«Гадкий койот» с компанией. Фото прилагается.»

Открываю фото. Тощий, нахальный, блондинчик. Смазливый, ладно, хоть не совсем задрот конченный, а то было бы за пышечку обидно.

Козёл, одним словом.

Убираю телефон. Возвращаюсь к столику.

Женя пьёт вино, смотрит на меня.

— Что случилось? — спрашивает.

— Всё хорошо. Просто... знаешь, где сегодня твой Дима?

Она замирает.

— Откуда ты...

— Не важно, есть места, — усмехаюсь я. — Он в клубе. «Гадкий койот». Хочешь прокатиться?

Она смотрит на меня. В глазах — страх, азарт, злость.

— Хочу.

Расплачиваюсь, выходим.

В машине я снова не могу держать руки при себе. То за талию притяну, то за попку схвачу. Она сначала возмущается, потом привыкает. Даже сама начинает прижиматься.

— Ты специально меня заводишь? — спрашивает хрипло.

— А что, получается?

— Получается, — шепчет она.

А мне кажется я уже чувствую запах её возбуждения.

Это просто кабздец.

Торможу у клуба.

Перед тем как выйти наглею.

Запускаю руку под платье, специально заставил её надеть чулочки, рукой пробираюсь в трусики, вижу, как дико алеют её щёки, но сопротивляться она просто не успевает., только чуть сжимает бёдра.

— Дагир? Что ты творишь?

— Хочу тебя попробовать, умираю, как хочу.

— Что?

Усмехаюсь. Самому кажется, что эта усмешка дьявольская, достаю пальцы, все в её смазке, аромат тонкий, терпкий, башню сносит.

Смотрю ей в глаза и облизываю пальцы.

Мля… как это вкусно.

Слышу её стон, вижу, как колышется грудь.

Моя девочка.

Скоро точно будет моя.

И я излечусь от наваждения.

Но сначала помогу ей справиться с этим уродом.

Снова наклоняюсь, беру её лицо ладонью, впиваюсь в губы.

— Попробуй себя, ты охрененно сладкая девочка.

Выходим из машины после поцелуя.

Она поправляет платье, прихорашивается. Я смотрю и не могу насмотреться.

— Готова?

— Готова.

Заходим. Музыка громкая, полумрак. Я веду её через зал, и вдруг она замирает.

Смотрю в ту сторону, куда она уставилась.

За столиком — компания. Посередине — тощий блондинистый тип.

Её женишок.

Козлина.

Увидев нас, он открывает рот.

— Женя?

Она молчит. Смотрит.

Я чувствую, как напряглась её рука в моей.

— Дима? — говорит она тихо.

Сжимаю её ладонь. Она не уходит. Стоит.

И я смотрю на этого утырка.

Ну что, козёл? Доволен?

Глава 10

Заходим в клуб.

Музыка громкая, басы долбят, полумрак.

Дагир ведёт меня за руку, и я чувствую себя... под защитой. Наверное, так и должно быть, когда рядом мужчина.

Оглядываю зал. Просто так. Любопытно.

И вдруг...

За столиком в углу — компания. Пьют, смеются, кто-то танцует прямо у стола.

А в центре — ОН.

Мой Дима.

То есть уже не мой.

Красивый. Да, он красивый. Я всегда это знала. Смазливый, ухоженный, с этой его голливудской улыбкой. Но сейчас, глядя на него, я вижу что-то другое. Какая-то сладость в лице, приторная. Глуповатый блеск в глазах.

Рядом с Дагиром он кажется... мелким. Игрушечным.

Дима поднимает глаза. Видит меня. Открывает рот.

— Женя?

Я молчу. Смотрю.

Дагир сжимает мою ладонь. Чувствую тепло его пальцев. Спокойно.

Дима встаёт, подходит. Смотрит на меня, потом на Дагира. Морщит лоб.

— Ты чего тут делаешь? — спрашивает.

Дагир не двигается. Только смотрит на него сверху вниз.

— Ты кто такой? — голос спокойный, даже ленивый.

Дима дёргается. Не привык, чтобы на него так смотрели.

— Вообще-то у нас с ней свадьба через месяц, — говорит он с наездом.

Я чувствую, как внутри закипает.

— Ты реально думал, что я за тебя выйду? — говорю громко. Даже слишком громко. Несколько человек оборачиваются.

Дима моргает.

— Чего?

— Я просто держала тебя при себе, — улыбаюсь я самой сладкой улыбкой. — Ты был удобным. Как собачонка. Тихо, скучно, предсказуемо. А сейчас я нашла нормального мужчину. За такого можно и замуж.

Поворачиваюсь к Дагиру. Смотрю в его тёмные глаза.

— Пойдём, дорогой, потанцуем.

Он усмехается, и мы идём на танцпол.

Музыка громкая, ритмичная. Дагир притягивает меня к себе, его руки на моей талии, чувствую его тело, его жар. И мне хорошо. Очень хорошо.

— Ты молодец, — шепчет он мне в ухо.

— А ты сомневался?

— Ни секунды.

Танцуем. Я закрываю глаза и просто кайфую. Его ладони скользят по спине, по талии, чуть ниже. Пошло, но мне нравится.

Чувствую вибрацию — у него телефон.

— Стой тут, — говорит он. — Я сейчас.

Уходит в сторону входа. Я остаюсь одна на танцполе. Танцую, кайфую, ни на кого не смотрю.

— Жень.

Голос сзади. Знакомый. Унылый.

Дима.

— Чего тебе?

— Ты чего, реально с этим абреком? — он кривится. — Да у него небось в ауле три жены. Ты же современная девушка, как ты можешь?

Молчу. Смотрю на него.

— Ладно, — он мнётся. — Я осознал. Давай мириться. Ты клёвая, я дурак. Вчера просто перебрал. Эта швабра сама приклеилась, я её не звал. Честно.

— И что?

— Я вернусь сегодня? Вещи-то у тебя.

Я смотрю на это смазливое лицо и чувствую только брезгливость.

— Не вздумай, — говорю спокойно. — Сегодня я с Дагиром. А твои вещи... я сложила в коробки и выставила в общий коридор.

Он бледнеет.

— Что?

— И твою приставку тоже выставила. — Добавляю для верности. — Украдут — я не виновата.

У него лицо перекашивается.

— Ты овца?! — орёт он. — Ты чё творишь?! Да я тебя...

Он замахивается.

Я даже испугаться не успеваю.

Рядом вырастает Дагир. Хватает Диму за руку, выкручивает. Тот визжит.

— Ты кого тронуть решил? — голос тихий, страшный.

Дима пытается вырваться, но куда там. Дагир одним движением отправляет его на пол. Тот падает, вскакивает, пытается ударить. Дагир уворачивается и бьёт. Один раз. Чётко. В челюсть.

Дима оседает.

Охрана уже бежит. Хватают обоих.

— В полицию их! — орёт администратор.

— Дагир! — кричу я.

Он смотрит на меня. Спокойно.

Охрана уводит и моего бывшего и моего нынешнего.

Я стою, не знаю, что делать.

Ехать домой?

Остаться тут?

Меня потряхивает.

Сажусь за столик, заказываю кофе.

Музыка и басы больше совсем не радуют.

Дагира отправили в полицию? Реально? Или… Он пострадал из-за меня, вступился за мою честь. Это очень приятно.

Но я не хочу, чтобы у него были неприятности!

И всё это из-за моего бывшего, идиота Димочки, чтоб он провалился!

— Соскучилась, милая? — бодрый голос моего горца заставляет вздрогнуть, но я так рада, что просто бросаюсь к нему на шею!

Он улыбается.

— Отпустили?

— У меня связи, — пожимает плечами. — А твоего... прости, этого кретина повязали. За драку. Посидит до утра.

Я смотрю на него. На этого странного, страшного, нежного кавказца.

— Отвези меня домой, — говорю тихо.

— Хорошо.

Выходим. Садимся в машину. Едем молча.

— Куда? — спрашивает он.