А если не будешь… близко ко мне не подходи, поганец! Элисон!

– Да? – чуть ли не с восторгом отозвалась девушка.

– Там, где ты живешь, найдется свободная комната?

– Уверена, – кивнула Элисон, помня, что примерно половина комнат свободны.

– Отлично! Я сейчас возьму белье и расческу – и иду. Борг, ты нас подвезешь?

– Разумеется, Алина.

Женщина развернулась и вышла.

Альдо выпрямился.

– Ах, вот оно что! И давно ты… и она… как давно вы оскверняли своей похотью мой кров?!

Борегар Вальдес сделал один шаг вперед – и Элисон тихонько зааплодировала. Она бы и сама, с удовольствием…

Удар под ложечку вышел такой, словно рент Борг его регулярно практиковал. А может, так и было, на шахте-то! Народ там разный встречается, нежный цветочек с шахтерами не справится.

Альдо согнулся, и его унесло в угол гостиной. Элисон бы еще с ноги добавила, но рент Борг решил не добивать. Зря…

– Женщин благодари! Не то тебя бы и шакалы не нашли, понял?

Вышло так выразительно, что Элисон бы и с менталом лучше не выдала. Она-то могла напугать, а Борегар Вальдес всерьез говорил. И не просто собирался, он и МОГ это сделать. И вот эта уверенность пугала хлеще всякой магии.

Ругаться? Орать?

Да Альдо скорчился за диваном и хрюкнуть оттуда боялся! И правильно, Элисон бы точно его приложила! Чтобы икал и писался! Кошмар уже был отработан на четверых паршивцах, ну и еще одному сгодится… злость брала!

Отец, мать его виверной драной! Да ты должен орать и бегать, всех на уши ставить, девчонок искать, а ты про какой-то позор?! Гр-р-р-р-р-р-р!!!

Алина вышла ровно через пару минут, Альдо даже в себя прийти не успел, куда уж что-то говорить? И бессильно наблюдал из-за дивана, как все трое выходят из дома, как садятся в рамбиль, как тот удаляется прочь от дома…

Боги, за что?!

Где прогневил я вас?!

Какой позор на мою седую голову, какой ужасный, непредставимый позор!!!

* * *

– Рент Борг? Лисси?

Рена Шафф только брови подняла, глядя, как все трое входят в дом. Нет, двоих-то она и ждала, но Алину Эрмерих?

Узнала она ее сразу, чего там не узнать, все в храм ходят. А уж Алинин муж, считай, службы не пропускает, очень гордится тем, что ему доверяют полы в храме мыть да подставки для свечей оттирать. Вот можно подумать, его это к богу приблизит! Или к богине!

Видела его Астрид и для себя решила, что дрянь он, особо опасная. Потому как лицемерная! Обычная-то дрянь – что? Гадит и гадит, понятно, работа у нее такая, хоть прямо, хоть исподтишка. А вот этот подгадит, а сделает все с красивыми словами о богах, о вере, ты еще себя и виноватой почувствуешь. Хотя кое-что про него Астрид знала, могла сказать, ну да не в ее привычках в чужую семью лезть. Так, когда они один на один были, намекнула паршивцу, чтоб лишний раз при ней помалкивал, он аж задергался.

– Рена Эрмерих?

– Рена Шафф, простите, но мне некуда идти. Вы сможете меня приютить в своем доме ненадолго?

– Смогу, конечно. Так… Лисси, детка, поздно уже, гляди, темень какая на улице! Иди-ка ты спать!

– Рена Шафф…

– Чтобы постель постелить, ума не надо, это мы с реной Эрмерих сами справимся. Она мне заодно и расскажет, что случилось, почему она тут. А тебе с утра на работу!

Элисон развела руками. Мол, что есть, то есть.

– Кушать хочешь?

– Нет уже.

– Тогда шагом марш! А мы тут посплетничаем о своем, о женском.

Борегар Вальдес даже поежился чуточку, так это грозно прозвучало.

– Рена Шафф, я тогда пойду, наверное?

– Куда это, рент Вальдес?

– Ну…

– Вы что – сейчас поедете в горы? На свою шахту?

– Я завтра приеду, надо же Алину отвезти в полицию.

– Вы сейчас пойдете на кухню, там как раз щи доспели, вот, не стесняйтесь. Чесночок там рядом, на тарелочке, сметанка свежая, не стесняйтесь. Хлеб найдете?

– Да уж не промахнусь.

– Вот и отлично. Переночуете у меня, комнаты есть свободные, а уж завтра с утра вдвоем и поедете отсюда. Алина захочет, так сюда и вернется.

– Спасибо, рена Шафф.

– Пошли, поможешь мне кровати застелить. – Астрид кивнула в сторону лестницы. – Заодно и расскажешь, чего у тебя там такое случилось.

Алина и не спорила. Расскажешь… да как о таком рассказать!

Ведь сколько лет они уж с Альдо вместе, ей восемнадцать было, как она за него вышла. Уж почти тридцать лет… она думала, всегда может на мужа рассчитывать, положиться на него, ну зануда он и своими поучениями кого хочешь уморит, но надежный ведь! И за девочек в огонь и в воду! И любит их… а сейчас осыпалась эта уверенность, трескалась, отваливалась по кусочкам…

Неужели ему правда важно, что соседи скажут? Речь же о девочках, об их дочках… ну не родила она Альдо сына, но ведь это не ее вина, а богов…

– А ну, прекращай нос вешать, – рыкнула Астрид. – Рассказывай давай!

Алина вздохнула и тихо заговорила.

* * *

Бывает же паршивое утро!

Вот насколько вечер был хорош, настолько и утро плохое! Симон Слифт на службу шел в состоянии «крепко после вчерашнего». Вроде и не столько пил, чтобы похмельем мучиться по-лютому, но… но было! И по мозгам сейчас било.

А лечиться дома и нечем. Мама спиртного в рот не берет и ему не дает… вот трубочку выкурить – дело другое, а чтобы вино…

Нельзя!

По дороге куда в кабак зайти? Так ведь и кабаки с утра закрыты. И не поправишься.

С вечера бы чего заначить, но в такой компании как-то и неудобно бутыль в карман совать или просить у трактира остановиться, на утро пива взять… Веберы же!

А такие парни оказались приятные! Свойские!

Симон вспомнил вчерашний день и расплылся в улыбке.

Хорошо посидели! Почаще бы!

И насчет этой Баррет они правы полностью, она, конечно, подозрительная, но за каждой женщиной просто обязан стоять мужчина. А вот кто именно?

Может, и правда поискать, что там с довернцами? Если первый раз контрабанда уходила в Доверн, может, и сейчас тоже что-то уходит? Симон-то наверняка все увидит! И преступление раскроет… прошлый раз он просто не успел! Некогда ему по горам шляться, а вот в этот раз он все равно в горы постоянно ездит, почему бы и не заняться полезным делом?

Приглядится он к шахтам, может, и правда, где довернцы, где еще чего…

А что – чего?!

Возле