людей, которые наводят там порядок. Вот для этого нужно держать вооруженные силы, и поэтому не могут эти государства сократить свои вооруженные силы. Великобритания здесь перекликается с Китаем, с той только разницей, что Китай употребляет эту аргументацию в порядке внутреннего употребления, а Великобритания – в порядке внешнего употребления. *

В этой связи вполне понятно заявление г-на Макнейла о стратегическом интересе Великобритании в Греции. Раз стратегический интерес в Греции, значит войска. Раз стратегический интерес в Китае, значит войска. Раз стратегический интерес в Индонезии, значит войска. Да, ну, как же можно в таком случае сокращать войска? Конечно, те государства, которые по уши влезли во всякие военные авантюры в разных частях мира, – они, конечно, не хотят принять наши предложения.

Вот, в сущности говоря, главные возражения противников советских предложений, и вы сами можете теперь судить, насколько они выдерживают критику. Нам кажется, что они не выдерживают критики потому, что в этих возражениях упускается из виду главное и основное, и вместо главного, основного, выдвигаются на первый план второстепенные вопросы, а главные вопросы вуалируются и отодвигаются куда-то в даль.

5. Итоги и выводы

Нам говорят о том, что, прежде чем принимать предложения Советского Союза о запрещении атомного оружия и о сокращении вооружений и вооруженных сил пятью великими державами на одну треть, необходимо обеспечить международное доверие. Но международное доверие должно быть обеспечено и для принятия любых других предложений. Кроме того, принятие советских предложений безусловно будет содействовать укреплению международного доверия.

Нам говорят, что необходимо предварительно иметь точные и полные сведения о количестве вооружений и вооруженных сил всех заинтересованных государств. Но советские предложения предусматривают представление международному контрольному органу именно всех этих необходимых сведений.

Нам говорят о необходимости обеспечить контроль за выполнением этих предложений. Но предложения советской делегации точно указывают и на необходимость организовать контрольные органы – международный контроль, на который и возлагается настоящая задача.

Нам говорят о необходимости учредить международный контроль, особенно в отношении запрещения атомного оружия. Но Советский Союз предлагал договориться об одновременном заключении и введении в действие двух конвенций – о запрещении атомного оружия и о контроле над атомным оружием. Это предложение, однако, не было принято, и